Тринадцатая редакция - Ольга Лукас

– Мне очень некогда, – начал наскоро организованное совещание Даниил Юрьевич. – Мы готовы, Константин Петрович.

– А я уже выставил защиту, – похвастался тот.

– А ведь правда. Надо же, я даже не почувствовал, ты всё-таки очень быстро растёшь. Отлично, остальные тоже не уменьшаются. Насколько я могу судить, Денис и в самом деле может считывать желания носителей, так?

– Может, – ответил за него Шурик.

– Мне нужно озвучить то, что я понял? – спросил Денис.

– Нужно, – серьёзно сказал Даниил Юрьевич, – а также то, чего не понял.

– Ну, хорошо, сейчас, – сосредоточился Денис. – Я неожиданно оказался как бы внутри самого желания. И, если честно, только сегодня сообразил, что имею дело с желаниями, а не с простыми глупыми мыслями недалёких людей… Нет, не это важно. Он хочет, чтобы его оставили в покое и дали возможность работать. Это – главная тема. Ещё он хочет, чтобы дело было сделано до того, как он потеряет зрение. Это – существенная деталь. А дальше я не понял, но – чтобы это сделанное дело затмило своими очевидными достоинствами глючные винды… Извините, это он так мечтает, а не я так ругаюсь.

– Какой молодец! – не удержался Виталик.

– Кажется, я знаю, кому мы доверим это дело, – подмигнул ему Даниил Юрьевич.

– Всё это, конечно, хорошо, но я не понимаю главного – зачем мы ищем и исполняем чужие желания? – задал главный вопрос Денис.

– Шурик? – нахмурил брови Даниил Юрьевич.

– Забыл рассказать, – развёл руками тот. Мельком взглянув на свою развесёлую команду, шеф Тринадцатой редакции сначала легонько подул прямо перед собой, а затем резко хлопнул в ладоши: и все как будто очнулись от странной спячки. Спячка эта длилась минуту, не больше, а если свериться с часами (сверился только Константин Петрович), то и вовсе нисколько, но Денис за это время узнал всё о принципах работы мунгов и шемоборов, об их вековечной вражде и некоторых существенных различиях в достижении поставленной цели.

– По крайней мере, тут нет неопределённости. Мы – хорошие, они – плохие. Мне это нравится, – удовлетворённо произнёс он.

– С нашей точки зрения, так и есть, – кивнул Даниил Юрьевич. – С их точки зрения – всё ровно наоборот.

– А если взглянуть со стороны? – не поддался на его уловку Денис.

– С чьей стороны? – уточнил шеф.

– Вообще – со стороны, незаинтересованной.

– Незаинтересованной стороне абсолютно наплевать на наши человеческие качества, – вполне серьёзно заявил Даниил Юрьевич. – Даже заинтересованной – то есть носителю желания – тоже наплевать. С его точки зрения, мы все хорошие. Как представители двух конкурирующих компаний, производящих прохладительные напитки и предлагающих ему в жаркий день широкий ассортимент своей продукции.

– Но всё-таки они покупают душу, а мы отпускаем её. Это ведь ощутимая разница! – азартно воскликнул мальчик.

– О да, ещё какая! – вмешался Виталик. – В некоторых восточных традициях как раз мунги считаются плохишами, ведь добрые шемоборы, по тамошним представлениям, вытаскивают несчастную душу из череды перерождений, а мы стараемся всячески этому помешать, этакие гады!

– Меня не интересуют традиции. Меня интересует правда. На чьей я стороне? – холодно перебил его Денис.

– Ты на нашей стороне. Вот всё, что мы можем тебе гарантировать, – отвечал Даниил Юрьевич.

– А вы на чьей?

– На твоей.

– Где находится эта сторона? – упрямо продолжал Денис. Даниил Юрьевич был сама невозмутимость.

– Ты в детстве читал «Трёх мушкетёров»? – мягко спросил он. – Наверняка, все их читали. Так вот, на чьей стороне они были?

– На стороне короля и королевы, насколько я помню, – пожал плечами Денис. Его гораздо больше увлекли приключения Шерлока Холмса.

– А на чьей стороне были король с королевой? С точки зрения их современников, наших современников, с точки зрения тебя-читателя? Всё относительно. И лично мы не можем гарантировать тебе ничего.

– Я хочу верить вам, – сказал Денис после некоторого раздумья. – Ещё не поверил полностью, а только отдал себе приказ – верить, даже не верить, наверное, а доверять. Это будет интересный и необычный опыт в рамках общения с людьми.

– Не надо общаться с людьми в рамках, – заметил Цианид (кто бы говорил!). – Выйди за них, и тогда тебе не придётся всякий раз ломать защиту, чтобы подслушать желания собеседников и попытаться понять, о чём же они на самом деле думают. К тому же по желаниям ты вообще вряд ли ход мыслей сможешь восстановить. Скажем, некто страстно желает сходить в туалет – но думает при этом о теореме Ферма.

– Новенький опять сломал твою защиту? – обрадовался шеф, так, как будто поставил на Дениса весь свой месячный оклад.

– Я поддался ему и тут же всё отстроил заново! – хмуро ответил Константин Петрович. – Надо же было понять, как это работает. Он, кстати, действует грубо, но эффективно, методом тарана. Я не знал, что так тоже можно.

– А значит, мальчик уже принёс за этот день пользы больше, чем все вы, вместе взятые! – потёр руки Даниил Юрьевич. – А уж когда он осознает себя, войдёт во вкус – тут держись. Кстати, если ты действительно сообразил, как это действует, сделай краткий обзор для наших иногородних коллег. Просто чтоб ребята знали, ага?

– Хорошо, я так и хотел поступить – после работы, – кивнул Цианид.

– Извините, что вмешиваюсь, – поднял руку Денис, – но я правда не понимаю, о чём вы говорите. Защита – это такой термин, да? А кого она защищает? И главное – от чего?

– Во даёт! – восхищённо протянул Виталик. – Сломал хорошую вещь, а как она называется – не знает.

– Я ничего не ломал! – смерил его взглядом Денис. – И вообще не имею привычки…

– Тихо-тихо-тихо, – приостановил новенького Даниил Юрьевич. – Защита – это одна из тех штук, которую проще показать один раз, чем объяснять, что это такое. Тем более что тебе тоже неплохо бы её освоить – хотя бы на индивидуальном уровне.

– Ну, вы попробуйте для начала объяснить. Иначе я так и буду постоянно ломать то, не знаю что, – заявил Денис. – Не настолько же я туп, чтобы не понять без наглядного примера?

– Тут дело не в тупости, – отмахнулся Даниил Юрьевич. – Вот попробуй объяснить мне, что такое павлинье перо.

– Ну, это такое перо, которое…

– Я не знаю, что такое перо.

– Это такая штука, которая торчит из хвоста у павлина.

– Я не знаю, что такое павлин.

– Павлин – это такая птица.

– Разве у птиц бывают хвосты? Разве им нужно заметать следы, как лисицам?

– Нет, не нужно.

– Тогда зачем птице, которая именуется павлином, хвост? И почему из этого хвоста торчат какие-то перья? Это посторонние предметы? Это что-то вроде заноз или, может быть, это стрелы охотника?