Как мы не стали бандой - Глеб Черкасов

Антон снова вспомнил, как отец морщился, когда он приносил из школы анекдоты про Василия Иваныча и Петьку.

В редакции выяснилось, что делать особо ничего не надо — номер готов. Зато приехал Толя. Он пытался рассказать «офигенную историю про ферму с рабами, которую раскрыли, потому что один из них сбежал, да не просто, а угнав тачку». Антон быстро прервал его рассказом о новых планах на рабочую жизнь и возможное прибавление в еще несуществующем семействе.

Крипун сначала погрустнел, но Маяков тут же заверил его в том, что для него ничего не меняется. Сам он в это не очень верил.

Тут в их комнату заглянул парень из соседнего отдела и с горестным видом сказал про в очередной раз загулявший по редакции слух о задержке зарплаты. Вывод был: давайте скинемся на выпивку. Антон дал купюру и пообещал, что они подойдут позднее.

Встал, прошелся по кабинету, посмотрел в окно — горизонт придавал ему вдохновения, он всегда старался сесть около окна.

— Помнишь, Толя, я рассказывал тебе про пиарщиков, которые собираются окормлять избирательный блок, намеренный ворваться в Думу на плечах генерала с громовым голосом? Им много материалов нужно, мы еще думали, что не справимся с таким объемом.

Крипун кивнул.

— А еще Михалыч говорил, что у него полно кандидатов, только пиши.

Крипун снова кивнул и с тоской посмотрел на дверь — финансовый взнос в пьянку не означал, что водка будет ждать.

Антон чуть не подпрыгивал на месте.

— Вот у нас за стеной сидят люди, которым уже завтра будет нечего есть, хорошие квалифицированные ребята. Мы дадим им денег, и они напишут кучу статей, мы будем снимать с каждой по пятнадцать-двадцать долларов — и все равно обогатимся.

— Ну уж и больше можно снимать, половины и той будет им достаточно, — улыбнулся Крипун. — Как здорово все ты это… А они писать здесь будут?

Маякова несло.

— Тебя ж из общежития попросили, да? Мы снимем хату, двухкомнатную: в одной комнате спать будешь, а в другой три компа поставим и на кухню еще один, я у отца одолжу, у него всегда есть лишние, будут по сменам приходить струячить, таких дел наделаем.

— Дискеты разных цветов купить надо, — задумчиво сказал Крипун.

— Зачем? — удивленно спросил Антон.

— У нас три заказчика, каждому из них поступает материал, чтобы не путать, а то скандал получится, появится четвертый — ему тоже будет положен отдельный цвет.

Антон развеселился.

— А сколько всего цветов у дискет, вдруг разрастемся и их не хватит?

— Десять, а там еще варианты есть, — серьезно ответил Крипун.

Маяков по части хозяйства всегда доверял другу.

— Ну ты, в общем, иди позондируй почву, как там ребята насчет подработок, а я скоро догоню.

Толя достал из сумки бутылку, привезенную из командировки, и уже в дверях повернулся:

— А как мы в газете работать будем, не успеть же ничего?

— Как-нибудь, — Антон деловито снимал трубку, как бы показывая, что уже намерен собирать заказы.

Когда из соседней комнаты донеслись восторженные вопли коллег, Антон положил трубку обратно на аппарат и задумался.

С детства из книг он знал о том, что в жизни каждого человека наступает момент, после которого все становится не так, как было. Если человек великий, то это Тулон, если обычный, то что-то поменьше.

Умом Маяков понимал, что пришли перемены. Однако ничего необычного не чувствовал.

Наконец он позвонил Кате.

Она взяла трубку сразу.

— А коляска какого цвета нужна? — решил он сразу взять быка за рога.

— Какая коляска? — голос звучал недоуменно.

— Ну, мальчикам голубую покупают, девочкам розовую, нам-то какая нужна? — Антон изо всех сил старался звучать иронично.

Катя охнула:

— Какой поворот, я думала, ты спросишь, я на трамвае на аборт поеду или отвезти на такси.

Маяков закурил.

— Ну а чего на аборт, чего сразу на аборт, я в отцы готовый хоть сейчас.

— Через семь месяцев примерно будь готов, — голос девушки звучал совсем необычно. — Что тебе приготовить на ужин?

— Давай я куплю что-нибудь вкусненькое, — Маяков вспомнил, что будущие отцы должны быть внимательными.

— Пару бутылок водки? Так теперь мне нельзя.

— Ну, я подумаю, — сказал Антон и быстро положил трубку, давя в себе желание все переиграть.

Закурил.

И придумал, как сжечь мосты окончательно: познакомить Катю с матерью и рассказать про будущего внука или внучку.