Год Мужчины. Ордер на Любовь - Александр Гордиенко

Офис телекомпании

За 8 месяцев и 21 день до выхода в эфир финальной игры «Она мне нравится».

Начало апреля. Понедельник.

Еще не было и восьми, когда Железнов вышел из лифта на своем одиннадцатом. Несмотря на ранее утро, на ресепшене было жарко и душно. Железнов открыл секцию окна, секунду подумал, добавил кондиционер и двинул в сторону своего кабинета.

Как всегда, Кеша уже был на месте – стоял у клетки с Оберстом и пытался обучать его непристойностям типа: «Девки будут?! Нет? Бар-рдак!» Оберст, склонив голову набок, широко раскрыв глаза, внимательно прислушивался и беззвучно двигал клювом, про себя повторяя фразу, пока еще не несущую для него никакой смысловой нагрузки, за исключением, пожалуй, последнего слова.

Услышав шаги, Кеша обернулся и произнес ритуальное: «Хелоу…»

– «…инг», – так же ритуально ответил Железнов, протягивая руку. – Давно?

– Да нет, минут двадцать.

Извечную проблему – пробки – Кеша практически исключил из своей жизни: выезд на работу, пока их еще нет, зато с работы – когда их уже нет… Действенно. А уж для инвесторов как хорошо…

Оберст, увидев Железнова, радостно вытянул шею, набрал побольше воздуха и выдал: «Пр-ри-вет!»

– Привет, Оберст, соскучился? – Железнов открыл дверцу в клетку, просунул туда руку. Оберст встречно поднял свою четырехпалую лапу и обхватил палец Железнова. – Привет… Привет…

Кеша, наблюдавший эту идиллию крепкой мужской дружбы, кивнул в сторону выхода:

– Кофе и перекур?

– Счас, Кеш, все запущу…

Железнов прошелся по кругу: комп, кондиционер, телевизор, подсветка в аквариуме…

– Ни фига себе…– не сдержался он – на телефоне висело семнадцать сообщений.

Железнов запустил голосовую почту – раздался монотонный, без эмоций голос Железнова:

– Здравствуйте, вы позвонили на телеканал Александру Железнову. Оставьте свое сообщение, и я вам обязательно перезвоню.

Характерный сигнал начала записи. Высветилось время начала записи – 14:20.

– Здравствуйте… Э… Александр, это Василий из Питера… Василий Николаевич… к вам.

Чувствовалось, что говоривший – человек в возрасте, простецкий, с автоответчиком общаться никак не привык, а потому несколько оробел.

– Я привез вам кассеты… от Елены Тимофеевой… из Питера. Мне это… велено передать их… вам… из рук в руки. Я возле охраны… тут… жду…

Характерный звук аккуратно повешенной трубки.

Железнов перешел к следующей записи.

– Здравствуйте, вы позвонили на телеканал Александру Железнову. Оставьте свое сообщение, и я вам обязательно перезвоню.

Характерный сигнал начала записи. Время начала записи – 14:53.

– Здравствуйте… Из Питера я… Василий… От Тимофеевой… Из Питера. Кассеты у меня… Сказано было – отдать вам… Вы где? Я возле охраны стою…

Характерный звук резко повешенной трубки.

Железнов хмыкнул и перешел к следующей записи.

– Здравствуйте, вы позвонили на телеканал Александру Железнову. Оставьте свое сообщение, и я вам обязательно перезвоню.

Характерный сигнал начала записи. Время начала записи – 15:19.

– Это кассеты из Питера… От Тимофеевой… будь она неладна… Надо забрать их…

Характерный звук чересчур резко повешенной трубки.

Железнов пропустил несколько записей и наугад выбрал очередную.

– Здравствуйте, вы позвонили на телеканал Александру Железнову. Оставьте свое сообщение, и я вам обязательно перезвоню.

Характерный сигнал начала записи. Время записи – 15:52.

– Ты где ходишь?! Сколько можно ждать?!

Характерный звук злобно брошенной трубки.

И еще одна…

– Здравствуйте, вы позвонили на телеканал Александру Железнову. Оставьте свое сообщение, и я вам обязательно перезвоню.

Характерный сигнал начала записи. Время записи – 16:39.

– Да где же тебя носит?! У меня поезд скоро!

Характерные звуки неоднократных попыток нервно повесить трубку.

И последняя…

– Здравствуйте, вы позвонили на телеканал Александру Железнову. Оставьте свое сообщение, и я вам обязательно перезвоню.

Характерный сигнал начала записи. Время записи – 17:11.

– Ты посылку заберешь, говорилка х***ва?!

Короткие сигналы висящей на шнуре трубки.

За спиной Железнова раздался тонкий писк – Кеша, согнувшись пополам, пытался сдерживать нервные рыдания, вызванные заочным диалогом с автоответчиком. Хватая ртом воздух и вытянув руку в сторону телефона, он пытался что-то произнести. Наконец его прорвало:

– Говорилка!!! Говорилка х***ва! Ой, не могу! Кто это, Александр, и что это!?

– Сейчас узнаем, – Железнов набирал Питер. – Але, Лен, привет, это я. Ничего, что рано? Слушай, из твоих знакомых никто в дурку не попал?.. Ага… Ага… Понятно… И что ты ему сказала? Понятно… Исполнительный… А мультфильмы он смотрит? Про почтальона Печкина… Ну ладно, передай ему мои соболезнования… Я не специально. Правда. Ну все, пока. Целую.

Железнов положил трубку, о чем-то на секунду задумался, мотнул головой – бывает же…

– Это Ленка Тимофеева, гендиректор питерской фирмы. Производят для нас субботнее вечернее шоу – по девяносто штук за программку. Мы с ней уже лет пять общаемся по телефону. Ни разу не виделись, но стали почти друзьями. – Железнов достал пачку сигарет. – У них заболел штатный курьер. И Ленка решила поощрить одного из старейших работников фирмы, как она говорит: «Реально – три класса образования, но электрик от бога, несмотря на то что вместо «фаза» произносит «хваза» – послала его в командировку в Москву, у него здесь дочка и внуки. Вручила ему четыре «мастера» с нашими программами, и чтоб осознал, сказала ему, что они стоят четыреста тысяч. Вот человек и переволновался. Слово «видеотека» у него как-то не отложилось, а на всякий случай Ленка вложила ему мой номер телефона – если что…