Матани - Артур Каджар

– Лихо ты от него уворачивался! – мягко улыбнулся Артур. – Что случилось?

Я к этому времени уже немного отдышался.

– В очереди за билетом прицепился ко мне. – Я вздохнул. – Да все зря, все равно касса закрылась.

Были зимние каникулы, поэтому все школьное население города осаждало кассу кинотеатра, куда на неделю завезли фильм про Чингачгука, два сеанса в день. Чингачгукомания овладела городом, некоторые мальчишки смогли посмотреть несколько раз, пересказывая и в действиях показывая наиболее сильные сцены из фильма. Но многие, в том числе и я, так и не смогли попасть ни на один сеанс.

Артур снял очки и протер их варежкой и сделал мне знак рукой, чтобы я следовал за ним. Мы вошли внутрь дома культуры и разделись в гардеробной на первом этаже, потом по широкой лестнице, устланной потертой красной дорожкой, поднялись на второй этаж. В большом зале на выбеленных стенах висели большие цветастые картины, по большей части пейзажи. Напротив лестницы в другом конце зала были несколько дверей, из которых открыта была лишь одна, и через нее нетерпеливо просачивались счастливцы, предъявляя билеты контролерше, взрослой тете в очках и круглой копной лилово-окрашенных волос.

Мы прошли налево, вышли из холла и попали в полутемный коридор, по обе стороны которого были большие коричневые двери. Артур дошагал до самого конца коридора и остановился перед самыми большими дверьми, на которых было написано «Директор». Без стука он вошел внутрь, а я остался ждать в коридоре. Через минуту он вышел с какой-то бумажкой в руке.

– Пошли быстрее, сейчас начнется, – кивнул он мне и ускорил шаг.

Я заторопился за ним.

– А это что за бумажка?

– Контрамарка называется, на две персоны, – через плечо бросил Артур, – дядя дал. Я уже видел фильм, но еще раз посмотрю.

Тетя с лиловой прической, видимо, узнав Артура, почти не взглянула на бумажку и молча запустила нас внутрь кинозала, где мальчишки свистели на все лады, требуя начать показ. Артур прихватил из-под сцены два деревянных стула. Мы поставили их сбоку у последнего ряда и уселись. Свет наконец погас, и свист стих. Из пересказов я уже знал почти весь сюжет, но все равно, смотрел не отрываясь, как Чингачгук со своим другом Зверобоем пытаются спасти дочь главаря племени индейцев-делаваров. А Гойко Митич в роли Большого Змея, с голым мускулистым торсом и непроницаемым суровым лицом! Если бы у меня был плакат с ним, не задумываясь повесил бы над кроватью.

Когда мы вышли из кино, уже стемнело, в свете желтых фонарей искрились медленно падающие с неба снежинки. Зима выдалась невиданно суровой и снежной для наших горных краев. Мы шагали по тротуару, хрустящему от снега, и обсуждали фильм. Артур сказал, что читал книгу, по которой снят фильм. И это не одна книга, а несколько, автор – Фенимор Купер. В ту пору я глотал книги одну за другой, но в школьной библиотеке даже не встречал такого автора.

– Я видел, что ты в школе все время что-то читаешь на переменах. Я тоже люблю читать, но в нашей библиотеке нет ничего про Чингачгука.

– Там много чего нет, – мечтательно улыбнулся Артур, – и про Чингачгука не самое интересное, что можно почитать. Ну ладно, раз так любишь его, пойдем со мной, дам тебе твоего Чингачгука.

Мы свернули с центральной улицы и лестницам и выбрались на параллельную дорогу, идущую вниз под гору. Вошли в темный подъезд одного из серых трехэтажных домов и поднялись на второй этаж. Артур велел мне подождать и, открыв ключом дверь, вошел в квартиру. Спустя какое-то время дверь вновь отворила мама Артура. Небольшая полная женщина, тоже в очках, с печально опущенными уголками губ. Я вежливо поздоровался, а она, внимательно осмотрев меня, велела хорошенько отряхнуться от снега и заходить.

В квартире везде был неяркий свет, пахло бумагой, как в библиотеке, и немного сыростью. Такого количества книг я никогда не видел. За исключением скудно обставленной гостиной, остальные три комнаты, включая спальню, ломились от книг. В комнатах почти отсутствовала мебель, полки с книгами от пола и до потолка закрывали все стены. Даже на застекленной лоджии, в которую можно было попасть из двух комнат, пол был сплошь заставлен грудами журналов и периодики, оставлявшими лишь узкий проход к окну. Я присвистнул:

– Вот это да! Тут книг больше, чем у нас в библиотеке! И ты все это читал?

– Нет, конечно. Мой отец собрал это все, вот он прочитал, но и то не все, – он грустно улыбнулся и обвел глазами правую стену со стеллажами. – Сейчас поищем твоего Чингачгука.

Я не представлял, как в таком скопище можно найти конкретную книгу, но все оказалось проще.

– Тут все по тематикам расставлено и по авторам в алфавитном порядке. – сказал Артур и взял металлическую стремянку, стоящую в углу. – Но тематика не как в библиотеке, у отца своя система была. Пойдем.

Мы прошли в соседнюю комнату. Я обратил внимание на слово «была», но не стал ничего спрашивать.

– Это целая серия, возьми вот эту, – Артур слез со стремянки и протянул мне книгу.

Название книги было «Зверобой, или Первая тропа войны», я провел рукой по шероховатой обложке с боевым индейцем на коне.

Когда я одевался, мама позвала Артура из кухни. Он вернулся и сказал немного смущенно:

– Вообще-то мы никому не даем книги, ну не знаю… правило, что ли, такое. Ты поаккуратнее с ней, ладно?

Он поправил очки, я поблагодарил и вышел на улицу, засунув книгу под пальто, чтобы уберечь от усилившегося снегопада.

Дома родители смотрели какую-то передачу по телевизору, сестренка уже спала.

– Говоришь, у него дядя директор Дома культуры? – Мама задумалась. – А, так это же брат покойного Каспара.

– Теперь понятно, – папа, сидящий в кресле, повернулся ко мне. – Каспар, бывший городской фотограф. Большой был мастер, хотя и немного не от мира сего. Все знали, что он еще помешан на книгах, все деньги тратил на них, но никто не видел его коллекцию. Ни с кем не дружил, – папа пожевал губами и грустно добавил, – только с бутылкой…

– Через нее и на тот свет ушел, – вздохнула мама, – хороший был человек, скромный и добрый.

– Но книг все равно никому не давал, – прибавил папа. – Чудная какая-то семейка, конечно. Ты вот что, сынок, осторожнее с книгой, а лучше принеси-ка из кухни газету, я из нее обложку сделаю для нее. Раз уж тебе такая честь выпала – брать книги из библиотеки Каспара.

Я целиком ушел в чтение и закончил книгу за три дня. На улицу не выходил, да и погода не очень располагала к прогулкам, снег и вьюга за окном еще более способствовали погружению в экзотично-опасный мир прерий. На пятый день я колебался, можно ли идти к Артуру домой без приглашения, но наконец решился и пошел, но не застал никого дома и решил еще раз заглянуть вечером. Позвонила мама с работы и настояла, чтобы я наконец прогулялся с сестрой. Я немного поартачился, но в итоге подчинился и, захватив санки и сестренку, поднялся с ней до самой фабрике на вершине города.