Фанатки - Яна Миа

– Что тебе понятно?

– Что Лео таки тебя очаровал. Он это умеет.

– Забавно то, что вы все так говорите друг о друге. И нет, он меня не очаровал. – Она даже поморщилась в подтверждение своих слов. – Не мой типаж.

– Почему?

– Потому что он слишком много о себе думает, потому что он заносчивый и уверен в том, что его мнение – крайне важно и окончательно верно.

– Ого, как тебя зацепило!

– Я тебя умоляю! Не буду спорить, что мы, наверное, в чём-то похожи, но я не вижу в нём мужчину, в которого можно влюбиться. Так что все твои «понятно» не по адресу.

Джо так и не смогла понять, поверил он ей или нет, – Доминик привычно улыбался, но что выражала эта улыбка, оставалось загадкой. Поэтому Джордан решила сменить тему.

– Откуда браслет? Фанатка подарила? – Она указала пальцем на чёрно-белую фенечку, сплетённую из толстых ниток, которая была повязана на руке Дома.

– Самая преданная, – кивнул он, поглаживая длинными пальцами надпись «LADE». – Это Мэдди сделала для нас, мы все их носим.

– Это так мило. – Джордан снова почувствовала себя не совсем уютно: история браслета казалась слишком личной, когда выяснилось, что сделала его младшая из Рокстеров.

– Она может часами сидеть на наших репетициях. И подруг своих приводит. – Доминик замотал головой, явно вспоминая, как это обычно выглядит. – В глазах двенадцатилетних девочек мы – рок-звёзды, поэтому Мэдди у них что-то вроде приближённой к королевским особам, не иначе. Она ещё и зарабатывать умудряется, продавая наши номера телефонов, фотографии и всякие мелочи, типа таких браслетов.

– Явно не в тебя пошла!

– Да даже не в Адама. Мне иногда кажется, что её влюблённость в Лео сделала Мэдди похожей на него.

– Вот так взял и раскрыл секрет младшей сестрёнки. – Джо покачала головой, выказывая своё шуточное негодование.

– Секрет? Ты просто Мэдди не знаешь! – Доминик вынул из кармана телефон и протянул его Джо. – Вот, почитай.

Она посмотрела на экран, где высвечивалось фото из «инстаграма» Лео. Под ним первым же комментарием была фраза «Мой будущий муж просто великолепен!» и много смайликов-сердечек. Примечательно, что Лео ответил ей не менее пылкими смайлами с поцелуями.

– И так всегда. Она чуть ли не с пелёнок боготворит Лео. Мне иногда кажется, что и группу нашу она любит из-за него, а не потому что там играют два её брата.

– Ох уж эти младшие сёстры и их влюблённости, – Джо всё ещё листала «инстаграм» Лео, читая комментарии Мэдди. Судя по всему, девочка была серьёзно настроена однажды стать миссис Честен.

– Знакомо? – поинтересовался Дом, и Джордан опешила. Спрашивать такое, когда её младшая сестра буквально сохла по нему… Он либо действительно ничего не понимал, либо отлично играл роль. Джо в ответ лишь кивнула – она не собиралась обсуждать Эмс. Тем более с Домиником – жить хотелось как никогда в это свежее утро, а что за такие разговоры могла сделать сестра, Джордан даже представить боялась.

* * *

– Ты так и будешь молчать? – Скай смотрела на неё в упор, возвращая в реальность. Они тогда долго болтали с Домом обо всём на свете – и сидя в беседке, и готовя завтрак всем остальным. И Джо всё больше убеждалась, что не воспринимает их как «звёзд» или что-то в этом роде. Для неё они больше походили на соседских мальчишек с огромной мечтой за пазухой – их хотелось поддержать, помочь и вместе отпраздновать победу. Джордан чувствовала абсолютную уверенность в том, что рано или поздно им будет что праздновать.

– Слушайте, но это же смешно! Ну, не сказала я вам правду, и что? Это же не какое-то важное событие. И не ведите себя так, словно у вас нет никаких тайн! – Джо почему-то посмотрела на Мейси, хотя из всех она была самой честной. Вот только Мейси истолковала этот взгляд по-своему, залилась краской и отвела взгляд. Для неё эти недели тоже не были счастливыми.

* * *

– Маргарет, ты забываешься! – Мама лишь слегка приподняла брови, но Мейси знала, что так выражается высшая степень её раздражения. Слишком уж часто родители были ею недовольны, чтобы она не успела изучить от и до все эти мелочи. – Это, конечно, хорошо, что ты стала дружить с нормальными девочками, а этот растяпа…

– Мама, Арти – не растяпа!

– А этот растяпа, – Сильвия Нолсберг выделила последнее слово, говоря тем самым, что мнение дочери её ни капли не интересует, – наконец, отстал от тебя. Но оставаться ночевать в незнакомом городе, в доме, откровенно говоря, сомнительный парней…

– Мама! – то ли возмутилась, то ли взмолилась Мейси. – Во-первых, съёмки затянулись, а ехать ночью опасно, особенно, когда все так устали. Во-вторых, я спала с Эммой, и Джо тебе всё объяснила. И в‐третьих, с чего ты взяла, что ребята сомнительные?! Они очень хорошо с нами обходились.

– Парни всегда хорошо обходятся с такими наивными девочками, как ты, дорогая. Сначала. – Мама улыбнулась так, что Мейси едва не передёрнуло. Сильвия Нолсберг, строгая, чопорная бизнес-вумен, умела испортить настроение одним взглядом, не то что целой тирадой о том, какая у неё безответственная дочь. – А когда они получают то, что хотят…

– О боже, мама, не начинай!

– Маргарет! Ты смотришь на мир сквозь розовые очки. А пора бы уже повзрослеть. Через год тебя ждёт «Лига плюща» и будущее в юриспруденции, так что соберись, будь добра.

– Но…

– Что? – Мама знала, что Мейси хотела сказать. Этот разговор не был первым, и участи стать последним ему, судя по всему, тоже не удостоиться. Мейси не хотела быть юристом, она вообще не мечтала о карьере такого рода. Она хотела рисовать, возможно, стать мультипликатором или создавать комиксы, но точно не отстаивать сомнительных личностей в судебных залах. Родители и слышать ничего не хотели о «детских глупостях» и давным-давно определили её будущее вплоть до старости. Мейси не удивилась бы, узнай, что её рука обещана какому-нибудь порядочному мальчику из достойной семьи.

– Ничего, мам. – Она не хотела начинать войну, в которой заведомо обречена.

– Вот и славно, милая. – Мама взяла её за подбородок и лишь слегка коснулась губами щеки – в их семье нежность не была в почёте. Мейси кисло улыбнулась и поспешила скрыться в своей комнате. Её воротило от приличий и показушности, от матери, которая держала в узде не только целую сеть цветочных магазинов в нескольких ближайших городах, но и свою семью. Только её мнение было правильным, только её решения – верными. Никаких желаний, стремлений и попыток вне её идеальных планов ни у кого не должно было быть.

Мейси в очередной раз проверила телефон, но Арти продолжал изображать из себя оскорблённого и неприступного принца. И это оказалось не самой большой его местью за внезапное «предательство» Мейси. Несколькими днями позже, когда от одиночества и нехватки лучшего друга, она готова была лезть на стены, Мейси сама подошла к Арти. Столик, за которым он сидел, был полон народу, и, конечно, рядом с ним сидела Рони. Видимо, слухи об их романе не были такими уж слухами. Мейси крепко сжала зубы, чтобы не разреветься прямо на глазах всех этих крутых зазнаек, к которым неожиданно идеально вписался ее друг. Он, кстати, отчаянно не замечал её рядом с собой.