Семь признаков счастья (сборник) - Олег Рой

– Мяу, – жалобно подтвердил кот.

Я щедро насыпал ему корма, налил воды. Пока он жадно ел, произвел беглый осмотр. Все вроде бы в порядке, лапы целы, хвост на месте, кот дома.

Тут наконец силы оставили меня, явно ощущалась температура, и общее состояние было просто кошмарным. Дополз до кровати, написал начальнику сообщение, что беру отгул, потому как совсем худо, и рухнул.

– Поешь – приходи, – шепнул я коту.

Тот не заставил себя долго ждать, быстро расправился со своей порцией – и прыгнул ко мне под бок, замурчав. Где-то на заднем фоне сознания мелькнула мысль, что кот грязный, с улицы, а постель чистая. Но какое это имеет значение? Черт с ней, с постелью. Главное, что он здесь. Я обнял кота и заснул. Счастливый.

Утром проснулся на удивление здоровый. Вот уж и вправду – коты лечат. Бруно тоже имел вид бодрый и готовый к новым приключениям. На всякий случай я решил свозить его в ветеринарную клинику, раз уж самочувствие вроде нормальное, а день все равно свободный.

Запихав орущего путешественника в переноску (да, к этому моменту я уже обзавелся сим полезным приспособлением), поставил на сиденье машины рядом с собой и благополучно добрался до клиники. Кот с любопытством поглядывал в оконце переноски и орать перестал. Так что в ветклинику мы вошли как два приличных джентльмена.

Очереди не было. Я тихонько постучался.

– Здравствуйте, вы по записи? – подняла на меня глаза очаровательная молодая девушка.

– Нет, мы без записи… Тут никого не было, я решил зайти… Понимаете, у меня кот потерялся, шастал где-то несколько дней… и вот вернулся. И я на всякий случай решил показать его врачу…

Господи, какие же у нее глаза!

– А, проходите, – приглашающе махнула она рукой. – Вынимайте из переноски, ставьте на стол.

– А доктор скоро подойдет? – поинтересовался я. Пушистый барагоз таких тут дел натворит, если вытащу раньше времени.

– А я и есть доктор, – улыбнулась она.

– Простите, пожалуйста, – смутился я. – Вы просто…

– Такая молодая? – засмеялась ветеринарный врач. – Ничего страшного. Не вы первый, не вы последний. Почти все спрашивают, я привыкла. Просто я так выгляжу. На самом деле уже семь лет практикую. Вот на стенке дипломы висят. Вы не волнуйтесь, котика не обижу. Все по высшему классу сделаем. Да, красавчик? – Последнее было обращено к коту. Но на какие-то миллисекунды я подумал, что ко мне, и на моем лице расплылась улыбка. Хорошо, что врач ничего не заметила. Стыд какой, взрослый мужик несет какую-то чушь, мямлит и улыбается, как дурак.

Тем временем Анна – так было написано на ее бейдже – деловито начала осмотр. На удивление ушастый забияка вел себя совершенно спокойно. Морщился, но терпел, когда ему заглядывали в уши и пасть. Не вынесла душа поэта лишь ректального термометра.

– Уйаааааау! – взвыл кот. Такого с ним еще не случалось. – Уйаааау! – Предатели, супостаты, подлецы, заманили, обманули, оскорбили! Кот резко вывернулся из наших с доктором рук, оттолкнулся задними лапами от стола и взмыл в воздух, сделав неимоверный кульбит. Врезавшись в передвижную тележку с лекарствами и инструментами, с которой тут же осыпалось несколько баночек и шприцев, Бруно ринулся к закрытой двери и принялся яростно царапать ее когтями.

Пришлось вылавливать, тащить обратно, крепко держать и снова проводить операцию, унижающую честь и достоинство половозрелого кота. Пока мы мерили температуру и удерживали негодующее животное, руки Анны несколько раз коснулись моих, и по телу тут же побежало электричество. И я готов съесть свою шляпу, если она не испытывала то же самое.

Когда наконец с осмотром было покончено, Анна вынесла вердикт:

– Ваш кот практически здоров. Поврежден лишь коготь на задней лапе, его надо подрезать. И еще: я назначу вам препараты для профилактики блох и гельминтов.

– Слава богу, – выдохнул я, хоть интуиция и так подсказывала мне, что кот в порядке.

Анна подрезала коготь, выдала бумажку с названиями лекарств, чек для кассы и улыбнулась:

– Кажется, все. Не болейте!

И тут я понял, что если сейчас уйду, то… Дурак, в общем, буду, если вот так уйду. Надо было что-то делать.

– А… можно мне ваш телефон? Вдруг понадобится консультация, – начал я и посмотрел ей прямо в глаза.

Анна помедлила, выбирая между визиткой компании и листком бумаги, на котором можно написать собственный мобильный. Наконец решилась и четким почерком вывела одиннадцать цифр.

– До свидания… и спасибо, – сказал я, зажав в руке заветный листок и подхватывая переноску с Бруно. – Я обязательно позвоню, чтобы рассказать, как у нас дела.

Какая же у нее улыбка!..

Вечером я принимал монтажника из оконной компании, ибо сетку требовалось немедленно заменить. «Мне срочно, понимаете! Срочно!» – убеждал я. Наконец телефонная трубка утвердительно хмыкнула и пообещала кого-нибудь прислать.

– Что у вас за срочность такая? – поинтересовался пришедший работник.

– Понимаете, у меня кот выпал. Два раза уже, – сообщил я.

– Кот? Гм. Давайте напишем: ребенок чуть не выпал.

– Но у меня нет ребенка, – озадачился я. И чем ему кот не годится?

– Ладно, я что-нибудь придумаю. А то нам начальство голову оторвет: срочный вызов из-за кота.

– Пишите, что хотите, только окно, пожалуйста, сделайте.

Наконец новая сетка была готова. Я предупредительно погрозил пальцем: только попробуй еще раз, проказник ушастый. На всякий случай натер сетку коркой мандарина (это я тоже в Интернете вычитал), чтобы коту не нравился запах и грызть ее больше не хотелось. Потом выпил чаю, сгреб кота в охапку и отправился спать. О том, что у меня вчера была жуткая простуда с насморком и температурой, напоминал лишь пакетик с лекарством, лежащий на компьютерном столе. Чудеса, да и только. Это все кот-волшебник. Еще скажут на работе, что я симулировал.

Кот выбрался из-под одеяла, встряхнулся и ушел куда-то по своим делам. Приоткрыв один глаз, я проследил, чтоб не на балкон, и тут же заснул.

Проснулся, впрочем, не по будильнику. А среди ночи. Знаете, такое премерзкое ощущение, когда просыпаешься в темноте и понимаешь, что в твоем дверном замке кто-то деловито копается. И не просто копается, а целенаправленно вскрывает и, судя по звуку (хоть я в этом и не спец), скоро проникнет в квартиру.

Я мигом вскочил. Схватил первое, что попалось под руку.

Между тем в коридоре появилась узкая полоска света. Значит, грабитель приоткрыл дверь и теперь прислушивался, не разбудил ли хозяев. Я замер. И что теперь делать-то? В полицию звонить поздно: пока я номер наберу, меня уже чем-нибудь по голове огреют, и поминай как звали.

И вот стою я, значит, в темноте. Голышом. С утюгом в руке. И сам не знаю, что дальше. Вот сейчас меня обдаст лучом света грабительского фонарика, и насмешливый голос спросит: «Ну что ж ты, как дурак, родименький? Голый и с утюгом». И опустится на мой лоб тяжелая бита. И упаду я. И поминай как звали.