С холодильником по Ирландии - Тони Хоукс

— Э-э, ну… хороший вопрос, Энн-Мари, и я… ну… я и вправду не знаю, что ответить.

К сожалению, в моем распоряжении не было ни капли красноречия, была только головная боль.

Моим единственным собеседником за завтраком была местная коммерческая радиостанция «Норт-Уэст радио», и в десять часов я стал слушателем передачи под названием «Извещения о смерти». Диктор, изо всех сил стараясь говорить мрачно и благоговейно, зачитывал длинный список людей, которые недавно умерли. Очевидно, «Норт-Уэст радио» считало, что его слушатели проживут этот день гораздо веселее, если им предоставят полный список тех, кому не удалось пережить день вчерашний. Это были скорее не последние новости, а новости о тех, для кого этот день стал последним.

— Деклан О’Лири из Слайго умер в своем доме после продолжительной болезни вчера вечером, похороны состоятся в следующий вторник. Маргарет Мэри О’Даун из Айнишкроуна мирно отошла в мир иной во сне, вчера в половину седьмого утра. Похороны состоятся в соборе Святой Мередит в Баллине. И на этом мы завершаем извещения о смерти. Напомним, что наш следующий выпуск сегодня в пять часов вечера. «Норт-Уэст радио» присоединяется к соболезнованиям родственникам усопших. Пусть земля будет им пухом.

Траурные настроения грубо развеяла веселая рекламная музыка, и жизнерадостный голос объявил:

— Прямо сейчас с «Макдонахс» — пора привести свой новый дом в порядок с помощью широкого ассортимента товаров для дома…

Просто совпадение, или мы были свидетелями, как «Макдонахс» со скоростью света пытался занять тех, кто унаследовал имущество покойных?

Меня не оставили равнодушным извещения о смерти, вошедшие в программу передач на радио. Они так уж необходимы? Настолько ужасно находиться в блаженном неведении, что человек, который однажды продал тебе пару ботинок в Драмклиффе, ушел в мир иной? Естественно, всех интересуют смерти тех, с кем они были достаточно близки. Неужели в этой части света родственные отношения настолько переплетены, что радио доверено извещать о подобном? Привет, дорогой. Представляешь, прадедушка умер.

— Правда? Откуда ты знаешь?

— Слышала сегодня утром по «Норт-Уэст радио», в извещениях о смерти.

— О, понятно. И когда похороны?

— Я не знаю, ребята разговаривали на работе, и я пропустила эту часть.

— Ничего, послушаешь в пятичасовом выпуске.

Вот почему так важно, чтобы было два выпуска в день. Плюс, конечно же, слушатель сможет узнать дополнения к десятичасовому выпуску. Мне очень хотелось позвонить на «Норт-Уэст радио» и попросить их непременно внести меня в список следующего выпуска, пообещав, что я буду крайне щепетилен и перезвоню, если по какой-то причине не умру к пяти часам.

Энн-Мари принесла полное блюдо с настоящим ирландским завтраком, который выглядел слишком обильным для немощного желудка.

— Придется повременить с завтраком, потому что вам звонят. Очень странные люди. Я ответила на звонок, а они сказали: «У вас остановился Человек-с-Холодильником?». Это «Норт-Уэст радио».

— Как они узнали, что я здесь?

— Почем я знаю, может, кто-то упомянул.

Энн-Мари отвела меня в холл, где я взял трубку, и секретарь объяснила мне, что менеджер «Абракебабры» в Слайго позвонил на радиостанцию и сказал, что если сегодня я посещу их ресторан с холодильником, то меня бесплатно покормят.

— Это замечательно, — сказал я, едва ли не высокомерно. — Я вам вот что скажу, у меня есть мобильный телефон — позвольте оставить вам номер на случай, если поступят более интересные предложения.

«Абракебабра». Какое поистине отвратительное название для ресторана. Однако мысль о том, что нет ничего лучше, кроме бесплатного обеда, меня соблазнила.

— Хочешь кофе? — спросил Бинго со своего привычного места за барной стойкой.

— Спасибо, было бы замечательно.

— Я подобрал тебе гидрокостюм.

— Что?

— Ну, тебе понадобится гидрокостюм, а то будет холодновато.

— Ты хочешь сказать, Бинго, что мы и правда собираемся катать холодильник на доске?

— Конечно.

— Но я думал, это просто пьяные бредни.

— Пьян был ты, а я — нет. У нас все получится.

Конечно же, нет. Но я смотрел на Бинго и видел, что он не шутит. А потом я услышал за спиной женский голос.

— А, вот ты где!

Это была Антуанетта, живая и веселая, просто воплощение сдержанной свежести. Она хитро скосила на меня глаз.

— Тони Хоукс, надеюсь, ты покидал это заведение с тех пор, как я видела тебя в последний раз?

— О, пару часов я провел на другой стороне улицы.

— И что ты собираешься делать сегодня утром?

Я посмотрел на нее и увидел женщину, которая побывала в компанией друзей. Умных, здравомыслящих, уравновешенных.

— Думаю, тебе лучше присесть…

Господи, это была борьба. Вероятно, гидрокостюм последнее, что вам захочется надеть, когда у вас сильнейшее похмелье, особенно гидрокостюм, который мал. Вернувшись к Энн-Мари, мы вступили в схватку в моем номере, ругаясь и врезаясь в мебель, и в общем издавая звуки, сопоставимые с теорией о том, что я извращенец. Пятнадцать минут невероятных физических усилий увенчались попаданием обеих ног внутрь, однако меня тут же ждало разочарование, так как я понял, что надевать костюм я начал задом наперед. Я издал вой, который мог значить для тех, кто находился в пределах слышимости, что чем бы странным я тут ни занимался, это действо достигло успешной кульминации. Еще двадцать минут борьбы — и мне удалось влезть в гидрокостюм. Не самые приятные ощущения, по длине брюк было явно заметно, что этот костюм мне мал.

Я открыл дверь спальни и увидел Энн-Мари, которая стояла на другой стороне лестничной площадки. Не знаю почему, но чувствовал я себя как-то неловко, выйдя из спальни в гидрокостюме и толкая на тележке холодильник. Энн-Мари не была краснощекой, но и тот слабый румянец, который присутствовал на ее щеках, тут же сошел, сделав ее похожей на бледное привидение, которое необходимо реанимировать. У меня никогда, даже в самые одухотворенные мгновения жизни, не хватало того остроумия, которого требовала ситуация, так что я лишь глупо улыбнулся и осторожно спустил холодильник по лестнице.

Когда я закрыл за собой дверь, то отчетливо представил, как Энн-Мари бежит звонить в полицию. Однако об этом я не беспокоился, зная, что к тому времени, когда прибудет кавалерия, я уже буду заниматься серфингом с холодильником, и все обретет смысл.

Антуанетта и Бинго сидели на пляжной стене и хихикали, когда я к ним подошел. Громкие вибрации грохочущего холодильника на тележке только усиливали головную боль. Было субботнее утро, и те, кто решил провести его, наслаждаясь прогулкой по пляжу, были по очевидным причинам ошарашены непривычной для них картиной.