Двухместное купе - Владимир Кунин

— Бедный, бедный парень... — горестно проговорил В.В.

— В нескольких желтых немецких и русскоязычных эмигрантских газетках тут же появилось трогательное сообщение о том, что молодой и «очень известный» русский драматический артист Алекс Самошников, рискуя жизнью, сумел бежать от милитаристско-коммунистического режима и попросил творческого убежища в Свободном мире. Спецслужбы переслали эту информацию в Бонн — в посольство Советского Союза, чтобы представители «империи зла» знали, что людям искусства в их государстве дышать нечем! Очередной пример — актер А. Самошников.

— О, мать их в душу!.. — вздохнул В.В. — Какая безразмерная гнусность! Добро бы это был кагэбэшный разведчик, ученый с мировым именем, литератор, прозвеневший на весь белый свет... А Лешка-то им на кой хрен сдался?!

— Вы, Владим Владимыч, должны это понимать лучше меня. Вы в «этом» жизнь прожили... Поэтому ваш справедливый интеллигентский всхлип считаем вопросом риторическим, ответа не требующим. Вы не забыли, что в то время в политике хороши были любые средства? Как, впрочем, и сегодня...

— Ангел! Вы не пробовали выступать с лекциями на собраниях пенсионеров в жэковских клубах «Кому за семьдесят»?

— Нет.

— Напрасно. Там вас обожали бы!

— Не задирайтесь.

— Я не задираюсь... — печально произнес В.В. — Я просто обывательски хочу понять, где было в этот момент Ваше Небесное, Всеведущее, Всемогущее и Всезнающее внимание к сирым и убогим?! Неужели нельзя было как-то помочь Лешке? Отвести, упредить...

— Владим Владимыч! Владим Владимыч!.. Я не собираюсь рваться в бой за честь ангельского мундира, но давайте будем справедливы. В самую первую очередь в Службу ангелов-хранителей поступала информация о чрезвычайных ситуациях в среде Верующих Людей! С Неверующими было гораздо сложнее. Сведения о них приходили Наверх крайне скупо и выборочно.

И для спасения Неверующих командировались обычно совсем юные ангелы-практиканты, каким я был в то время, или очень пожилые ангелы-хранители, которые вот-вот должны были отправиться на заслуженный отдых...

— Иными словами — перед Господом тоже не все равны? Так?

— Не ловите меня на слове, — резко сказал Ангел. — Второе: как вы догадываетесь, штат ангельско-хранительской Службы всегда был намного меньше, чем людей, нуждавшихся в ангельской помощи...

— «Вас много, а я — одна!» Классический аргумент магазинной продавщицы незабвенной эры советизма, — желчно вставил В.В.

— Будет вам... Не ёрничайте, — неприязненно заметил Ангел. — Теперь о Небесной помощи Неверующим в Бога: делалось это в исключительных случаях. И тогда одним выстрелом убивались сразу два зайца. Спас Неверующего — укрепил ослабшую Веру у остальных, а Неверующего почти беспроигрышно обратил в Веру! Трюк чисто пропагандистский. Когда-то этот трюк с прелестной ироничностью лег в основу старого протазановского фильма «Праздник святого Йоргена»...

— Ай да Ангел! Ай да молодец!.. — вскричал потрясенный В.В. — Вам-то откуда известно о Протазанове и его фильме?! Его сейчас не все кинематографисты знают!..

— Тс-с... — Ангел приложил палец к губам. — Вы весь вагон разбудите. Я разве не говорил вам, что у нас в Школе ангелов-хранителей была превосходная фильмотека?

— Нет...

— И многие фильмы, снятые на Земле, были просто включены в наш учебный процесс. А какая у нас была библиотека!.. Впрочем, библиотеку я вам уже показывал... Кстати! Вашу «Интердевочку» я прочитал еще там — Наверху, в Школе, в пятом классе. В одиннадцать лет! Она у нас достаточно долго ходила по рукам среди младшеклассников.

— О Господи... — только и смог сказать В.В.

— Вот от Него мы эту книжечку как раз очень тщательно скрывали, — заметил Ангел.

Было слышно, как состав начал замедлять ход. За черным окном стали проглядывать желтые дрожащие огоньки...

— Бологое? — спросил В.В.

Ангел посмотрел в зеркальную оконную темноту, глянул на часы:

— Нет. Наверное, разъезд какой-нибудь. Устали?

— О чем вы говорите?! Мне безумно интересно вас слушать, Ангел. Но какие-то эпизоды я хотел бы увидеть своими глазами. И если это вас не затруднит...

— Ну что вы, Владим Владимыч! Польщен! Единственное, что позволю себе, — некоторые сокращения. Подробный рассказ о Лешкином бытии на Западе — не нужен. Эмиграция есть эмиграция, будь она случайной, как у Лешки, или вынужденной и тщательно подготовленной. Сегодня об эмиграции уже столько написано-переписано, что все эти описания уже давно утратили свой трагический аромат запоздалых открытий мира. Так что вас не смутит некоторая обрывочность того, что вы сейчас увидите?

— Не смутит, не смутит. Валяйте!

— Конечно! Что я спрашиваю... Вы же сами говорили, что в процессе создания фильмов вы неплохо научились смотреть еще не смонтированный материал, — вспомнил Ангел.

— Ни хрена я вам этого не говорил! Я только думал об этом...

— Ну, думали, какая для меня разница... Ложитесь, ложитесь! К Бологому я вас растолкаю. Что-нибудь приготовить к пробуждению?

— Ну, если вы будете настолько любезны... — замялся В.В.

— Буду, буду, — рассмеялся Ангел.

— Тогда немного джина, — сказал В.В., укладываясь на свою постель. — Желательно со льдом...

На этих словах В.В. купе «Красной стрелы», снова набирающей ход, стало плавно превращаться в...

... ТИТР:

конец четвертой серии