Тень медработника. Злой медик - К. Секачева

– А как же, – говорю, – есть.

А она:

– Какие?

А я:

– А вам какие нужны?

А она:

– А вы расскажите, какие у вас есть.

Рассказываю. Распинаюсь про вагинальные и ретальные, про акулий жир и пчелиный клей прополис, эффералган и цефекон, про французское качество и противозачаточный эффект…

После чего она спрашивает:

– А какие из них с фитильками?

* * *

Подходил к концу мой второй рабочий год после интернатуры в травмпункте «уездного города N». Спокойный летний денек, народу, как ни странно, было мало, и я, сидя в кабинете, мило общался с медсестрами.

Наш разговор прервал стук и опостылевшая уже фраза «Можно?» Можно!

На прием пришел парень лет 25, опрятный, неплохо одетый. Сообщил, что его избили сотрудники полиции и он хотел бы «снять побои». Я направил его в регистратуру для оформления амбулаторной карты. Через 5 минут он вернулся с картой, и я приступил к стандартной процедуре: жалобы, анамнез, обстоятельства травмы (предупредил, что будем сообщать в полицию). Пациент жаловался на боль в голени, плечевом суставе и грудной клетке. При осмотре: отека нет, гематом нет, пальпация болезненна (со слов больного и по выражению лица) в области дельтовидной мышцы, 4–5 ребер слева и ср/3 голени. По осмотру было ясно, что переломов нет, но я все равно направил его на рентген для подстраховки. В это время поставил кабинет на кварцевание и пошел обедать.

Через полчаса, посмотрев снимки пациента, не обнаружив на них «криминала», ставлю диагноз: ушиб мягких тканей в области левого плечевого сустава, ушиб левой половины грудной клетки, ушиб левой голени. От больничного он отказался, выдана справка с диагнозом и рекомендациями. Пациент поблагодарил, положил на стол сложенную в виде конверта бумажку и вышел. Подобные «благодарности» в нашей профессии нередки, поэтому я положил эту бумажку в стол.

Буквально через 10 секунд в кабинет врываются трое людей в штатском, предъявляют удостоверения сотрудников УБЭП и сообщают, что был произведен процесс передачи взятки. Меня как будто ударило током, секунд 5 я соображал, что происходит. Наконец я взял себя в руки и быстро вспомнил, чему всегда учили многие «бывалые» и что я сам читал о том, как надо себя вести в подобных ситуациях. Я сразу пошел в отказ: денег не брал, ничего у меня нет, говорить ничего не буду без адвоката. Пока приглашали понятых, свидетелей, я чирканул эсэмэс жене, она подняла на уши всех родственников, тут же позвонила сестра, позвонил адвокат, рассказали мне план действий.

Один из сотрудников проверил мои карманы, потом полез в стол и обнаружил там эту бумажку. В ней была купюра в 5 тысяч рублей. Только после этого они включили видеокамеру и приступили к осмотру места. Я сразу сообщил, что деньги не мои, стол общий для всех врачей, не знаю, как туда попали, меня вообще не было 30 минут в кабинете и мне ее подкинули, плюс на камеру они не сняли, что деньги достали именно из тумбочки. Денег ни с кого я не требовал, больничные не выдавал, предыдущего пациента просто осмотрел и дал рекомендации.

Сотрудники достали УФ-лампу, купюра оказалась меченой, но на моих руках следов не было, т. к. в руки я ее не брал, а конверт пометить они не догадались. После этого пыл их как-то поутих, а я уже вздохнул свободнее. В объяснении я повторил все свои отказы от каких-либо денег, от дачи других показаний и вообще от всего. Объяснение так же отказался подписать.

В общем, сотрудники удалились, забрав 5 тысяч рублей с собой!

Через 2 дня мне пришла повестка явиться к следователю для дачи показаний. Следователь оказался нормальным парнем, я ему все рассказал, как было. Следователь дал понять, что его самого уже достали эти подставы от «коллег». В общем, «в возбуждении уголовного дела отказано ввиду отсутствия состава преступления».

Вместо послесловия: что я хотел этим до вас донести, уважаемые коллеги? Я думаю, что все вы и так все знаете, но не лишним будет повторить:

1. Взяткой считается передача денег или иных материальных ценностей должностному лицу за выполнение административно-распорядительных мероприятий (выдача больничного, оформление в стационар без очереди, оформление группы инвалидности, требование денег за операцию и т. д.). Деньги, полученные за лечение пациента, взяткой не являются, независимо от суммы.

2. Никогда не идите навстречу людям с улицы и даже знакомым знакомых. Только людям, которых вы знаете лично и кому доверяете.

3. В случае, если все-таки попались, идите в отказ. Отказывайтесь от всего, требуйте привлечения к делу того, кто вам предложил взятку, ну и само собой – позаботьтесь об адвокате. Не всегда могут попасться такие безграмотные и криворукие сотрудники УБЭП.

Я надеюсь, что мой пример предостережет вас от подобных случаев.

* * *

Была как-то наша «девятка» на вызове с поводом «аритмия». Доктор-реаниматолог – грамотный, молодой.

По приезде родственники больной стали выговаривать бригаде:

– Да что это за бригада, один моложе другого, да у вас дипломы вообще-то есть? Может, вы студенты вообще…

Фельдшер невозмутимо снимает ЭКГ и передает доктору:

– Посмотрите, доктор, это аритмия или что?

Тот так же невозмутимо достает смартфон и, глядя на ЭКГ, говорит:

– ОК, Гугл, как лечить аритмию?

Визгу было…

* * *

В реанимацию городской детской больницы из перинатального центра поступил ребенок 30 дней. Тяжелое гипоксическое поражение головного мозга, частые судороги, зондовое питание. Врачи отделения совместно с неврологами провели полное обследование ребенка, включая КТ и МРТ, откоррегировали противосудорожную терапию, вылечили сопутствующую инфекцию. Долго не удавалось нормализовать питание, ребенок не усваивал кормление, но, после полутора месяцев усилий, ребенок наконец стал хорошо усваивать смесь, прибавил в весе и даже начал сосать из рожка. Пришло время перевода ребенка в отделение неврологии. Мать ребенка под разными предлогами отказывалась ложиться по уходу, то ей нездоровится, то ей срочно надо уехать из города по очень важным делам. В результате вполне стабильный ребенок остается в реанимации еще на 2 недели.

Как-то в выходной день один из врачей реанимации случайно встретил мать ребенка на улице и уговорил ее лечь в больницу для ухода за ребенком. Наконец уже подросшую девочку перевели. Сперва мать была очень рада улучшению состояния ребенка, но после двух бессонных ночей у нее начался психоз. Она начала швырять свою маленькую дочурку, затыкать ей рот, когда она плакала. Медперсонал даже слышал, как она говорила: «Лучше бы ты умерла в реанимации». В конце концов она отказалась от ребенка.

Обиднее всего, что эта мамаша, когда ребенок лежал в тяжелом состоянии в реанимации, строила из себя заботливую святошу. Претензий от нее в сторону врачей и медсестер было не счесть. То ей кажется, что ее девочке «уделяется недостаточно внимания», «сухие губки», «не вовремя перевернули на бочок», «не берете на руки».