Жизненный план - Лори Спилман

Внезапно меня охватывает такая тоска по моей школьной подруге, что я готова проехать через всю страну, чтобы увидеться с ней. Прижимаю телефон плечом к уху и беру органайзер.

— Хорошо, — восторженно соглашаюсь я. — Записала огромными буквами. Не сомневайся, Кербер, на этот раз я не забуду. Обещаю.

Я засыпаю прямо за столом, пока составляю меню на День благодарения. Там и застает меня Эндрю, когда возвращается домой с работы.

— Эй, — он нежно гладит меня по руке, — пора в кровать, соня.

Поднимаю голову и утираю слюну у рта.

— Который час?

— Только четверть одиннадцатого, ты просто устала. Пошли в спальню.

Поднимаюсь из-за стола и оглядываю незаконченное меню.

— Я хотела в этом году организовать ужин на День благодарения. В доме мамы. Думала приготовить все ее любимые блюда. Что скажешь?

— Делай, как тебе удобно. Я ведь говорил тебе, что Джоад и Кэтрин не придут?

— Нет, — хмурюсь я. — Я ничего не знаю.

Эндрю распахивает дверцу холодильника.

— Джоад на днях оставлял сообщение. Они едут в Лондон. Кажется, это деловая поездка.

— На День благодарения? Они с ума сошли? Я обязательно позвоню Кэтрин и поговорю об этом.

Эндрю достает сыр и бутылку «Хайнекен».

— Неужели ты думаешь, что они променяют Лондон на ужин с индейкой?

Боль одиночества пронзает меня неожиданно сильно. Я надеялась, что мы соберемся все вместе, ведь это первый праздник без мамы, и мы сможем поддержать друг друга на этом трудном этапе. Похоже, я единственная, кому необходима поддержка. Вздыхаю, осознавая, что потерпела поражение.

— Ты прав. Значит, будем только мы, Джей и Шелли и дети. — Вспыхиваю от радостной мысли и поворачиваюсь к Эндрю: — Слушай, а давай пригласим твоих родителей. Как считаешь, они придут?

— Без вариантов. Слишком долго ехать.

— Бостон не так далеко.

— И тем не менее не рядом. — Он толкает дверцу ногой и достает из ящика нож.

Я задумчиво за ним наблюдаю.

— Ведь так может быть и с нами. Наши дети вырастут, пригласят нас на День благодарения, а ты скажешь, что это невозможно.

Эндрю отправляет кусок сыра в рот.

— Дети? — спрашивает он удивленно. — Кажется, ты говорила о ребенке. Только об одном ребенке.

— Не в этом дело. Ты меня понял.

Он глотает сыр и запивает пивом.

— Если у нас будет ребенок, полагаю, ты захочешь все праздники проводить вместе с ним. Это нормально.

Во рту появляется неприятная горечь. У меня нет желания слышать ответ на следующий вопрос, но тем не менее я его задам:

— А ты? Ты хочешь проводить время с семьей?

— Господи. — Эндрю ставит бутылку на гранитную столешницу. Как и его раздражение, пена взмывает вверх. — Как же я от всего устал! Тебе не достаточно того, что я согласен иметь ребенка? Нет? Хочешь сделать из меня Клифа Хакстебла?[8]— Тычет мне в грудь пальцем. — Это была твоя идея, Брет. Твоя и твоей сумасшедшей мамаши.

Одеревеневшими пальцами касаюсь дрожащего подбородка.

— И это совсем не то, чего хочешь ты. Верно, Эндрю?

Он вертит в руках бутылку пива, не спуская с нее глаз.

— Мы можем поговорить в другой раз? У меня был чертовски сложный день.

Киваю, понимая, что этот «другой раз» будет очень скоро. Мы оба оказались слишком самоуверенны в наших надеждах, что каждый готов разделить мечту друг друга.

Я намеренно назначила занятия с Питером на пятницу, зная, что с ним мои мысли будут очень далеки от личных проблем. Его мать провожает меня на кухню, где за столом уже ждет Питер. Сегодня он так же груб и немногословен, хотя согласился покинуть комнату без баталий. Однако Амбер сегодня в прекрасном настроении. Она устраивается в гостиной, и наш урок сопровождается сигаретным зловонием и звуками шоу Мори Повича.

Достаю из сумки учебник алгебры.

— Сегодня займемся математикой, Питер. Многие шестиклассники не изучают алгебру, так что можешь гордиться такой честью. — Открываю параграф о сложных многочленах. — Посмотрим. Миссис Кифер велела нам сегодня разобрать эту тему. Посмотри на задачу под номером один. Сможешь разобраться?

Питер углубляется в чтение, чешет голову и хмурится.

— Сложно. — Отодвигает учебник. — Лучше вы.

Я понимаю, что это всего лишь уловка. Миссис Кифер уверяла, что Питер должен с легкостью справиться с этим заданием, но все же я лезу в сумку за ручкой и блокнотом.

— Давно мне не приходилось решать задачи со сложными многочленами. — Я принимаю его игру, попутно ругая себя за то, что не удосужилась заранее изучить этот материал.

Через некоторое время, найдя, наконец, в сумке калькулятор, я углубляюсь в подсчеты, царапаю цифры на листке, стираю и считаю опять. Питер наблюдает за мной с самодовольной ухмылкой на лице.

Через добрых пять минут решение написано и ответ найден. С чувством выполненного долга я убираю со лба прядь волос и смотрю на своего ученика с победной улыбкой.

— Вот ответ: 3у дробь 8х в минус четвертой степени. — Кладу перед ним блокнот. — Давай объясню решение.

Питер изучает написанное мной с надменным видом профессора математики.

— А преобразовать?

У меня вытягивается лицо.

— Преобразовать… а что… Ты хочешь сказать…

Питер вздыхает и закатывает глаза.

— Когда вы получаете частное от многочленов, отрицательные числа должны быть преобразованы. Отрицательный числитель становится положительным знаменателем. Вы ведь это знаете, верно? Правильный ответ: 3у дробь 8х в восьмой степени.

Кладу локти на стол и начинаю массировать виски.

— Да, конечно. Ты абсолютно прав. Молодец, Питер.

Поднимаю на него глаза.

— Тупая ука, — бормочет он, глядя прямо на меня.

«Тупая сука» — вот что он хотел сказать.

Отъезжаю от старого белого дома и останавливаюсь через несколько кварталов напротив спортивной площадки. Достаю из сумки мобильный телефон и набираю номер.

— Здравствуйте, доктор Гарретт. Это Брет.

— Привет, только что думал о вас. Как прошел день?

Откидываюсь на подголовник.

— Проиграла в соревновании «Умнее ли ты восьмиклассника».

— Кажется, вы работаете с шестиклассниками, — напоминает он со смехом. — Не будьте так самоуверенны.