Верка - Анатолий Изотов

– По официальным источникам, в Венгрии поднимает голову контрреволюция. А между газетных строк угадывается то, о чем вы только что сказали: скорее всего, запутался клубок экономических противоречий и, само собой разумеется, политической борьбы. Этим пользуется Запад, подстрекает контрреволюционные силы – рядом и Австрия, и Западная Германия…

– Значит, мне предстоит работать в условиях этих противоречий?

– Конечно, но виноградарство и виноделие в Венгрии всегда процветало, в этой сфере дела обстоят лучше.

– Я бы так не сказала: где-то мне попадался материал о серьезном ущемлении венгерских крестьян.

– Бедный крестьянин почти всегда становится жертвой политических пертурбаций. Но там винодельческое производство – почти промышленный сектор, в нем трудится более зажиточный класс…

Потом беседа перешла в русло ее семейных отношений – Верке стало скучно, и она намекнула на окончание аудиенции. Парторг все понял и попрощался.

Следующий разговор состоялся дома с Сусанной Георгиевной. Верка начала его сама и вскоре убедилась: со свекровью кто-то хорошенько побеседовал, и она знает о предстоящей командировке невестки. А потому женщины не стали обсуждать Веркино право на материнство, зато хорошенько поговорили о Коленьке. Так решилась проблема с сыном.

Оформление заграничного паспорта и других документов потребовало не так уж много времени. К сентябрю все было готово, и, как и обещал неизвестный чиновник, ее вызвали на инструктаж. Потом последовало приглашение в областной комитет партии, потом – в Москву, в ЦК КПСС. В конце сентября ей выдали записочку, с которой она пошла в агентство «Интурист» и купила билет на поезд до Будапешта.

Заводчане намекнули главному технологу на сабантуй по случаю отъезда в загранкомандировку, но Верка никак не откликнулась на это предложение, наверно, в душе еще не перегорела горечь вынужденного увольнения. Вечером она встретилась с Катей, и та поддержала ее нежелание праздновать отъезд. Ах, какая же это была чуткая, умная и преданная подруга! Женщины проговорили всю ночь, пожалуй, затронув все грани своей жизни.

* * *

В канун отъезда позвонил Семен, извинился за навязчивость и, как и в первый раз, предложил встретиться, но уже не на улице, а в привокзальном ресторане. Это настроило Верку на противоречивые воспоминания. Едва они сели за столик, как все пришло в норму: перед ней сидел друг, не только спасший Коленьку в бушующем море, но и вытащивший ее из мерзкого болота. Верка, словно извиняясь за свои первоначальные чувства, начала разговор первой:

– Семен, я знаю: ты можешь действительно сделать многое, но меня не оставляет в покое: как все же тебе удалось не только выжить, но и найти свою нишу в этой жизни? Я думала, что Победа сыграла с тобой злую шутку до конца твоих дней.

– Пожалуй, в этом нет ничего особенного. Меня спасли моя профессия разведчика и везение: ко времени нашего ареста правоохранительные органы уже год безуспешно разыскивали похищенное оружие. Произошло это в одном из южных городов. Преступники совершили дерзкое нападение на клуб ДОСААФ, где хранились десятки наганов и тысячи патронов. Сторожа зверски убили, а оружие и боеприпасы бесследно исчезли. Когда меня взяли в оборот по этому делу, я, конечно, легко доказал свою непричастность и на радостях предложил следователю сотрудничество. Мурыжили меня очень долго, но, видимо, сверху оказывали сильное давление на закрытие дела, и моя помощь вселяла некоторые надежды. Примерно через неделю меня вызывают на очередной допрос и посвящают в план. В общем, как нетрудно догадаться, мне надо было внедриться в одну преступную группу, действующую в Ростове-на-Дону. Ребята там подобрались крепкие, умные, хитрые и осторожные, занимались они не воровством, а контрабандой. Имелись сведения, что «ростовчане» готовили группу для перевозки за рубеж крупной партии драгоценностей, и им как раз требовалось малогабаритное оружие.

– Это чем-то напоминает мое нынешнее положение.

– Та ситуация подсказала мне, как тебе помочь, когда на тебя оскалилось твое прошлое.

– Тогда давай более откровенно: ты следил за мной все эти годы?

– Подумай сама: у нас был сын, я искренне любил тебя и хотел, чтобы ты была счастлива. Поэтому, как только мои дела пошли в гору, я отыскал тебя и, убедившись, что ты…

– Чтобы охранять?

– Наверно…

– Где твой дом?

– В Москве. Здесь я по другим делам. Но о тебе, как догадываешься, узнал не случайно.

– А в Ялте?

– Я увидел тебя в Мисхоре совершенно неожиданно, когда отдыхал там с семьей, хотя в день шторма было какое-то мистическое предчувствие, заставившее меня прийти к Русалке.

– У тебя есть дети?

– Трое сыновей.

– А жена? То есть кто она?

– Сотрудница нашего ведомства.

– Она знает… нашу историю?

– Немного.

– Я твой должник на всю жизнь!

– А я – твой!

– Как ты нашел похищенные наганы?

– Никак! Просто я пошел на их поиски совершенно иным путем, чем предлагали оперативники: попробовал внедриться не в ростовскую группу, а к контрабандистам, действующим на границе, их наверняка должны были привлечь «ростовчане». По скудным сведениям, «покупатель» находился где-то на востоке Турции, из чего я сделал вывод о том, что «продавцы» намерены переходить границу в районе старинного городка Ахалцихе, что в Грузии. Местные коллеги помогли мне выйти на проводников, то есть на контрабандистов, и я начал с ними работать. Шесть раз переходил границу, таскал на спине вьюки с контрабандным товаром, десятки раз попадал под пули пограничников, спасал раненых, досконально изучил тропы и мог ходить по ним с закрытыми глазами. От проводников я узнал много полезного, но они долго не посвящали меня в главное: я никогда не знал ни времени, ни места перехода границы, поэтому каждый новый поход за кордон бывал для меня неожиданным. И все же постепенно они стали мне больше доверять, потом поручили водить через границу группы и небольшие караваны и, наконец, стали раскрывать планы действий… Моя тактика оказалась верной, потому что Гурам (так звали закордонного «хозяина») убивал каждого новичка, который доставлял ему товар из СССР, да и «ростовчане» не подпускали к себе посторонних. Одним словом, мне удалось узнать время подхода к границе ростовской банды и послать связного для сообщения своим. Через неделю всех их взяли с поличным, обезвредив, таким образом, опасную группу преступников и возвратив стране большое количество драгоценностей. Правда, выяснилось, что к похищению наганов они никакого отношения не имели, но к этому времени один украденный ствол выстрелил в Курской области, и милиция быстро вышла на след стрелявших. Ими оказались двое братьев, занимавшихся мелким грабежом. Оружие они похитили из жадности, а сторожа убили по глупости…

– Одного этого подвига должно было хватить на твое полное оправдание и принятие тебя снова в разведчики.