Голые циники - Алексей Семенов

— Кажется, у меня опять встает… Шучу… Я тоже обманул… Я хорошо знаю песни группы «Виагра» и вас всех узнал, конечно же.

Ольга легла головой Горрову на грудь.

— Эй, долбики, че затихли? Кончили уже?! Натрахались?! — Ричард заколотил в дверь номера отеля. — Оль, у тебя уже саунд-чек начался. Девочки тебя ищут.

Ольга вскочила и стала быстро собираться.

— Бля, эти сучки меня сейчас покрошат. Особенно Вера.

Горров завернулся в одеяло и смаковал приятное послевкусие.

— Рич, поднимай этого «трахтенберга» и приходите на концерт. Идет? — прокричала, выбегая из номера, Ольга.

Ричард вошел в номер.

— Воняет потом, спермой и Ольгой.

— Нет, чувак, сексом пахнет. Не хами. Просто тупо завидуй.

— Идет.

Рич залез на кресло. Откупорил новую бутылку «Джек Дениелс» и налил в два стакана.

— Рич, я не буду, спасибо. Мне водки плесни лучше. Я это пойло не люблю. Мочой американской воняет. И когда Буша вижу по телику, тоже мочой воняет.

— Эстет ебаный, — Ричард налил «Финляндии». — Давай, мы выиграем, и это будет так!

Они залудили по стакану.

— Брат, слышь, я в Камбоджу не лечу, — начал Ричард.

— Это как так?! Не понял…

— Отец прислал сообщение, что еле вытащил Варю. Говорит, чтобы я летел быстро обратно. Разруливать ситуацию нужно. Думаю, отец даст мне пизды.

— Не даст. Я же тебе говорил, что ты неправильно к нему относишься. Если бы ему было наплевать на Варю, то он ее засунул бы в лечебницу и изолировал тебя от нее, а ее от тебя. Тут же, напротив, он тебя к ней зовет. Он отличный парень, понимаешь?! — Горров поднял стакан с водкой. — Знаешь, какой тост говорят все долбоебы в администрациях городов страны?

— Ну, какой?

— Чтоб хуй стоял и деньги были!

— Че серьезно?

— Ага, я в молодости снимал материал на одном таком заседании в загородном пансионате. Они потом нахерачились все. Ну и началось это гонево свинское.

— Че делать, блядь?

— Да ниче. Думаю, вымрут они все такие, как динозавры. Новые и умные придут вместо этих долбоебов…

— Да я не про них… Что мне делать?

— Перец, я думаю, что нужно лететь в Камбоджу и доснять второй фильм. Тебе нужно всего три дня. Мы все сцены с тобой отснимем, а подсъемки уже без тебя. Ты улетишь раньше. Я проконтролирую. Уверен, Константин Эрнестович это оценит.

В этот момент Ричард увидел бюстгальтер, оставленный Ольгой. Взял его в руки и вспомнил, как десять дней назад мерил у зеркала Варварин и носил его весь день его под кофтой. Рич улыбнулся и автоматически поднес его к своей груди.

— Эй, извращенец, положи на место. Это мое, — засмеялся Горров. — Иди, трахни местную молодую обезьянку лучше. А еще лучше — двух, чтоб потом не лез ко мне со своими глупостями.

— Давай собирайся. Концерт скоро. Сходим на массаж ног по дороге.

— Массаж ног?! Я же говорю — извращенец. Ну, — Горров поднял стакан, — чтоб хуй стоял и деньги были. Ура, товарищи!!!

* * *

— Как вы? — Славка и Варвара подсели к Еремее за столик на смотровой площадке картинг-центра.

— Пока отец впереди, но, думаю, Оська бережет силы. По крайней мере, надеюсь…

«Карт» Юрия Исааковича занесло на повороте, поэтому Оська врезался в него. Машины встали, а сотрудники центра побежали к ним. В этот момент Еремея тоже вскочила и побежала на трассу, но не успела.

Вот что увидели девочки со смотровой площадки: Оська вылез из своего «карта», подошел к отцу. Пожал ему руку. Развернул его «карт» и сам, что запрещалось правилами, завел двигатель «с ручки» стартера. «Карт» взревел, отец развернулся и встал на стартовые позиции. Осень завел свою машину и подъехал в линию к отцу. Они опять ударили по рукам. Подбежавший сотрудник понял, в чем дело, отошел на три метра и опять взмахнул клетчатым флажком. Машины стартовали во второй раз.

Взволнованная Еремея вернулась к девочкам. Варвара не могла спокойно сидеть. Было видно, что она и нервничает, и остаточное явление еще сильно проявляется.

— Будьте добры, — обратилась Варя к официанту, — джин с тоником и туда же добейте 50 граммов мартини «бьянко».

— В один стакан? — не понял официант.

— Да, черт, в один… Я что-то неясно сказала?! — хоть и не хотела, но вспылила.

Славка пнула ее ногой под столом, а Еремея словно не заметила случившегося. Только спокойно повернулась к официанту:

— А мне, будьте добры, 50 граммов ликера Бенедиктин и стакан морковного сока со сливками моему сыну. Спасибо.

— Мам, посоветуй, — на полувыдохе, набравшись смелости, попросила Славка.

Еремея посмотрела на дочь, потом на Варвару.

— Все очень просто. Нужно браться за ум. Становиться нормальным человеком и адекватно относиться к окружающему миру…

— Да, но это все общие слова с урока мира…

Еремея посмотрела на дочь и протянула номерок из гардероба.

— Слав, можешь принести мне из пальто сигареты и зажигалку.

— Как всегда, — Варвара нехотя взяла номерок и поплелась в гардероб.

Еремея наклонилась ближе к Варваре.

— Теперь слушай меня, идиотка. Срочно завязать с наркотиками, сейчас муж придет — это с ним решим. Дальше — беременеешь от Ричарда, срочно, поняла?!

— Да.

— Дальше — через месяц говоришь Ричарду, что беременная на втором месяце. Говоришь ему про свадьбу. Если будет упираться — совершенно спокойно собираешь вещи и уходишь от него. Он мальчик приличный из хорошей семьи. Я сумею «случайно» проболтаться Константину Эрнестовичу. Словом, никуда Рич не денется. Свадьба, семья, счастье. Поняла?! И без выебонов. Делай так, понятно, сука?!

— Хорошо…

— Еремея мое имя.

— Хорошо, Еремея. Красивое имя.

— У тебя тоже, Варь.

В этот момент подошла Слава.

— На, кури на здоровье.

Еремея закурила и продолжила:

— Я хорошо знаю родителей Ричарда. Они прекрасные люди, умные и стильные. Они станут твоей семьей.

— Позавчера Константин Эрнестович меня спас. Больше у меня никого нет. Если бы не он… Я бы уже не здесь сидела, а на раскаленной сковороде.

— Так делай выводы. Они готовы тебя принять, но только ты все разрушаешь. Зачем? Ответь сама на этот вопрос. Может, потому что тебя и так все устраивает? Может, потому что твои амбиции выше твоих возможностей? Варь, тебе нужно самой с собой поговорить.

Еремея посмотрела на часы.