Живая святая православного джихада - Александр Леонидович Яковлев

игры, а люди умирают. Вы сюда недавно приехали, вообще ничего еще не понимаете. Вы не видели, как убивают своих, чтобы гнать уголь на Украину. И сейчас словно с закрытыми глазами живете. Не знаете о зерновых сделках, обменах пленными? Не знаете, что газ по трубам стабильно бежит? Это не священная война, это богатые ублюдки отнимают друг у друга кормушки, сжигая простых солдат заживо. А когда они все поделят, то вместе в куршавелях будут жрать омаров! На людей им наплевать! На всех! Мы для них просто расходный материал!

Отец Григорий улыбнулся:

— Я очень рад, что ты приехал, Денис…

Военкор замолчал, все еще раздраженный словами отца-исповедника, но, не удержавшись, добавил:

— Так что пусть катится к черту ваша священная война!

— Я хочу, чтобы ты кое-что увидел, — произнес командир.

«Слава Отцу и Сыну и Святому Духу, и ныне и присно и во веки веков. Аминь» — Денис в очередной раз прочитал слова молитвы на лице отца Григория.

— Что увидеть? Как люди умирают за газопровод? — скептически спросил он.

— Нет. Как люди сражаются за любовь, — заглянул ему в глаза командир.

— Отец Григорий сказал, что надо отвезти тебя к сестре Наталье, — Толя глубоко затянулся сигаретой, глядя в ночное небо.

Денис промолчал. Они стояли на крыльце, наслаждаясь редкими минутами тишины и спокойствия.

— Ты снял, что хотел? — спросил Толя.

— Я не буду это выкладывать, — покачал головой Денис.

— Он человек сложный, но искренний.

— Да не в этом дело, — Денис раздраженно затушил сигарету и тут же взял новую. — Ты сам-то как попал в общину? — спросил он у добровольца, чтобы сменить тему.

— Перешел, когда все ополчение под Минобороны заводили. В Донецке познакомились, и как-то закрутилось.

— Понятно. У меня двоюродный дядька с Воронежа.

Толя рассмеялся так заразительно, что Денис не мог не улыбнуться в ответ, но все же поинтересовался:

— Ты чего?

— Позывной — он не от города, а от фамилии. Я сам донецкий, а это от Воронина прицепилось.

Денис усмехнулся. Настроение немного улучшилось.

— Завтра отправимся, — сказал Толя. — Там большие дела будут, и надо на позицию завести человека со снарягой. Тебе нормально, что мы на самый ноль поедем?

Военкор кивнул. В глубине души ему совсем не хотелось оказаться в окопах на первой линии, но его выбил из колеи разговор с отцом-исповедником. Денис хотел отвлечься, выкинуть из головы сомнения, и предстоящая поездка представлялась ему скорее адреналиновым приключением, чем реальной опасностью. Да и необходимость в репортаже никуда не делась.

— Слушай, — на корреспондента навалилась усталость, хотелось лечь и закрыть глаза.

— Ау? — поднял бровь Толя. На его губах еще играла легкая улыбка.

— А кто она такая, эта сестра Наталья? — спросил Денис, туша сигарету.

Лицо ополченца мгновенно стало серьезным:

— Она святая.

Денис не выспался. Полночи он ворочался на койке, вспоминая диалог с отцом-исповедником и слова Толи. Утро началось с тяжелой головы и плохого настроения.

Корреспондент больше не виделся с отцом Григорием, да и не искал встречи с ним. Позавтракав вместе с бойцами, он закинул вещи в кузов пикапа и ждал водителя.

Воронеж появился в компании другого военного — мужчины невысокого роста и плотного телосложения, с густой черной бородой. Буйная растительность на лице делала его похожим на гнома из фильма «Властелин колец», а позывной не отличался оригинальностью — на груди виднелась нашивка «Борода».

— Денис.

— Семен.

Военкор и доброволец обменялись рукопожатиями.

Денис обратил внимание, что у Бороды отсутствовали татуировки на лице. Еще вчера он отметил, что для членов общины это не было обязательным атрибутом.

— Мы везем его к сестре Наталье, — сказал Толя, кивком указав на корреспондента.

Густые брови Семена поползли вверх:

— Сейчас?

— Отец-исповедник настаивает, — с виноватым видом развел руками Воронеж.

Семен покачал головой, но ничего не сказал, только внимательно осмотрел Дениса, будто ища в нем что-то особенное. Потом пожал плечами, пробормотал: «Начальству виднее», и сел в машину.

Дорога прошла в молчании, только треск сообщений по рации нарушал тишину в кабине. Денис прислонил голову к стеклу и просто смотрел на проносившиеся за окном пейзажи. Пикап пылил по грунтовой дороге вдоль лесополосы, сопровождаемый зависшими высоко в небе дронами, почти не видимыми с земли.

Вскоре они достигли разрушенной деревни. Покружив между домами, Толя завел машину в полуразвалившийся сарай для сельскохозяйственной техники.

— Дальше пешком.

Денис пожал ему руку и вылез из кабины. Доставая свои вещи, он услышал, как Борода сказал водителю:

— Еще не поздно переиграть. Никто тебе ничего не скажет.

Военкор не услышал ответа Толи — Семен почти сразу хлопнул пассажирской дверью. Машина развернулась и уехала. Борода несколько секунд бормотал что-то, глядя вслед пикапу, а потом отвернулся и махнул Денису рукой, призывая следовать за собой.

Они вышли из сарая с другого конца и сразу оказались на узкой тропинке между зданий, укрытых листами профнастила и маскировочными сетками. Прошли насквозь несколько домов, ни разу не оказавшись под открытым небом. Наконец Борода вышел на наблюдательный пункт, где дежурили знавшие его солдаты.

Следуя их указаниям, Денис с Семеном прошли еще несколько дворов и, зайдя в очередной дом, спустились в подвал. Подземная часть здания оказалась неожиданно обширной и состоящей из нескольких комнат.

Миновав кухню и склад, проводник с военкором зашли в импровизированный зал совещаний, или ситуационный центр. На стенах висели мониторы, транслирующие картинку с камер наблюдения и беспилотников, рядом находились операторы, что-то тихо говорившие в свои гарнитуры. Посреди комнаты размещался длинный стол с разложенными картами, вокруг которого сгрудились люди в камуфляже.

Когда Семен и Денис вошли в помещение, все повернулись к ним и замолчали. Только негромкие голоса связистов, передающих команды по всему участку фронта, не давали повиснуть гнетущей тишине.

— Здравствуйте, товарищи командиры, — произнес Семен.

— Привет, Борода, — ответил высокий немолодой мужчина, выбритый налысо, с осунувшимся лицом и запавшими глазами. Он сурово посмотрел на прибывших. На старом камуфляже «флора» отсутствовал шеврон подразделения и позывной. Но по его уверенному виду и властной интонации было понятно, что от этого человека здесь зависит многое. — А кто твой спутник?

— Денис Малко, военкор «Новой правды».

— Борода, будь добр, выведи военкора за дверь, и пусть он подождет там, пока его не увезут обратно, — не глядя на Дениса, сказал мужчина Семену. Он говорил спокойно и медленно, чеканя каждое слово и смотря ему прямо в глаза.

— При всем уважении, отец Григорий велел мне доставить корреспондента к сестре Наталье, — Борода выдержал направленный на него взгляд. — Но я попрошу его подождать снаружи до окончания совещания.

В группе людей у стола произошло