Мое ходячее несчастье - Джейми Макгвайр

Я переступил с ноги на ногу. Мне было непривычно, чтобы кто-то, кроме Шепли, говорил со мной так прямо.

— Где Шеп?

Америка закатила глаза:

— У него там какие-то дела.

— Хорошо еще, что ему не придется потом убираться, как остальным первокурсникам.

Мерик поднесла стакан ко рту и сделала маленький глоток. Лакает, как котенок, а назюзюкаться успела быстро!

— Ну так ты не ответил на мой вопрос.

— Какой еще вопрос?

— Ты ревнуешь?

Я нахмурился. Сегодня Америка была невыносима, как никогда.

— Нет.

— Номер два.

— Что — номер два?

— Ложь номер два.

Я огляделся по сторонам, ища Шепли, который с минуты на минуту должен был меня спасти.

— Прошлой ночью ты облажался по-крупному, — сказала она.

При этом ее глаза вдруг прояснились.

— Знаю.

Она сощурилась и пронзила меня таким взглядом, что я чуть не отпрянул. Америка Мейсон была крошечным белокурым созданием, но при желании могла вытянуть душу из кого угодно.

— Лучше не мешай Эбби, — сказала Мерик, взглянув наверх. — Паркер — как раз то, чего она всегда хотела.

Я сжал зубы. Мне и так все было известно и оттого, что Америка произнесла это вслух, легче не стало. Стало только хуже: раньше я думал, она не против того, чтобы мы с Эбби встречались, и мое дело казалось мне не таким безнадежным.

— Знаю.

Мерик приподняла бровь:

— Правда? — Я не отвечал и старался спрятать глаза от ее взгляда, но она сцапала меня за подбородок. — Правда знаешь?

Я хотел было ответить, но теперь Америка зажала мне рот. Я дернулся и стряхнул ее руку:

— Может, и нет. Вообще-то, поступать правильно не совсем в моем репертуаре.

Америка несколько секунд изучала меня, а потом улыбнулась:

— Тогда ладно.

— Что?

Она похлопала меня по щеке и ткнула пальцем мне в грудь:

— Я приехала сюда вместе с Эбби, чтобы защищать ее от таких, как ты, Бешеный Пес. Но знаешь… оказывается, не все так просто. И я думаю, что, хоть ты и вляпался не по-детски, ты именно тот, кто ей нужен. У тебя будет еще один шанс, — проговорила Америка, держа палец в дюйме от моего носа. — Только один. Постарайся не спустить его в унитаз и не выставить себя еще большим придурком, чем ты есть на самом деле.

Закончив свой монолог, она вальяжной походкой отошла от меня и затерялась среди гостей. Странная девушка.

Вечеринка проходила по обычному сценарию: одна-две драки, девчачьи склоки, несколько распавшихся пар и в результате — женские слезы, а под конец кто-нибудь вырубается или блюет в непредназначенном для этого месте.

Я поглядывал наверх чаще, чем надо бы. Девчонки чуть ли не умоляли, чтобы я отвез их к себе, но я дежурил у лестницы, как часовой на посту, стараясь не думать о том, что Эбби с Паркером сейчас мило щебечут, а может быть — это уж совсем плохо, — она даже смеется его шуткам.

— Привет, Трэвис! — тоненько пропел кто-то у меня за спиной. Оборачиваться не пришлось: обладательница голоска сама переместилась в поле моего зрения. — У тебя скучающий вид, — сказала она, кокетливо облокачиваясь о перила, — и я подумала, может, тебе нужна компания…

— Я не скучаю. И мне ничего не нужно, — буркнул я, в очередной раз поглядев наверх.

Эбби стояла на площадке спиной к перилам.

— Ты такой смешной, — хихикнула девица.

Голубка пронеслась мимо меня в конец коридора, где стояла Америка. Я пошел за ней, предоставив непрошеной, да еще и подвыпившей собеседнице болтать самой с собой.

— Вы, ребята, можете ехать без меня, — сказала Эбби с плохо скрываемым восторгом в голосе. — Паркер предложил меня подвезти.

— Что? — изумилась Америка.

Ее глаза полыхнули, как бенгальские свечи.

— Что? — раздраженно сказал я.

Америка обернулась:

— В чем дело, Трэвис?

Я в упор на нее посмотрел: она прекрасно знала, в чем дело. Я взял Эбби за локоть и завел за угол:

— Ты даже не знаешь этого парня.

Она высвободила руку:

— Не твое дело, Трэвис.

— И плевать! Я все равно не допущу, чтобы ты ехала домой неизвестно с кем! А если он к тебе пристанет?

— Пускай пристает. Он симпатичный.

Я не хотел верить собственным ушам. Она действительно на него запала.

— Паркер Хейс?! Ты это серьезно, Голубка? Паркер Хейс! Да кто он вообще такой?!

Она скрестила руки и приподняла подбородок:

— Прекрати, Трэв. Ты ведешь себя смешно.

От злости у меня кровь прилила к голове. Я нагнулся:

— Убью его, если он к тебе притронется.

— Но он мне нравится.

Одно дело было догадываться, что Паркер запудрил ей мозги, другое — слышать это от нее самой. Да, для меня она слишком хороша. Но для Хейса, черт возьми, тем более! И что она нашла в этом идиоте? Мышцы моего лица окаменели, реагируя на ярость, растекшуюся по венам.

— Ладно. Только не плачься, если в конце концов он завалит тебя на заднее сиденье своего авто.

От гнева и обиды Эбби задохнулась.

— Не беспокойся, не буду, — отрезала она и, задев меня плечом, отошла в сторону.

Когда до меня дошел смысл собственных слов, я поймал ее за руку.

— Я не хотел тебя обидеть, Голубка, — вздохнул я, не глядя ей в глаза. — Если он причинит тебе боль или если тебе просто будет с ним нехорошо, обязательно мне скажи.

— Знаю, что ты не хотел, — сказала Эбби, смягчившись. — Но ты превращаешься в Старшего Брата,[2]который постоянно за мной следит. Постарайся это в себе побороть.

Я усмехнулся. Опять она все поняла вкривь и вкось.

— Я не слежу за тобой, Голубка. Тут совсем другое…

В этот момент перед нами возник сам Паркер.

— Ты предупредила, что поедешь со мной? — спросил он, засовывая руки в карманы.

— Да, можем ехать, — сказала Эбби.

Они направились к дверям. Захотелось подбежать сзади и двинуть Паркеру локтем по затылку, но Голубка обернулась и, заметив мой кровожадный взгляд, беззвучно, одними губами, сказала: «Перестань!»

Он под руку подвел ее к выходу и открыл перед ней дверь. Она расплылась в широкой благодарной улыбке. Конечно! Это же он сделал, а не я!