В поисках настоящего - Александр Рей

Я обернулся. Передо мной простиралось бескрайнее поле, расчерченное ровными линиями. Подпиравшие стеклянный навес балки смешиваясь, казались единым лабиринтом. Мой вагон отсюда был практически неразличим. Кому и для чего понадобилось строить такого монстра?

А еще я заметил, что серая стена находится на том же расстоянии, что и была, будто шаг в шаг шла за мной. Наверное игра блеклого света.

Снаружи здание вокзала выглядело грустным (если так можно говорить о строениях). Но именно таким оно мне и показалось. Большие, длинные окна, абстрактные образы из гипсовой лепнины, серая, под стать перронам, штукатурка – мрачным его не назовешь, скорее именно грустное… печальное. А еще этот искусственный небосвод, как бы разрубал здание на половины. Явно крышу над путями построили много позже самого вокзала. Если бы сквозь навес просматривалось продолжение здания, уходящее ввысь, тогда впечатления о нем вполне могло сложиться другое. А так лиши кого половины тела, он будет выглядеть лучше? Вряд ли…

Само собой в воображении возник образ завершенного вокзала: высоко-высоко представляются тонкие шпили, уходящие в самое небо, несколько башен, фигуры горгулий и минотавров застывшими глазами наблюдают за суетливым народом…

Внутри царил глубокий сумрак – это когда пасмурным, холодным осенним днем заходишь в зашторенную комнату и почти ничего различить не можешь. Не смотря на обилие окон в большом едином зале можно увидеть лишь общие очертания помещения. Высокие колонны, лестницы с подъемом на верхние этажи, отгороженные перилами балконы, посреди зала возвышался небольшой постамент… Наверное здесь когда-то стоял памятник или еще что-то.

Вообще, в этом месте что-то странное творилось со светом, будто он имел определенный, совсем небольшой радиус действия. Хотя окна и были достаточно яркими, но внутренний сумрак они развеять не могли, отказываясь делиться дефицитной теплотой.

Из-за царящей кругом темноты, чтобы увидеть из которого материал сделан пол мне пришлось нагнуться. Сначала показалось, что я стою на утоптанной земле , но затем присмотревшись понял – это просто темный мрамор… или что-то вроде монолитного куска сланца. Я несколько раз топнул ногой – звук мгновенно разбежался по углам, уносясь все выше к своду, которого также отсюда не видно. Вполне могло оказаться, что вокзал имеет форму огромной башни, или высотой всего в несколько этажей… Свечение окон, по которым можно судить о высоте здания, нельзя было различить уже с третьего этажа.

– Эй… – крикнул я, и тут же огромные невидимые титаны отозвались басами со всех сторон.

– Эй… эй…эй… – кружилось эхо вокруг меня. Никогда не думал, что пустые помещения своими масштабами способны сводить с ума.

Каждый новый шаг давался с большим трудом, но я заставил себя отправиться дальше, в одну из четырех больших арок. Выбирал наугад.

Спустя полсотни шагов, я оказался еще в одном просторном зале. Он конечно не дотягивало до размеров только что покинутого, но и скромным его так же не назовешь – два этажа, посреди большая люстра, вдоль стен какие-то застекленные будки – по виду киоски для товаров. Наверное, когда-то здесь вовсю продавали соки и фрукты, газеты, свежую выпечку, пиво… Я подошел к одному из лотков и провел рукой по стеклу. Так и есть – на руке остался слой пыли. Затем сел на корточки и присмотрелся, за мной тянулся шлейф следов.

Теперь мне стало ясно что именно на меня здесь давило, что заставляло напрягаться и тру́сить. Если в старом здании Старика все разваливалось на части, увядало, катилось вспять к нулю, то здесь все замерло, остановилось… Осмотревшись, у меня сложилось такое впечатление, что люди не убегали отсюда в панике или спешке, не спасались от неведомой угрозы, а спокойненько собрали свои вещи, товар, и отправились куда-то подальше отсюда. Вместо жизни здесь царствовали затхлость и пыль, и даже окна не смели пропускать свет, чтобы не дай Бог побеспокоить покоящийся внутри вокзала мрак.

Прикрепленный к стене щит стрелками указывал направление. Почему-то в том зале я ни одного указателя не заметил. Дальше по коридору и прямо – тех зона: камера хранения, комната отдыха, матери и ребенка, туалеты. Прямо по коридору и налево – кассы, справка, начальник вокзала. Прямо и направо – выход в Город.

Немного поразмыслив, решил отправиться к кассам, надеясь найти справочную. Ведь там вполне могли оставить карту, телефонную книгу или еще хоть что-нибудь, что могло бы мне помочь составить представление о том, куда я прибыл и найти направление дальнейшего движения.

Прошел еще в одну арку, раза в два меньше первой, и оказался в длинном коридоре. На всем его протяжении слева в стене были окна, а за ними… то же самое бескрайнее поле железных путей.

Даже не знаю какое расстояние мне пришлось преодолеть, прежде чем я оказался возле развилки – коридор раздваивался прямо и направо. На потолке предусмотрительно висели таблички-указатели, еще раз напоминающие пассажирам, что прямо – к кассам, направо – выход в Город. Еще сколько-то там сотен шагов и я стою у поворота к кассам. Дальше коридор вел к техзоне.

Свернув налево я заметил, что коридор чуть расширился. Хотя до этого в нем и так спокойно могли разъехаться пара грузовиков. Это место явно строил болеющий максимализмом архитектор.

А еще, что меня удивило – это окна, точнее вид за ними. Только что я шел вдоль проложенных слева от меня путей. Повернув налево я обнаружил окна справа, за которыми простирались платформы идущие так же вдоль моего движения. Я постарался нарисовать в голове приблизительную схему вокзала.

Не требовалось особого ума, чтобы понять – одно из двух: или одни линии должны пересекаться с другими, или места для прибытия поездов имеют несколько ярусов, и тогда стеклянная крыша вовсе не стеклянная, и не крыша, а перекрытие между уровнями со скопищем ламп дневного света. Но почему я нигде не ощущал спуска или подъема? Если вокзал устроен так, как я представил, уровень должен был подняться метров на десять. И к тому же, если лампы освещают платформы, почему ни одна не горит внутри здания?

Непонятности с моим поездом просто детские загадки по сравнению с этим местом… И для Рая, или Ада вокзал слишком странный выбор. Остается только смириться с очередной загадкой и отправляться дальше.

Идти пришлось не так далеко. Коридор уж как-то совсем неожиданно закончился, перейдя в просторное помещение, метров пять в высоту и черт знает сколько в длину. По бокам от меня виднелись вросшие в стену кабинки касс – огороженные от зала стеклом десятки, сотни кабин для продажи билетов… Мне опять начинало представляться наводнение – выстроенные в бесконечных очередях потоки людей. Я встряхнул головой, стараясь отогнать подступающую панику. Все, чего много для меня явно вредно. И почему я так странно реагирую на большие пространства и строения? Наверно потому, что привык жить в маленьком, закрытом мирке вагона.

Огромные, почти во всю стену окна располагались у противоположной стены. Я направился к ним. Сказать что удивился, увидев главный перрон и отходящие от него пути, а чуть поодаль – мой состав? Наверное, нет. Хотя стоило бы! Ведь, если вспомнить блуждания по залам и коридорам вокзала, я должен был зайти черт знает как далеко от места, где оставил поезд. А получилось, что пришел туда же, откуда ушел. Знал бы, просто выбил окно и пролез сюда. Все равно здесь никого нет, кому мое хулиганство могло прийтись не по вкусу…