Целый год. Мой календарь - Лев Рубинштейн

1959

Заключен международный Договор об Антарктике.

Один давний знакомый был врач. Он занимался наукой, а именно проблемой выживания в экстремальных условиях. Опыты он ставил на себе самом, а поэтому пару зим прожил в Антарктиде на станции… забыл название. «Восток», что ли? Впрочем, неважно.

Однажды после долгой зимовки он зашел к нам в гости. Очень много и интересно рассказывал. А мне почему-то особенно ярко запомнился такой эпизод.

Дело было в начале 1980-х, то есть в годы глубокой советской власти. У них на станции был единственный партийный, он же и парторг. И даже было у него свое помещение, типа партком. Чем он там занимался, было неизвестно. Во всяком случае, ничем полезным он точно не занимался. И был к тому же вредоносным гадом, то есть, попросту говоря, стукачом.

Однажды зимовщики довольно жестоко над ним пошутили. А именно взяли и в пятидесятиградусный мороз, с риском для собственного здоровья, коллективно обоссали замок на дверях этого самого парткома. Могучий лед намертво сковал вход в заветное помещение.

Потом они издалека наблюдали, как пламенный коммунист со злобным выражением лица бегал туда-сюда с горячим чайником, который, кстати, вполне успевал остыть, пока его тащили от кухни до «парткома».

Хоть был он человек и зловредный, у него все же хватило благоразумия не давать этому делу ход, не раздувать «политическое дело» и вообще не смешить людей. К тому же он интуитивно понимал, что времена наступают уже «последние».