Элиза и ее монстры - Франческа Заппиа

МНЕ НЕОБХОДИМО ПОГОВОРИТЬ С ТОБОЙ ПРЯМО СЕЙЧАС. ТЫ ЗАНЯТА?

Я лежу на кровати с Дэйви как с подушкой и смотрю повтор «Собачьих дней». И потому пишу, нет, я ничего не делаю, но, вау, на улице ужасно холодно, а у меня в комнате так тепло. Уоллис отвечает, очень хорошо, он приедет ко мне.

Это означает, что он придет ко мне домой.

Он прямо сейчас придет в мой дом.

Скатываюсь с кровати так быстро, что ошарашенный Дэйви сваливается с нее вместе со мной. Бросаюсь отсоединять от компьютера графический планшет – он слишком дорогой для обычной школьницы, слишком продвинутый для кого-то, кто просто рисует фанфики, никогда не выкладывая их в Интернет. К несчастью, планшет слишком большой, чтобы спрятать его в ящик стола, а под моей кроватью расположено войско детских игрушек. Потому осторожно убираю планшет в угол шкафа и наваливаю на него старые рубашки.

Затем внимательно осматриваю стол и удостоверяюсь, что нигде не видно страниц «Моря чудовищ». Выхожу из учетки ЛедиСозвездие на форуме и логинюсь как Таящаяся. Срываю с монитора наклейки с напоминаниями, какие страницы нужно сделать и какие узловые моменты должны быть встроены в историю, и тоже бросаю все это в шкаф. Дэйви снова забирается на кровать и наблюдает за мной с таким видом, будто спрашивает, когда я вернусь к нему и продолжу обращаться с ним как с мягкой игрушкой.

Открываю дверь и тороплюсь вниз.

– Мама.

– Что, солнышко? – спрашивает она. Мама расположилась в гостиной в позе планки и одновременно изучает каталог ковров. Она называет это «гимнастикой, совмещенной с декорированием дома», и в этом деле она чемпион. Однажды она переделала всю кухню, подтягиваясь на перекладине в проеме двери, ведущей в передний коридор.

– Мы сегодня ничем не заняты, верно?

– Салли и Черч поедут тренироваться позже. Ты по-прежнему можешь отвезти их?

Она говорит так, будто у меня есть выбор.

– Я… ну… когда?

– В четыре. А что? – Она наконец поднимает на меня глаза. – На сегодня еще что-то запланировано?

– Хм. Ничего страшного не случится, если к нам приедет Уоллис?

Она поднимается и через секунду оказывается у двери. В ее глазах плещется возбуждение, но, может, это просто последствие долгой планки.

– Конечно. Он будет обедать? Я могу приготовить. Вы расположитесь в твоей комнате?

– Я… Я не знаю.

– Он приедет прямо сейчас? Ты встретишь его в этой одежде?

Смотрю вниз. На мне майка одной из папиных любительских бейсбольных команд, и потому она больше размеров на пять, чем мне требуется; старые спортивные штаны «Харлем Глоубтроттерз», подвернутые до колен; и мои самые толстые, самые теплые носки. Они сшиты из меха вуки или чего-то подобного.

– И тебе, наверное, надо принять душ, – говорит мама. – Волосы у тебя немного сальные.

Я предпочла бы, чтобы она промолчала об этом, но в то же время она права. Бросаюсь вверх, запираюсь в ванной и лезу под душ. Я не знаю, где живет Уоллис, но он обычно добирается сюда за пятнадцать минут. Прошло уже десять, еще пять я принимаю душ, и в тот момент, когда я заворачиваю волосы в полотенце и натягиваю штаны и майку получше, а также прежние носки, раздается звонок в дверь.

– Элиза! Уоллис приехал!

Выхожу на лестницу прямо в носках. Мама впускает Уоллиса в дом.

– Привет! – говорит она своим обычным голосом и протягивает ему руку для рукопожатия. – Так мило наконец-то познакомиться с тобой! Я мама Элизы.

Уоллис что-то отвечает ей, но очень тихо, и я не могу ничего разобрать. Странно, что он вообще хоть что-то сказал. Мама, должно быть, удовлетворилась его ответом, потому что поворачивается ко мне и улыбается с поднятыми бровями:

– Вы двое развлекайтесь! А я приготовлю обед.

Она исчезает в кухне. Уоллис смотрит вверх на меня. На нем джинсы, свитер и толстый вельветовый пиджак. Все четыре книги «Детей Гипноса» он держит под одной внушительной рукой.