Дети нашей улицы - Нагиб Махфуз

— Проваливайте, молокососы!

Голос принадлежал пожилому, невысокому, но крепкому мужчине, одетому в галабею, подвязанную поясом. Глаза его сверкали. Ребята, растерявшись, закричали: «Аль-Балкыти!» и тут же разбежались, бросая на Габаля злобные взгляды. Девушки прильнули к отцу, младшая сказала:

— Сегодня и так трудный день из-за праздника, а тут еще эти подонки!

Аль-Балкыти ответил ей, рассматривая Габаля:

— Когда вы задержались, я вспомнил о празднике и пришел. Вовремя. А ты — благородный человек, — обратился он к Габалю. — Редкость для нашего времени.

Габаль засмущался.

— Да это пустяк. Не стоит благодарности.

Девушки взяли ведра и молча пошли в сторону дома. Габалю хотелось смотреть им вслед и любоваться, но он не посмел это сделать под пристальным взглядом аль-Балкыти. Габалю показалось, что этот человек видит его насквозь, и испугался, что он прочтет его желание по глазам.

— Ты избавил их от этих мерзавцев. Такие, как ты, заслуживают всеобщей любви. Как только они посмели приставать к дочерям аль-Балкыти?! Это пиво. Ты не заметил, они были пьяные?

Габаль отрицательно покачал головой.

— У меня нюх как у джинна. Ты меня не знаешь?

— Нет, господин, не имел чести.

— Значит, ты не из этих мест, — заявил аль-Балкыти уверенно.

— Нет.

— Я заклинатель змей аль-Балкыти.

Лицо Габаля просияло, он что-то припомнил.

— Какая честь! Многие знают Вас на нашей улице.

— На вашей улице?

— Улица аль-Габаляуи.

Аль-Балкыти вздернул редкие седые брови и почтительно произнес:

— Добро пожаловать! Кто же не знает аль-Габаляуи, владельца земли! Или вашего надсмотрщика Заклата! Вы, уважаемый, пришли на праздник?

— Меня зовут Габаль. Я пришел в поисках нового жилья.

— Ты ушел с улицы?

— Да.

Аль-Балкыти вгляделся в него.

— Пока ходят эти надсмотрщики, будут и те, кто бежит от них. Но признайся, ты убил мужчину или женщину?

Сердце Габаля екнуло, но он твердо ответил:

— Что вы такое говорите?!

Аль-Балкыти рассмеялся, обнажив гнилые зубы:

— Ты не из челяди, которой помыкают эти надсмотрщики. И не воришка. Такие, как ты, уходят с улицы, только если совершили убийство.

— Я же сказал вам… — ответил Габаль резко и с раздражением.

— Господин! — прервал его аль-Балкыти. — Меня не волнует, убийца ты или нет. Особенно после того, как ты доказал свое благородство. Да здесь все, кто не вор и не грабитель, убийцы. Чтобы ты поверил в мою искренность, я приглашаю тебя на кофе к себе в дом.

Удача улыбнулась ему, и Габаль ответил:

— С превеликим удовольствием!

Они прошли через рынок в квартал Кальаа и, когда суета рынка осталась позади, аль-Балкыти спросил Габаля:

— Ты шел сюда к кому-то конкретно?

— Я никого здесь не знаю.

— Тебе негде остановиться?

— Негде.

Аль-Балкыти охотно предложил:

— Будь моим гостем, пока не найдешь себе пристанища!

Сердце Габаля забилось от радости.

— Вы так щедры!

Аль-Балкыти рассмеялся:

— Ничего удивительного. В моем доме столько змей! Найдется место и человеку. Напугал я тебя? Я заклинатель змей. Покажу тебе, как их приручить.

Они прошли всю улицу до конца и очутились на пустыре. Габалю бросился в глаза домик из неотесанного камня на отшибе. По сравнению с другими разваливающимися жилищами этой улицы он выглядел новым. Аль-Балкыти указал на него и с гордостью произнес:

— Дом аль-Балкыти, заклинателя змей!