500 миль до тебя - Дженни Колган

Анита вежливо улыбнулась. Видимо, чай в чашке или водка, для нее тоже не принципиально.

– Шучу! Смотрите! – Лисса наклонила чашку к экрану.

Закончилось все вполне предсказуемо. Еще несколько драгоценных минут ушли на то, чтобы найти кухонное полотенце, ликвидировать лужу, а затем снова выйти на связь.

Анита улыбалась все с тем же олимпийским спокойствием. Лисса уже собиралась извиниться и предложить начать сначала, как вдруг голос по ту сторону экрана завопил: «Мама-а-а-а!»

Невозмутимая маска психотерапевта дрогнула, но совсем чуть-чуть.

– Солнышко, мама занята, – вполголоса, одним уголком рта произнесла она.

– У меня пирожок в унитаз упал!

Обе женщины замерли.

– Вы идите разберитесь, – предложила Лисса.

– Нет-нет, это вовсе ни к чему, – ответила Анита, стараясь вернуться к профессиональному тону. – Так на чем мы остановились? Сейчас мы с вами в подробностях обсудим все, что произошло в тот день, уделим внимание деталям…

– Мама, а я его уже достала и кушаю!

Повисла еще одна долгая пауза.

– Идите, – повторила Лисса.

Но Анита уже вскочила и выбежала из комнаты, на ходу опрокинув на пол перед ноутбуком высокую стопку записей и папок. Лисса поглядела на них. Пока по ту сторону экрана долго кричали и спорили, девушка нашла свою папку и прочла на ней диагноз: там крупными буквами было выведено «ПТСР». У Лиссы аж глаза на лоб полезли от изумления: посттравматическое стрессовое расстройство? Неужели это про нее? Так вот, значит, кто она. Человек с поехавшей крышей. Просто супер! И что дальше? Палата с мягкими стенами?

Тут вернулась Анита. Гладкие темные волосы взъерошены, а из-за пределов видимости экрана все еще доносится громкий рев.

– Итак… – произнесла она. Стала собирать бумаги, опрокинула чашку с кофе и поморщилась. – Простите. Бывают такие дни…

– Прекрасно вас понимаю, – вежливо ответила Лисса. – Я ведь тоже работаю в системе здравоохранения.

Но ей не давал покоя диагноз. И она выпалила:

– Так, значит, у меня ПТСР?

– Что?

У Аниты зазвонил телефон. Она глянула на дисплей и сбросила звонок. Через секунду мобильный затрезвонил снова.

– Думаете, у меня ПТСР?

– По всей видимости… Извините, надо ответить. – И ее собеседница схватила телефон. – Что случилось? Забыл проездной? Ну конечно – кто же пустит тебя в автобус без проездного? Нет, я работаю! Ничего, подождешь. Ты где? Рядом с чем?

И психотерапевт бросила на Лиссу виноватый взгляд. А девушка призадумалась: что, если цель сеансов – заставить ее радоваться тому, что она сидит одна в глуши?

Наконец Анита завершила свои запутанные телефонные переговоры и стала нервно поглядывать на предмет, который пациентке было не видно. Лисса с большой долей уверенности предположила, что это ключи от машины. А время сеанса уже почти истекло.

– ПТСР у вас или нет, но стандартная процедура лечения вам в любом случае не помешает, – наконец уклончиво ответила Анита.

– Знаю я вашу стандартную процедуру, – сердито бросила Лисса. – Заставите снова всё вспоминать.

Психотерапевт с сочувствием кивнула:

– Безусловно, попытаться стоит.

Ее взгляд снова ушел вбок. Лисса вдруг разозлилась.

– А вы думаете, я об этом не вспоминаю? Каждый день в голове прокручиваю! С утра до вечера! Ложусь спать – картина так и стоит перед глазами! На мальчишек-подростков буквально смотреть не могу! От каждого крика вздрагиваю!

– Я знаю, – ответила Анита самым терпеливым тоном, на какой только была способна в данных обстоятельствах. – Вот почему вы должны вернуться к началу и перебрать всё до мельчайших подробностей. Тогда ваши страхи утратят свою силу. Что ж, начнем. Расскажите мне про тот день.

– Про тот самый?

У Лиссы замерло сердце. Она сделала глубокий вдох.

– Ну да.

– Прямо сейчас?

Психотерапевт опять кивнула.

Процесс оказался долгим и мучительным. Выудить из памяти все детали. Как солнце светило в окно квартиры миссис Маркс. Как Лисса попрощалась со старушкой. Как ревел двигатель машины. Как она неслась, все быстрее и быстрее. Как в воздухе сверкнул телефон.

– Мальчишки кричали, а я стояла и смотрела. – Бедняжка разразилась рыданиями. – Нет, не могу, – простонала она. – Не могу, и все тут.

– Можете, Лисса, можете, – мягко возразила Анита. – Значит, вы смотрели, как мальчишки кричали, – повторила она. – Что вам особенно запомнилось?

Девушка покачала головой. Залитое слезами лицо исказила гримаса. Лисса снова набрала полную грудь воздуха, открыла рот…

– Мама!

Показалось хорошенькое детское личико. Оно приблизилось к экрану. Глаза уставились прямо на Лиссу. А потом ноутбук Аниты без всякого предупреждения захлопнулся.

Лисса чувствовала себя так, будто ее бросили посреди дороги. Слезы все еще лились в три ручья. Связь прервалась, а перезвонить Аните она не могла: таково условие проведения этих консультаций.

Девушка уныло поднялась на второй этаж и стала набирать ванну. Под шум горячей воды и шипение пузырьков ее плач постепенно стих, но страх остался. С ней определенно что-то не так. Вот почему ее отослали подальше.

Лисса взяла книгу, принесла чашку чая и медленно погрузилась в ванну с пеной. Каждый раз, когда в голову приходили мысли о трагедии, она заставляла себя снова сосредоточиться на сюжете романа и отпивала очередной глоток чая. Постепенно Лисса успокоилась. Она прислушалась к звукам снаружи. Ветер шумел среди деревьев, вдалеке перекликались совы. Но почему-то Лиссе было вовсе даже не страшно, а, наоборот, очень спокойно.

Даже за короткое время сеанса Лисса поняла: в словах Аниты есть своя правда. Рано или поздно ей придется обдумать случившееся, проработать этот опыт, иначе панические атаки и тревожность никуда не денутся.

Но сейчас она будет просто отдыхать в горячей ванне с книгой. Пусть Лиссе до сих пор трудно полностью погрузиться в чтение, но приятная тяжесть книги в руках уже действует успокаивающе. От пены исходит аромат миндаля, в чашке вкусный чай, а за окном шумит ветер, и никаких тебе машин, сирен и вертолетов… Нет, в эту тему лучше не углубляться. По крайней мере, пока.