Страх и ненависть в Лас-Вегасе - Хантер С. Томпсон

Свой стакан адвокат выпил залпом, потом попросил еще один. Я заметил, что официантка напряглась.

Похуй, подумал я, читая комиксы.

Минут через десять, когда она принесла гамбургеры, я увидел, что адвокат сунул ей салфетку с какой-то надписью. Он сделал это очень небрежно, безо всякого выражения на лице. Но вибрации подсказали мне, что скоро наш покой накроется медным тазом.

— Что там? — спросил я его.

Он пожал плечами, с рассеянной улыбкой наблюдая за официанткой. Та стояла в трех метрах у края стойки, спиной к нам, читая записку. Наконец она повернулась и уставилась на нас… потом решительно шагнула вперед и швырнула салфетку в адвоката.

— Это что такое? — рявкнула она.

— Салфетка, — сказал адвокат.

На секунду повисла тягостная пауза, потом она заорала: «Что это за херня? Я знаю, что это такое, сраный жирный сутенер!»

Мой адвокат подобрал салфетку, посмотрел на свою записку, потом бросил её на стойку. «Так звали лошадь, которая у меня была раньше, — спокойно сказал он. — Что такого?»

«Сукин ты сын! — завизжала она, — Мне здесь всякое приходиться терпеть, но только не от сраного сутенера-латиноса!»

Боже, подумал я. Что происходит? Я следил за её руками, надеясь, что она не схватится за что-нибудь острое или тяжелое. Я взял салфетку и прочел, что эта сволочь на ней написала, аккуратными красными буквами: «Прелестные булки?» Вопросительный знак был несколько раз обведен.

Женщина снова заорала: «Платите по счету и валите отсюда! Хотите, чтобы я вызвала полицию?»

Я потянулся за бумажником, но адвокат, не отрывая от нее взгляда, уже вскочил с места, зачем-то запустил руку под рубашку, а не в карман и, вытащил оттуда серебристый нож «Гербер Мини-Магнум». Официантка всё сразу поняла.

Она оцепенела: её испуганный взгляд застыл на лезвии. Адвокат, всё так же не спуская с нее глаз, прошел метра три вдоль стойки и снял трубку с таксофона. Срезав её, он с трубкой в руке вернулся на свое место.

Официантка стояла как вкопанная. От неожиданности я не знал, то ли бежать, то ли смеяться.

«Сколько за лимонный пирог?» — спросил адвокат спокойным голосом, будто только что зашел и раздумывал, чем перекусить.

«Тридцать пять центов!» — выпалила женщина. Глаза у неё были выпучены от страха, но мозг продолжал работать на низком моторном уровне, необходимом для выживания.

Адвокат засмеялся. «Я спрашиваю, сколько за весь пирог?» — сказал он.

Она испустила стон.

Адвокат положил на прилавок банкноту. «Скажем, пять долларов, идет?»

Она кивнула, и, не сходя с места, проводила взглядом адвоката, который обошел прилавок и вытащил из витрины пирог. Я приготовился уходить.

Официантка явно была в шоке. Нож, вытащенный в разгаре стычки, видимо, вызвал у нее дурные воспоминания. Судя по ее остекленелым глазам, ей уже когда-то доставалось ножом по горлу. Когда мы уходили, она всё еще стояла парализованная.

9. Крах на бульваре Парадайз

Примечание редактора:

После этого эпизода доктор Дюк, по-видимому, окончательно утратил рассудок; Исходные рукописи настолько разрознены, что мы были вынуждены отыскать магнитную запись и дословно её транскрибировать. Мы не пытались отредактировать эту главу, а сам Дюк и вовсе отказался её читать. Связаться с ним не было возможности. Единственный его адрес/контакт, которым мы располагали на то время, был телефон-автомат где-то на шоссе 61 — и все попытки связаться с Дюком по этому номеру оказались безуспешны.

В интересах чистоты журналистики мы публикуем следующую главу в том виде, в каком она была на пленке — одной из многих, что Дюк сдал для проверки вместе со своей рукописью. Согласно пленке, эта глава следует за эпизодом с участием Дюка, его адвоката и официантки в круглосуточном кафе в Северном Вегасе… Последовавшие события, судя по всему, объясняются тем, что Дюк и его адвокат решили, что Американскую мечту надо искать далеко за пределами унылой Конференции окружных прокуроров по наркотикам и психотропным веществам.

Транскрипция начинается где-то на северо-восточной окраине Лас-Вегаса — они мчатся по Парадайз-роуд на Белом ките…

Адв.: Направо Боулдер-Сити. Это город?

Дюк: Ага.

Адв.: Поехали в Боулдер-Сити.

Дюк: Поехали. Заедем куда-нибудь, выпьем кофе…

Адв.: Вот здесь, «Тако у Терри», США. Я бы съел тако. Они здесь по доллару за пяток.

Дюк: Жесть. Я бы лучше поехал туда, где они по 50 центов за штуку.

Адв.: Нет… это может быть наш последний шанс купить тако.

Дюк: Мне нужен кофе.

Адв.: Я хочу тако…

Дюк: Пять на доллар — это как… пять гамбургеров за доллар.

Адв.: Нет… не суди о тако по его цене.

Дюк: Ты сможешь договориться?

Адв.: Не исключено. Здесь гамбургеры по 29 центов. Тако по 20. Просто дешевое место, вот и все.

Дюк: Иди сам с ними договариваться.

[Далее неразборчивые звуки — прим. ред.]

Адв.: Здравствуйте.

Официантка: Чего желаете?

Адв.: У вас есть тако? Они мексиканские или обычные? В смысле в них есть чили и всё такое?

Официантка: В них сыр и салат, и еще мы соус в них кладем.

Адв.: Вы ручаетесь, что это настоящие мексиканские тако?

Официантка: Ну я не знаю. Лу, у нас тако настоящие мексиканские?

Женский голос с кухни: Что?

Официантка: Тако — настоящие мексиканские?

Лу: У нас есть тако. Не знаю, насколько они мексиканские.

Адв.: Не, ну я просто хочу убедиться, что за свои деньги получу то, что мне надо. Они ведь пять штук на доллар? Я возьму пяток.

Дюк: Такобургер — это что такое?

[Шум грузовика с дизельным двигателем — прим. ред.]

Адв.: Это гамбургер с начинкой тако.

Официантка: Вместо лепешки.

Дюк: Тако на булке.

Адв.: Да ваши тако — это просто гамбургеры, где вместо лепешки булочка.

Официантка: Я не знаю…

Адв.: Давно тут работаешь?

Официантка: С сегодняшнего дня.

Адв.: Я так и думал, раньше тебя тут не видел. В школу здесь ходишь?

Официантка: Нет, я в школу не хожу.

Адв.: А почему? Ты болеешь?

Дюк: Не важно. Мы здесь за тако.

[Пауза]

Адв.: Как твой адвокат, советую тебе взять чилибургер. Это гамбургер с чили.

Дюк: Слишком жестко для меня.

Адв.: Тогда советую взять такобургер, вон тот попробуй.

Дюк: В тако есть мясо. Я возьму вон тот. И еще кофе. Прямо сейчас. Выпью, пока буду ждать тако.

Официантка: Один такобургер, ничего больше не хотите?

Дюк: Ну, я его попробую. Понравится — еще возьму.

Адв.: У тебя глаза голубые или зеленые?

Официантка: Что?

Адв.: Голубые или зеленые?

Официантка: Они меняют цвет.

Адв.: Как у ящерицы?

Официантка: Как у кошки.

Адв.: А, у ящериц меняется цвет кожи.

Официантка: Что будете пить?

Адв.: