Дурное влияние - Уильям Сатклифф

— Картошечка! То, что доктор прописал!

И запускает руку в пакетик. Вообще-то маленькая порция немногим больше пригоршни, но я не возражаю. Старт вроде неплохой.

— И часто ты картошкой завтракаешь? — спрашивает он.

— Бывает. — Хотя это наглая ложь. Застань меня мама за завтраком в «Макдоналдсе», она бы меня точно убила. — А ты, значит, молочным коктейлем? — По тени внутри соломинки я вижу, что это не кола. — И часто ты так завтракаешь?

— Бывает.

За столом повисает молчание. Я добиваю остатки картошки, Олли — свой коктейль. Он явно не желает смотреть на меня, пока не разберется в раскладе. По тому, как он булькает соломинкой в стакане, понятно, что Олли дико нервничает. Я стараюсь тоже особо на него не глазеть и полностью сосредотачиваюсь на картошке, как будто это единственная интересная вещь во всем зале. Как можно медленнее доедаю остатки.

В конце концов Карл не выдерживает:

— А ты чего не в школе?

Я пожимаю плечами:

— Да так, неохота. А ты чего не в школе?

Я намеренно говорю «в школе», а не «в отряде».

Прежде чем пожать плечами, он на секунду задумывается, а затем ухмыляется:

— Да так, неохота.

И когда он это произносит, я понимаю, что все в порядке. Я сыграл по его правилам, не слишком дергался, но и не выглядел жалким, и, похоже, фокус сработал. Облегчение такое, как будто в животе развязался узел.

В голову вдруг приходит новая мысль: а может, все это время Карлу как раз хотелось, чтобы я вернулся? Нет, в самом деле, мысль очень даже разумная. Если тебе хочется командовать, то командовать двумя в два раза лучше, чем одним. И если в твоей банде всего один Олли, это, в общем-то, совсем даже и не банда. Со мной Карлу гораздо выгоднее, чем без меня. По сути, ему и хотелось-то всего лишь одного — быть боссом.

Ну и пусть. Подумаешь, не буду командовать. Может, это не так уж и плохо. А по сравнению с одиночеством так вообще супер.

— А как ты нас нашел?

Он спрашивает без всякого подвоха. Кажется, он даже впечатлен.

— Да так, догадался, — отвечаю я. Похоже, Карл верит. Все лучше, чем сказать, что я следил.

— Чем собираешься заняться?

Он смотрит на меня из жуткой голубой бездны своих глаз. Я пожимаю плечами.

— Мы идем воровать, — объявляет он. — Хочешь с нами?

По тому, как дергается голова Олли, я понимаю, что для него это новость. Должно быть, планы изменились из-за меня. Вот только странно, почему Олли так удивлен. Даже дураку ясно, что Карл хочет заставить меня сделать нечто большее, чем просто сачкануть с уроков. Ему нужны более весомые доказательства того, что я снова с ними.

Либо так, либо это ловушка. Возможно, он просто решил меня подставить. Меня возьмут с поличным, и это станет его последней победой. Возможно, он не успокоится до тех пор, пока меня не вытурят из школы и не отправят в спецуху, точь-в-точь как его самого. Возможно, именно так он хочет раздавить меня окончательно.

— Я пожимаю плечами — и не то чтобы «да», но и не совсем «нет». Я еще в жизни ничего не крал и не могу сказать, что особо горю желанием стать вором.

— Чего хочешь украсть? — спрашивает Карл.