Время прощать - Миа Марч

– Я все гадала, что с тобой случилось с тех пор, как я видела тебя в последний раз! – защебетала Полина, поправляя бретельки белого купальника, выглядывающие из-под сарафана. – Когда видела тебя в последний раз, ты была на сносях.

Большой бриллиант в кольце Кэрри сверкнул на пальце.

– Точно. Полина, ты сказала, что Джун забеременела и бросила колледж. Значит, все это время ты работала здесь?

– Последние семь лет я жила в Портленде. – Джун готова была убить себя за необходимость вообще что-то объяснять. – Но моя тетя серьезно заболела, поэтому я перебралась сюда, чтобы помочь.

Все они покивали с притворным сочувствием. Кроме Марли Как-там-ее, которая слишком увлеклась перелистыванием «Вог» на стойке с журналами.

– Тогда, думаю, ты придешь на встречу выпускников в октябре, – сказала Полина. – Все недоумевали, почему тебя не было на нашей пятилетней встрече, и я деликатно объяснила твою… ситуацию, – добавила она шепотом, словно у Джун было заразное заболевание.

«Встреча выпускников. Ха. Ни за что туда не пойду даже если пойдут Кэт и Изабел. Да и потом на выходные Дня труда половина одноклассников приехала в город», – подумала Джун.

– Все зависит от того, как в конце октября будет чувствовать себя тетя, – произнесла она вслух.

– Конечно, – подхватила Кэрри, любуясь своим кольцом. – Ты слышала? Полина теперь помощник редактора в журнале «Нью-Йорк-сити». Она устроила потрясающую вечеринку в честь этого повышения. О Боже, видела бы ты ее квартиру. Терраса с видом на Эмпайр-стейт-билдинг и миллион огней.

– Здорово, Полина. – Джун ощутила, как в желудке винтом поднимается спазм.

«А ведь это действительно здорово. Это жизнь, которую я хотела».

Пока три женщины бродили среди полок и выставок, Полина ввернула упоминание о своем бойфренде, старшем продюсере на «Эй-би-си ньюс», о летнем отдыхе в Хэмптонсе и новой яхте, которую этим летом купили ее родители, живущие в одном из самых вычурных домов на береговой линии Бутбей-Харбора.

– Очень жаль, что я приехала только на эти выходные. Здесь роскошно. – Полина и Кэрри стояли перед кассой с полными руками книг. – Тебе так повезло, что ты снова будешь жить здесь круглый год, Джуни. В Нью-Йорке так жарко летом.

– Я помню, – кивнула Джун, пробивая их покупки.

Полина взяла литературный бестселлер, мемуары, путеводитель по Мачу-Пикчу и полный комплект «Гарри Поттера» в твердом переплете – для ее «одаренной восьмилетней племянницы». Кэрри купила две кулинарные книги от знаменитостей. А Марли Как-ее-там ничего не купила. Вдвоем Полина и Кэрри истратили целое состояние.

Полина убрала свою золотую кредитную карту в бумажник и взяла сумку с покупками.

– Я недавно навещала свою сестру, пока ее муж был в путешествии, и, Бог ты мой, Джуни, снимаю шляпу перед вами, матерями-одиночками. Вы должны делать все сами без выходных и праздников! Не знаю, как вам это удается.

Снисходительность лилась нескончаемым потоком с блестящих губ Полины и из ее глаз.

– И что еще хуже, – добавила Кэрри, – у матерей-одиночек нет надежного тыла. Вы все делаете сами. Нет мужа, которому можно позвонить, пока он в деловой поездке, чтобы пожаловаться. Это, должно быть, так тяжело и одиноко.

«Боже, как я их ненавижу», – мысленно пожаловалась Джун.

– Джун, если есть минутка, зайди, мне нужна твоя помощь в конторе, – раздался голос Генри Букса из глубины магазина.

«Спасена. Спасибо, Генри», – подумала с облегчением Джун.

Все женщины повернулись и увидели Генри, входящего в свой кабинет.

– Черт, какой сексуальный, – прошептала Кэрри. – Холостяк?

Марли Как-ее-там, имеющая, по мнению Джун, внешность ангела – огромные голубые глаза, лицо сердечком и аккуратная фигурка, – отложила журнал и подошла к подругам.

– Он отличная партия.

Первые ее слова были хотя бы приятными. И точными.

– Боже, Марли, вот почему ты до сих пор одна, – заметила Полина. – Он вряд ли отличная партия. Он владелец книжного магазина. Я тебя умоляю.

– В смысле? – Джун уставилась на Полину.

«Как отвратительно».

– Да ладно, ты знаешь, что я имею в виду. – Полина округлила глаза.

– Да, совершенно точно знаю.

«И мне тебя жаль, – усмехнулась про себя Джун. – Спасибо, что помогла понять. Ты просто гнусная, ничтожная стерва. И мне нет никакого дела, что думают гнусные, ничтожные стервы».

Джун очень надеялась, что Генри не слышал слов Полины, хотя не сомневалась: ему в высшей степени наплевать. Джун не встречала более уверенного в себе человека, чем Генри. Он был тем, кем был, и если вам это не по душе – ваши проблемы.

Джун уже собралась покинуть трех ведьм и отправиться узнать, что же хотел Генри, когда Марли сунула «Вог» назад на стойку и, вернувшись к Полине, почти ткнула ей пальцем в лицо.

– Знаешь что, Полина? Мне опротивела ты и твое отношение, мол, я лучше всех. Ты не лучше. И с меня хватит.

«Вот это да! Давай, Марли», – оживилась Джун.

Глаза Полины расширились, но она быстро пришла в себя.

– Тогда сама добирайся до своей лачуги. – Полина повернулась к выходу, Кэрри с разинутым ртом двинулась за ней. – Я говорила тебе, Кэрри, что она какая-то странная в последнее время. Ну и ну. Ах да, Марли Матерс, ты больше не с нами. – С этими словами Полина распахнула дверь, а Кэрри толкнула стойку с открытками у выхода, и они посыпались на пол.

Эти девушки, конечно, могли окончить среднюю школу…

– Стервы недоразвитые, – проговорила Марли и принялась собирать открытки. Джун подошла помочь и опустилась на колени рядом с Марли. И только тогда заметила, что девушка плачет.

– Они того не стоят, – заметила Джун.

– Это не из-за них, – прошептала Марли. Она вытерла глаза, в которых отражались одновременно страх, огорчение и, как ни странно, счастье. Девушка собрала открытки и передала их Джун, затем шмыгнула в отдел научно-популярной литературы. Через несколько минут она стояла перед кассой, прижав к животу какую-то книгу и прикрыв ее скрещенными руками, будто боялась, как бы кто не увидел, что это.

Но Джун узнала. Она бы где угодно узнала эту книгу, нестандартного размера и знакомую. Джун зашла за прилавок, чтобы пробить чек. Но Марли не подавала ей книгу.

– Марли? – как можно мягче подбодрила ее Джун.

– Я… – Нижняя губа у Марли вновь задрожала, каштановые волосы, подстриженные до плеч, закрыли ее лицо.

Чтобы как-то защитить девушку от посторонних взглядов, Джун сунула книгу в фирменный пакет магазина.

– Пойдем сядем. – Она жестом указала на круглый кофейный столик напротив стойки с журналами.

Джун налила для Марли чашку лимонной воды и села напротив. Марли дрожащими руками обхватила чашку.