Последний из миннезингеров - Александр Киров

Он называл ее Ласточкой, в то время как остальные считали ее стервой последней и недоумевали, что общего может быть между этим человеком и ею.

– Муж да жена – одна сатана, – задумчиво цедили знатоки, и на его репутацию ложилась длинная-длинная тень.

– Ну что же ты, – пожимала она плечами, – брось меня. Я твой талисман наоборот. Расстанемся – и все у тебя в жизни сразу начнет налаживаться.

Он курил, качал головой и крутил пальцем у виска.

Тем временем Ласточка продолжала дурить.

Она закатила истерику на презентации его новой книги, когда ее, юную жену писателя, не пригласили на сцену.

Она прилюдно целовалась с другим писателем, который приходился ее мужу прямым конкурентом, причем все, кто это лицезрел, сочли поцелуи чуть более чем официальными или дружескими.

Она запустила напрочь их небольшую, но некогда уютную квартиру.

– Чего ты терпишь, идиот? – поинтересовался у писателя один из приятелей. – Нафиг тебе все это?

Он хмурился, курил и крутил пальцем у виска.

Потом они отошли в тень. Про него забыли. Начались совсем тяжкие для него, уже немолодого и привыкшего быть в центре внимания, времена.

Вслед за этим грянуло безденежье.

– Ну что, Лев Николаевич, – процедила Ласточка, когда муж подал ей утром кофе в постель, – когда мы создадим бестселлер «Война и мир – 2»?

– Когда деньги будут, – хмуро ответил он, не в силах оставаться веселым и шутливым даже в разговорах с нею.

– День-ги… – задумчиво протянула она. – Сколько же тебе надо для вдохновения, Нехлюдов-Левин?

– Миллион, – буркнул он, окончательно сугрюмившись, и понес чашки на кухню.

– Мил-ли-он… – пропела она.

А через день пропала.

Его приятели крестились локтем и повторяли крылатую фразу про то, что, мол, неизвестно еще, кому повезло. Лучше, дескать, так, чем если бы он всю жизнь мучился.

Писатель с горя запил. Однако через неделю это занятие ему надоело, и он, отключив все телефоны, заперся в окончательно потерявшей облик жилого помещения квартире, поселился на диване и уставился в телевизор.

А вот его приятели телефоны не отключали. И еще через неделю начали лихорадочно названивать друг другу, спрашивая: «Ты смотришь…» – и далее называли один очень популярный телевизионный канал. Ему так и не дозвонились, но он этот канал тоже смотрел, думая, свихнулся ли или все, что он видит, – правда.

Она живее всех живых красовалась на переднем плане телевизионной картинки, отвечала на вопросы и выигрывала раз за разом.

– На кону сто тысяч рублей, – возвестил слащеватый ведущий. – Внимание, вопрос…

Через минуту она выиграла сто тысяч рублей.

– У-у-у, – выдохнули приятели писателя, – давай заканчивай, сто тысяч хватит на приличную книжицу где-нибудь в Архангельске.

Но она играла двести пятьдесят тысяч.

Следующий вопрос должен был убить ее. В прямом и переносном смысле слова. Ведущий проговаривал каждое слово, словно, будучи сладкоежкой, съедал за эклером эклер.

– Зная, чья вы супруга, думаю, что ответить на этот вопрос вам не составит труда. Так вот: в каком году на сцене лондонского театра «Амбассадор» состоялась премьера спектакля по пьесе Агаты Кристи «Мышеловка»? А) В 1951 году. Б) В 1952 году. В) В 1953 году. Г) В 1954 году…

Знать это было в принципе невозможно. Все возможные подсказки она уже использовала. Оставалось гадать. Она угадала.

– Браво! – истерически закричал ведущий тоненьким голоском и снова предложил ей закончить игру.

– Ну!!! – выдохнули у телевизоров приятели писателя.

Писатель молчал. Он только сел на своем диване и впился глазами в экран. Ему было плевать на деньги. Он понимал, что на кону сейчас гораздо большее.

Она сказала, что продолжает игру, невозмутимо улыбнулась и надела узкие стильные очки. Только он знал, что для нее это было признаком небывалого волнения и отчаяния.

Вопросы методично били в одну точку и были потрясающе неправильными с точки зрения грамматики.

– В каком воинском звании служил в армии Михаил Александрович Шолохов в годы Великой Отечественной войны? А) Сержант. Б) Лейтенант. В) Капитан. Г) Полковник.

В их пацифистской семье об армии вообще как-то не говорили.

– Дура! Откажись! – орали приятели писателя. – Две книги уже есть. На хрена ему больше? Он уже давно исписался!

Она посмотрела в экран.

– Полковник! – прошептал он, отлично понимая, что апеллирует к прошлому, – сюжет игры был записан как минимум неделю тому назад.

– Полковник! – неожиданно повторила она.

Ведущий забился в бессвязном словесном припадке.