Ого, индиго! - Наталья Кулагина

– Я не хочу лечиться, – гордо произнес Илья. – Я счастлив, что болен. У меня открылось внутреннее видение. Я всю жизнь ждал именно эту встречу, именно эту девушку. Без нее мне было здесь очень скучно. Скука сделала меня неуязвимым. Я будто все знаю наперед, меня ничем невозможно удивить, я вижу сны, а наутро они в точности повторяются, со мной говорят люди, и я могу предсказать каждую следующую фразу. Я все знаю. Вообще все. Роман с новой девушкой еще не начинается, а я знаю, чем он закончится. Так зачем же начинать? Портить жизнь себе и окружающим? Наносить душевные раны? Участвовать в заговоре против людей?

– Почему? – потерял нить разговора Кеша. – Что, опять заговор? Активизировались масоны? Да уж, нет нам покоя!

– Какие массоны? Все гораздо хуже, Кеша! Заговор против людей – новости, информация, насилие на экране (одно убийство в минуту). Здесь не хочется жить. Душные города, жестокость, агрессия. Это самая печальная планета на свете.

– Какая планета?

– Земля – третья планета от Солнца!

– А что, есть альтернативы?

– Мне кажется, что были! Когда-то давно были. Но я сам выбрал именно эту ДВЕРЬ, сам сделал этот шаг и вернулся сюда! А теперь с детства пытаюсь вспомнить, зачем. Я не вижу смысла.

– Ты кто? – Кеша вспомнил, что во всех рекомендациях по обращению с больными советуют не выражать сомнений в их словах.

– Я забыл, Кеша. Если я вспомню, кто я, многое изменится. Пока я детский издатель, который не верит в сказки. Вот, пожалуй, и все.

На удивление, «звезда эфира» узнала Динку по голосу. Он не впал в склероз, в маразм и звездную болезнь. Не кокетничал, не выпендривался, не играл. Произошло чудо – ОН ОБРАДОВАЛСЯ ЗВОНКУ! Встречу назначил в пафосном ресторане в центре города. Пришел на свидание в видавшем лучшие времена белом смокинге, за столом держал себя демократично, словно стеснялся лишний раз подчеркнуть свое высокое –положение.

– Что будем пить?

– Чай зеленый, с жасмином.

– А что покрепче?

– Я не пью.

– А я пью, милочка. – Элегантным щелчком «король эфира» подозвал официантку. – Голубушка, мне графинчик холодной водки. И, пожалуй, все. – После грандиозного заказа он развалился в мягком кресле и приступил к допросу с прист–растием.

– Ну и как тебя на радио занесло?

– Я ищу работу. Я хочу делать мир лучше.

– А если мир не хочет становиться лучше?

– Хороших людей больше, чем плохих. А рассказывают только о хулиганах, о бандитах, о тех, кто заработал свои первые деньги на обмане, предательстве, подлости. Складывается такое впечатление, что предают все и сразу. Но это не так.

– Ты знаешь правду? Я ее не знаю. Расскажи. Мне интересно. – «Король эфира» усмехнулся, как пожилой бес, но увлеченная Дина этого не заметила.

– Надо рассказывать хорошие сказки, играть в умные игры. Они помогут людям найти друг друга. Добро победит зло, это так просто понять. А сейчас пиарят зло. Будто, только убив, предав и искалечив, можно стать настоящим человеком. Ветрогонское время. Временная победа зла над добром.

– Зачем ты об этом думаешь? Ты красивая, живая девушка. Тебе не идет думать. Хотя многие склоняются к тому, что в моду входят умные женщины. Я даже рад этому. – Он чуть ближе пододвинулся к Дине. Смущенная Динка покраснела и избрала уникальный метод защиты от нескромных мыслей.

– Я переживаю о судьбе России. Что мы оставим на память о себе? По каким документам историки будут изучать наше время?

«Звезда эфира» чуть отклонился, с изумлением уставился на Дину, будто впервые осознал, что общается с психически нездоровым человеком. Динка отметила первую победу и понеслась дальше, словно на гоночном автомобиле, не сбавляя взятого темпа.

– Мне не все равно, что будет завтра. Сегодня слаб тот, кто не смог предать друга, растоптать любимую, перешагнуть через собственного ребенка. Я хочу изменить этот мир.

«Звезда эфира» окончательно протрезвел, не зная, как классифицировать поведение Дины.

– Вас случайно зовут не Хакамада? Никогда бы не подумал, что пластическая хирургия дошла до такого совершенства. Какой зрелый ум в столь юном теле. Как давно у вас был мужчина в последний раз? Знаете, от этого многое зависит. Характер, настроение женщины.

Динка смутилась под прямым взглядом. Но, вспомнив, что имеет дело со знаменитым представителем землян, расслабилась и сказала правду (то есть легенду под прикрытием).

– Я ищу работу. Мне очень-очень надо. От этого зависит жизнь одного хорошего человека.

– И что это за человек, если не секрет?

– Этот человек – моя дочь. Я хочу, чтобы она мной гордилась.

– Она будет гордиться тобой, Дина. – «Звезда эфира» порядочно опьянел. – Ты редкий, добрый, необычный человек. Ангел. Но здесь живет порядочное количество чудовищ. Но ты теперь не одна. У тебя есть друг. Это я. Твоя дочь будет счастлива, что у нее именно такая мать. У тебя такие прозрачные глаза – Шанхай-озера. Нежный профиль. Ты имеешь право на достойную жизнь!

Динка сияла.

– Ты хорошая, Дина, честная, живая. Я помогу тебе. Возьми. – «Звезда эфира» протянул Динке неопознанную визитку. – Позвони, представься от меня. Поверь, я сделаю все, что могу, чтобы ты была счастлива!

Динка ворвалась домой как свежий ветер, гоняющий цветки сакуры по горячему асфальту.

– МАМА! Я ТАК СЧАСТЛИВА, МАМА!

– Ну, рассказывай! – Мама вышла на кухню в длинной ночной рубашке.

– А что рассказывать? Все, как я и говорила. Он такой добрый, чуткий, понимающий. Все внимательно выслушал. Кто я, что я, чем живу. Сказал, что подумает и поможет с работой.

– Прям так и сказал?

Дина задумалась, прокрутила в голове встречу и уже не столь уверенно кивнула головой.

– Да, прям так и сказал.

– Я надеюсь, что он завтра об этом тоже вспомнит.

– Мама, чутье тебя подводит! Я незабываема!

– Это правда!

– Он так и сказал. Дина – ты молодец! Ты всех сделаешь. Ты еще им покажешь! Они еще увидят!

– Кто они? Кто здесь еще, кроме нас?

– Ну, это образно!

– А конкретное что-нибудь посоветовал?

– Говорит, тебе все должны! Ты единственная! Они еще пожалеют! Ты – Дина, уникальная, а они – к черту. Сами придут и все предложат.

– И ты поверила?

– В то, что я хорошая, быстро верится. Как только сказал – уникальная, так сразу поняла, какой он тонкий понимающий человек!

– Может, он бабник?

– Это невозможно! Обещал сам позвонить. Он такой надежный, мама!

– Ну жди, жди! – Мама с трудом скрывала иронию.