Одолеть темноту - Ирэн Роздобудько

Мужчина вышел, придержал дверцу. Ага. Значит, он не один.

Марта ниже опустила голову, чтобы он случайно не заметил ее, и скосила глаза.

За Сергеем из машины медленно вышла девушка. Точнее, Сергей наклонился над дверцей и буквально вытащил ее из машины – обеими руками. Потом повел к подъезду, держа за плечи. Девушка шла неуверенной походкой. Перед тем, как исчезнуть в дверях, она робко оглянулась. Марта механическим жестом сняла очки.

Она могла дать на отсечение не только руку, но и голову: это была Зоя!

* * *

Назад она ехала более-менее спокойной. Но вместе с тем очень злилась на саму себя: «исчезнувшая» девушка жива-здорова, а все ее «пинкертоновские» расследования – глупая забава, пустое времяпрепровождение. А еще она почти с ненавистью думала о Сергее: зачем он водил ее за нос? Тоже решил поразвлечься? Посмеяться над ней?

Неплохие шуточки, в особенности, если учесть телефонные угрозы…

Но действительно – зачем это все? Что кроется за этими насмешками?

Марта медленно шла к дому, новые мысли постепенно замедляли ее шаги. Наконец она вообще опустилась на лавочку – что-то здесь не так.

Ясно одно: эта девушка, Зоя, не шутила, убегая от этого извращенца, понятно и другое: они снова вместе. Но как совместить первое со вторым?

Марта сидела и, как кадры из фильма, прокручивала в уме тот момент, когда пара выходила из машины. Сначала вышел Сергей – здесь Марта вспомнила, как он огляделся по сторонам и только потом заглянул в глубь машины, что-то сказал. Девушка вылезла не сразу. Скорее всего это выглядело так, будто Сергей вытащил ее оттуда.

Обеими руками вытащил, как рыбу из воды.

Потом крепко схватил за плечи.

Марта чуть не вскрикнула: да, да, он обхватил ее, будто она могла упасть или… или вырваться.

На пороге девушка оглянулась.

Марта напрягла память, чтобы в точности воспроизвести этот взгляд, и снова чуть не подскочила на месте: да, да, в глазах был испуг. Сама девушка выглядела какой-то уставшей.

Итак, это было «возвращение беглянки»!

Ее заставили вернуться!

Марте снова стало грустно. Вроде бы все прояснилось, все стало на свои места, и больше не о чем говорить.

Люди есть люди, и живут они так, как живут, – нельзя волноваться по поводу любого крика за стеной! Но не всегда видишь в лицо того, кто крикнул, – начала убеждать себя Марта, – случайно услышанный крик не мучает совесть. Можно только посочувствовать и понадеяться, что помогут те, кто ближе. А вот когда сталкиваешься с человеком лицом к лицу и понимаешь, что тот метафорический «крик» имеет вполне определенную форму – глаза, цвет волос, в конце концов – душу, тогда он не дает тебе покоя!

Рассуждая так, Марта пришла к выводу, что стоит поговорить с девушкой – это раз. А во-вторых, разоблачить Сергея – и сделать это так, чтобы в случае любого насилия или мести с его стороны он получил наказание.

То есть стоит доказать, и желательно при свидетелях, что угрозы на мобилку девушки шли от него. Но как это доказать?

Марта чуть не рассмеялась вслух – а телефон!! Стоит поставить обратно карточку, согласиться на встречу с Сергеем – желательно на собственной территории в присутствии Дмитрия – и просто набрать номер обратной связи, который сохранился на сим-карте!

Решение было принято. Марта решительно поднялась со скамейки и пошла к своему подъезду. До прихода любимого оставалось полтора часа, и она хотела успеть отдохнуть, переодеться и приготовить что-нибудь вкусненькое…

…В квартире разрывался телефон. Не захлопнув за собой дверь, Марта вбежала в комнату и успела схватить трубку.

– Где ты? – услышала она взволнованный голос Дмитрия. – Я звоню уже час! С тобой все в порядке?

– Да, да, любимый, – поспешила успокоить его Марта.

– Слава богу! – с облегчением вздохнул он. – Завтра же куплю тебе мобилку!

– Ты же знаешь, что я не люблю техники!

– Не спорь, малышка, сама поймешь, как это удобно. К тому же, я схожу с ума, когда не знаю, где ты, что с тобой! Наверное, я кретин… Я люблю, люблю, люблю тебя, малышка… Я скоро буду!

Она хотела ответить, но он, преисполненный чувств, отключился.

* * *

…Розовые сумерки проникают через розовые занавески, недавно купленные Мартой. Комната будто засыпана лепестками роз. В ней многое изменилось. Даже из самых дальних уголков выветрился дух безнадежности, добавились вазы, в которых теперь всегда стоят цветы – как только они начинают увядать, на их месте появляются новые: Дмитрий не терпит вида даже слегка увядших лепестков.

Цветы носит охапками.

И Марта все время находится в сладкой зависимости от удивительного запаха роз, лилий, хризантем.

Она лежит, обставленная цветами даже сегодня, накануне отъезда, и жалеет, что утром всю эту красоту надо будет выбросить.

Но сейчас – их вечер, они станут свидетелями домашних хлопот, сборов, ночного шепота, утреннего питья кофе – такой простой и будничной жизни. От которой у Марты теплеет на сердце. Особенно когда слышит, как в ванной льется вода.

Она уже привыкла, что Дмитрий любит часами плескаться в ванне, и это тоже трогает ее. Он выходит оттуда, как младенец, – для нее он пахнет клубникой и молоком. Когда она однажды сказала об этом, Дмитрий рассмеялся, заметил, что люди действительно находят друг друга по запахам – на животном, чувственном, уровне. Так, как он нашел ее, ведь она в тот момента, когда он подошел к ней, тоже пахла ягодами и медом.

Пока течет вода, у Марты есть время.

Она встает с кровати, роется в ящике, находит фиолетовый телефончик и крошечную пластинку, которую чуть не выбросила в окно в тот далекий первый день своего удивительного отпуска. Это надо сделать сейчас, до отъезда.

Марта вставляет карту памяти, нажимает кнопку, вводит четыре единицы – все, как сказала Татьяна, у которой она завуалированно проконсультировалась еще час назад.

«Вещдок» – готов! Очередь за тем, чтобы добавить к истории, которую Дмитрий уже знает, еще и эту – с найденным телефоном…

Марта кладет симпатичную безделушку под подушку.

И слышит, как на тумбочке у кровати отзывается телефон…

* * *

– Я тебя плохо слышу… Что это шумит?

– Все идет по плану…

– Сомневаюсь… Он заходил уже дважды!

– Не волнуйся. Я его вычислил. Не позднее чем завтра утром он уже никого не побеспокоит. Особенно тебя. Ты – моя жизнь…

– А что это за звуки? Ты на улице?

– Это – вода…

– Что случилось? Говори честно! Говори! Где ты? Ты отмываешься?