Десять вечеров - Сборник сказок

Оделил старик сыновей деньгами и отпустил на все четыре стороны.

Младшие сыновья над старшим посмеиваются:

– Что-то принесёт наш простак домой!

На первом перекрёстке разошлись они в разные стороны. Младшие пошли в большие города, а старший – куда глаза глядят.

Шёл, шёл, видит: глубокая речка, а моста через неё нет – снесло его разливом. Зеленеют за речкой луга и леса, но не служат они людям, потому что нет через речку переправы.

И подумал тогда старший брат:

«Надо мост починить, чтобы земля за рекою зря не пропадала. Пусть будет людям польза!»

Стал он чинить мост и трудился так все три года. Издержал он все отцовские деньги, и осталось ему одно: возвращаться домой с пустыми руками. «Вот, – думает, – посмеются надо мной братья!» Но делать нечего. Лёг он спать в последний раз на берегу реки. И тут во сне явился ему седобородый старец.

– Хорошо ты послужил людям, – сказал старец. – А вот о себе позабыл. Но не останется твой труд без награды. Вот тебе удочка. Стань завтра на мосту и три раза забрось её в реку. Первый раз поймаешь кошелёк. Не простой это кошелёк! Стоит его тряхнуть – и посыплются золотые монеты. Второй раз поймаешь волшебный кувшинчик. Наклонишь его – и польётся вино неиссякаемой струёй. Третий раз поймаешь метёлку. На вид она проста, но есть у неё чудесное свойство. Сделана она из веток дерева, растущего на луне41. От каждого удара этой метёлкой старики молодеют. Только помни: два-три раза ударь, не больше.

Наутро проснулся старший брат и думает:

«Что за странный сон мне приснился! Привидится же такое!»

Смотрит, а рядом и вправду удочка лежит. Понял тогда старший брат, что приснился ему вещий сон. Стал он на мосту и закинул удочку в реку. Дрогнула удочка, словно рыба клюёт. Выхватил он леску из воды, а на крючке кошелёк висит. Открыл его, встряхнул – золотые монеты посыпались. Забросил он удочку во второй раз и поймал кувшинчик. Льётся из кувшинчика небывало вкусное вино – никогда не доводилось ему пробовать такого.

Только стал забрасывать удочку в третий раз, а метёлка уже по волнам плывёт. Завязал он три сокровища в платок, надел узелок на палку и поспешил домой.

Видит: по дороге младшие братья едут, и с каждым три воза добра. Подняли его братья на смех:

– Глядите, наш простак один тощий узелок несёт! Так мы и думали! За три года ничего не наторговал. Зря прожил отцовские деньги!

Молчит старший брат, только улыбается. Поехали братья вперёд, а он следом за ними бредёт по дороге.

Старик радостно встретил сыновей. Он уже приготовил каждому по кладовой. Все родичи и односельчане сошлись посмотреть, чем же наполнят кладовые сыновья старика.

Открыли дверь первой кладовой, а она доверху полна отборного риса.

– Вот это хорошо! – говорит отец среднему сыну. – Рис для крестьянина – первое дело.

Открыли дверь второй кладовой, а она вся набита свёртками шёлка.

– Молодец! – говорит отец младшему сыну. – Большое богатство нажил!

А третью кладовую он и смотреть не стал, повернул сразу к дому.

– Что же, отец! – воскликнул старший сын. – В мою кладовую даже заглянуть не хочешь?

– А зачем в неё заглядывать? – отвечает отец. – Только перед гостями срамиться. Ты ведь с одним узелком пришёл!

– Не обижай меня! Разве я тебе не такой же сын, как другие?

Делать нечего. Нехотя отпер старик дверь третьей кладовой. И вдруг оттуда рекой хлынули золотые монеты. Все даже зажмурились – так ярко они сверкали.

Смотрят гости, и от удивления никто слова вымолвить не может. Тут старший сын говорит им:

– Берите все по горсти золота, прошу вас, не стесняйтесь! Там ещё много останется! А после пойдёмте к нам пировать!

Сели гости пировать. Старший сын налил всем чудесного вина, и – пошло веселье!

– Всё хорошо, одно только жаль! – сетует отец. – Уж очень я стар! Не то сплясал бы на радостях!

– Сейчас я помогу тебе найти твои молодые ноги, – сказал старший сын и ударил раз-другой старика по спине метёлкой.

– Что ты делаешь, непочтительный сын! – удивились гости. Только смотрят: старик-отец из седого стал черноволосым бодрым мужчиной – больше тридцати лет никак не дашь! Вскочил он и заплясал. Тут все старики и старухи давай просить, чтобы их тоже метёлкой постегали. Дряхлая бабушка и та помолодела. Вслух она поблагодарила, но про себя ворчала:

– Пожалел внучек метлы! Мог бы сделать меня и ещё помоложе, чтобы выглядела я лет на двадцать или, того лучше, на семнадцать.

Все пустились в пляс, только бабушка не стала плясать, куда-то исчезла. Наконец хватились её, начали искать; глядь, а от метлы одни изломанные прутья остались! Лежит рядом на полу пустой бабушкин халат, а в одном его широком рукаве барахтается грудной младенец, плачем заливается.

Делать нечего, пришлось внукам нянчить собственную бабушку. А метла так и пропала. Вот почему теперь старики больше не молодеют.

Красавица на портрете

Много лет тому назад жил в одной деревне человек недальнего ума по имени Гомбэй. Исполнилось ему тридцать лет, перевалило за сорок, а он всё ещё в холостых ходил. Девушки только подсмеивались над его простотой.

Вдруг однажды под вечер пришла в его кривую лачужку незнакомая красавица и просит:

– Будь милостив, приюти меня под твоей крышей хоть на одну ночь.

Изумился Гомбэй, но охотно принял гостью. Сели они ужинать, а как поужинали, девушка просит снова:

– Вижу я, живёшь ты один. И я одинока. Возьми меня в жёны.

Обомлел от счастья Гомбэй.

С той самой поры он так полюбил свою молодую жену, что никакая работа у него больше не ладилась. Начнёт плести соломенные сандалии, а сам с жены глаз не сводит. Плетёт-плетёт и не заметит, что вышли они у него величиной с корыто, обуть нельзя. Станет мастерить соломенный плащ, а сам всё на жену глядит. И выйдет у него плащ, как на великана, надеть нельзя.

Пойдёт Гомбэй работать в поле – и тут у него работа не спорится. Ударит мотыгой раз, ударит другой – и бежит поглядеть на жену. Вскопает одну борозду – и скорей домой: «Жена, где ты?» Наглядится на неё вдосталь и снова берётся за мотыгу.

Увидела красавица, что не идёт у Гомбэя дело. Отправилась она в город и заказала художнику свой портрет.

– Смотри, как похоже, – сказала она мужу. – Повесь этот портрет возле поля на ветке шелковичного дерева и любуйся