Страх и ненависть в Лас-Вегасе - Хантер С. Томпсон

8. Прелестные булки… и наконец серьезный драг-рейсинг на Стрип

Около полуночи моему адвокату захотелось кофе. Пока мы катались по Стрип, он регулярно поблевывал, и теперь правый бок Кита был весь заляпан. Мы стояли на светофоре перед казино «Силвер Слиппер» рядом с большим синим «Фордом» с оклахомскими номерами… внутри две свинообразные парочки — видимо копы из перди, прикатившие на конференцию, чтобы показать своим женам Лас-Вегас. Выглядели они так, будто только что выиграли в «Дворце Цезаря» 33 доллара в блэкджэк и теперь направлялись в «Цирк-Цирк» с шиком отпраздновать свою удачу…

… но вдруг они очутились бок о бок с белым заблеванным «Кадиллаком», откуда на них орал огромный самоанец в желтой майке-сетке:

— Эй вы там! Героину купить не желаете?

Ответа не последовало. Будто не заметили. Их наверняка предупреждали о таких случаях: просто не обращайте внимания…

— Эй, бледнолицые! — кричал адвокат. — Я не шучу. Хочу продать вам охуенно чистого герыча!

Он торчал из машины вплотную к ним. Но они по-прежнему не реагировали. Я метнул взгляд в их сторону и увидел четыре провинциальных лица, застывшие от шока и смотрящие прямо перед собой.

Мы стояли в среднем ряду. Поворачивать налево запрещено. Когда загорится зеленый, придется ехать прямо и уходить на следующем повороте. Я ждал, нетерпеливо постукивая ногой по педали газа…

Адвокат терял самообладание: «Дешевый героин! Настоящий! Не подсядете! Черт подери, я знаю, что говорю!» Он стукнул кулаком им по дверце, чтобы привлечь их внимание… но они с нами связываться не хотели.

— Эй, вы чо, никогда с ветераном не разговаривали? Я только что вернулся из Вьетнама. Это герыч, слышь! Чистый герыч!

Вдруг загорелся зеленый, и «Форд» ракетой сорвался с места. Я нажал на газ и проехал вровень с ними около двухсот метров, наблюдая в зеркало за адвокатом, вопившим: «Огонь! Блядь! Герыч! Кровь! Героин! Изнасилование! Дешево! Коммунисты! Хуярьте прямо в глазные яблоки!»

Мы мчались к «Цирку-Цирку», а оклахомская машина стала поворачивать налево, пытаясь втиснуться в левый ряд. Я пошел на обгон и на миг мы оказались крылом к крылу. Он боялся врезаться в меня; в его глазах был ужас…

Мужик на заднем сиденье не выдержал… он перегнулся через жену и злобно захрипел: «Мрази поганые! Остановитесь, я вас убью! Твари! Мрази!» От ярости он обезумел; казалось, он был готов прыгнуть из окна в нашу машину. К счастью, «Форд» был двухдверный. Ему было не выбраться.

Мы подъехали к следующему светофору, а «Форд» все пытался свернуть влево. Мы оба мчались на полной скорости. Я обернулся и увидел, что все остальные машины остались далеко позади; справа было свободно. Я затормозил, адвоката швырнуло на приборную панель, и, только «Форд» вышел вперед, я подрезал его сзади и рванул в переулок. Резкий поворот вправо через три полосы. Однако трюк удался. «Форд» застрял на перекрестке посреди резкого поворота влево. Если повезет, его арестуют за неосторожную езду.

Мы не спеша крутились с выключенными фарами по запутанным пыльным переулкам за «Дезерт Инном», адвокат хохотал.

— Боже, как эта оклахомщина возбудилась. Тот тип сзади укусить меня хотел! У него аж пена изо рта шла! — он с важным видом кивнул. — Надо было окатить его перцем… псих отмороженный… ничего не соображает… от них чего угодно можно ожидать.

Я резко свернул в переулок, который, как мне показалось, вел наружу из этого лабиринта, но тачка вместо того, чтобы пойти юзом, чуть не перевернулась.

— Блядь! — закричал адвокат. — Включи свет нахуй!

Он вцепился в ветровое стекло… и вдруг, наклонившись в сторону, совершил очередной Большой Проблев.

Я отказывался снизить скорость, не удостоверившись, что нас никто не преследует — особенно тот оклахомский форд: его пассажиры определенно опасны, по крайне мере, пока не успокоятся. Сообщат ли они об этой жуткой стычке в полицию? Наверно нет. Всё произошло слишком быстро, без свидетелей, вряд ли кто им поверит. Чтобы два героиновых барыги разъезжали на белом «Кадиллаке» туда-сюда по главной улице и домогались до незнакомцев на светофорах — это заведомый бред. Даже Сонни Листон себе такого не позволял.

Мы еще раз свернули и снова чуть не перевернулись. «Куп де Виль» — не та машина, чтобы на большой скорости поворачивать на узких улочках. Слишком инертное управление. В отличие от «Красной акулы», которая отлично реагировала в ситуациях, требовавших резкого заноса на обе оси. А Кит в критический момент вместо того, чтобы скользить, имел привычку встревать, что вызывало неприятное ощущение «всё, докатались».

Сначала я подумал, что спустили покрышки, и отвез его на заправку «Тексако» возле «Фламинго», где шины накачали до 350 килопаскалей; механик встревожился, но я объяснил ему, что шины — «экспериментальные».

Но от 350 килопаскалей в каждой шине поворачивать легче не стало, поэтому через несколько часов я вернулся и сказал, что хочу попробовать накачать до 500. Он нервно покачал головой. «Я не буду, — сказал он и протянул мне насос. — Вот. Ваши шины, вы и накачивайте».

— А что такое? — спросил я. — Думаете, не выдержат?

Он кивнул и отошел, когда я взялся за левую переднюю.

— Конечно нет, — сказал он. — Надо 190 спереди и 220 сзади. 350 — уже опасно, но 500 — это бред. Они взорвутся!

Я покачал головой и продолжил накачивать.

— Я же говорил. Это шины, специально изготовленные в лабораториях Сандоз. Их можно накачать до семисот.

— О господи! — застонал он, — только не здесь.

— И не сегодня, — ответил я. — Хочу посмотреть, как машина будет брать повороты с пятьюстами.

Он усмехнулся.

— До поворота вы даже не доедете.

— Посмотрим, — сказал я и перешел с насосом к заднему колесу. По правде говоря, я побаивался. Передние колеса были твердые как барабаны; когда я постукивал по ним поршнем они издавали деревянный звук. И хрен с ними, подумал я. Взорвутся — что с того? Нечасто выпадает шанс провести радикальные эксперименты на девственном «Кадиллаке» с новехонькими шинами по 80 баксов. Вдруг он станет поворачивать как «Лотус Элан»? А если нет, просто позвоню в агентство и закажу другую машину… может даже пригрожу им иском, потому что у меня взорвались все четыре шины в плотном автомобильном потоке. Потребую тогда «Эльдорадо» с шинами «Мишлен». Всё по кредитке, пусть платит клуб «Сент-Луис Браунс».

Как оказалось, с подкачанными шинами Кит повел себя замечательно. Езда, правда, стала жестковата; чувствовался каждый камешек на дороге, будто едешь на роликах по карьеру с гравием… но поворачивать он стал просто загляденье, как мотоцикл на полной скорости в сильный дождь: легкое скольжение и БАЦ! — тебя выносит через руль и летишь кувырком на