Адамово яблоко - Ольга Погодина-Кузьмина

— Он ночью уехал. Там кое-что произошло… Кофе будешь? Ну, вставай.

Оглядевшись, Игорь вспомнил раздевалку, где его оставил Георгий. Пока он спал, кто-то накрыл его пледом. Дверь была распахнута, из соседней комнаты слышались женские голоса и смех. Голова у него болела так, будто её пилили надвое.

— Давай-ка, пятьдесят грамм, — Эрнест вернулся с рюмкой водки и чашкой кофе в руках. — Будет легче, говорю.

Игорь отвернулся от водки, глотнул кофе, кое-как поднялся. Эрнест открыл один из шкафчиков.

— Вот твои вещи, одевайся, всё проверь. Я в холле подожду.

— А Измайлов?.. Он не приедет?..

— Нет. Он попросил, чтобы я отвез тебя домой. Что, совсем плохо?

— Я, наверное, заболел, — признался Игорь.

Лицо Эрнеста выражало сочувствие.

— Ну, ничего. Просто нужно поспать. Ты кофе выпей.

В бассейне плавала простыня и резиновый тапок. Две растрепанные женщины в халатах сидели у заваленного грязной посудой стола и что-то жевали.

— Ну как, именинник, в Лондоне смог? — засмеялись они. — Иди, водочки хлопни, полегчает!

С трудом узнав в них вчерашних стриптизерш, Игорь взял протянутую рюмку. Выпил, и, сдерживая тошноту, зажал рот рукой.

Женщины снова засмеялись, переглянувшись.

— А хорошенький, — заметила брюнетка.

— Конфета, в натуре, — кивнула блондинка, которая была намного старше подруги.

Она встала, принесла откуда-то пакет, ссыпала в него фрукты из большого блюда и протянула Игорю.

— На, хоть поешь потом. А то даже торта ребенку не досталось.

Эрнест вышел в костюме, окруженный запахом одеколона.

— Девочки, позвольте раскланяться. Уж простите, что так получилось.

— Да чики-чики, мальчики, нет проблем, — ответила брюнетка. — Заезжайте, у нас тут всё горячее.

— Всенепременно, — склонил голову Эрнест.

После душных сумерек Игоря ослепил мир за стенами коттеджа — снег блестел на солнце, небо было яркое и звонкое.

— Что, уже утро? — изумился он.

— Почти семь часов, — Эрнест открыл перед ним дверцу машины. — Что у тебя в пакете? Груши? А, молодец, что взял.

Когда они выехали за ворота, он включил музыку и подмигнул Игорю.

— Отгадай загадку: какая разница между проституткой и юристом? Цена проститутки с возрастом падает, а юриста — растет.

Пытаясь как-то взбодриться, Игорь попробовал закурить, раскашлялся, выбросил сигарету. Эрнест протянул руку, потрогал его лоб.

— Э, братец, а у тебя температура… Ну, ничего. Дома выпьешь аспирина. Главное — поспать. Ты, наверное, глотнул холодного после парилки. Или на улицу бегал.

— Нет, я не бегал. Я только…

Игорь вспомнил вдруг, как его вырвало и как Георгий и Марков стояли друг напротив друга с искаженными лицами, а потом одновременно бросились вперед.

— Они правда дрались? — спросил он Эрнеста.

— Ничего, обошлось без жертв, — хмыкнул тот. — Мужские конфликты требуют разрешения.

— А куда мы едем? — спохватился вдруг Игорь. — Мне нельзя домой. Отвезите меня к Георгию.

— Прости, братец, но я обещал тебя доставить по адресу, — поворачивая голову, тот снова блеснул своими дорогими очками. — Думаю, Георгий Максимович будет немного занят эти дни. Он сам тебе позвонит и всё расскажет. Да, ты подарок свой не забыл? Проверь в кармане.

Игорь сунул руку в карман, достал конверт, заглянул в него и увидел деньги.

— Ты сейчас выпей аспирина и ложись, — снова посоветовал Эрнест. — А я тебя доведу прямо до квартиры. — И чуть позже добавил: — Ничего, повод уважительный, восемнадцать лет. Главное, будет что вспомнить. Да и вообще, стоит задуматься, что кое-кто уже не вспомнит больше ничего.

Эрнест и в самом деле довел его до квартиры, а Игорь машинально нашел в кармане ключи и сам открыл замок. Он чувствовал уже такую слабость, что не смог даже разуться, и сразу сел в своей комнате на кровать, обхватив руками голову, внутри которой как будто стучали тупым тяжелым предметом. Он сам не знал, как мог забыть про отчима, но в этот момент совсем не думал о нем.

Дядя Витя вошел в пижаме и в носках. Он взглянул на Игоря, потом бросился к окну. Видимо, заметив отъезжающую машину, скрипнул зубами.

— Кто это был? Это он тебя привез?

— Никто, — сказал Игорь. — Я просто посплю и уйду.

Отчим грубо схватил его за подбородок, поднял к свету лицо.

— Ты наркотики принимал? Что с тобой делали? Ну, отвечай!? С кем ты был всё это время?

— Главное, что не с тобой, — почти беззвучно пробормотал Игорь, но дядя Витя расслышал или догадался. Он рванул его за волосы и несколько раз хлестнул ладонью по щекам — так, что Игорь на минуту ослеп и оглох.

— Повтори, что сказал! А ну, повтори, говнюк!

Игорь молчал, хватая ртом воздух, смаргивая навернувшиеся слезы, и дядя Витя вдруг успокоился, взял стул, сел напротив.

— Я хочу знать всё. Про этого Измайлова. Он дает тебе наркотики? Что он тебе обещал? Что он с тобой делает?

Много лет назад мать проговорилась дома, что какой-то мужчина пугал детей на площадке. Игорь помнил, как тогда дядя Витя повел его в ванную и так же схватил за волосы, требуя, чтобы он рассказал, что с ним делал тот человек. Глаза у отчима были белые и страшные, а потом он намочил под краном полотенце, и Игорь сразу начал рассказывать всё, что дядя Витя хотел услышать, хотя даже не видел того мужчину и только знал о нем от других. Но теперь всё было иначе.

— А кто это — Измайлов? — пробормотал Игорь, бумажным платком вытирая идущую из носа кровь.

Дядя Витя приблизил к нему лицо.

— А я тебе скажу, кто это. Это плесень, грибок, трупный червь. Как вся эта нынешняя мразь, эти коммерсы и торгаши. Воры, которые растащили по кускам собственную страну. Нахапали, и думают, что им всё дозволено, что предела нет. Что они баре, а мы холопы. Что мы должны на них работать. И ещё плясать, как ванька в кабаке!

«А я бы посмотрел, как ты пляшешь», — мелькнуло в голове у Игоря, но вслух он пробормотал:

— Можно, я лягу? Я простудился. Мне надо выпить аспирин.

Он не ожидал, что эта фраза так взбесит дядю Витю, но тот весь вдруг налился кровью.

— Аспирин?!..

Отчим схватил его за шиворот и вытряхнул из куртки. Полез по карманам, сразу нашел конверт.

— А это что? Откуда? Это от него?!..

Отчим смял деньги, бросил на пол и растоптал пятками.

— Этому я тебя учил? Чтоб ты стал у них шалавой? Чтоб тобой пользовались, как дыркой во все места? За их ворованные доллары? Не такой же ты кретин, чтоб не ведать, что творишь!?