Кроме меня, кроме нее - Мария Евсеева

– Коллекция, – скромно улыбается Машка.

Тут бы не скромничать, а гордиться надо! Но я ее понимаю. Очень даже.

Включает компьютер и загружает какой-то клип. Таращимся вдвоем в монитор. Я-то первый раз его вижу – мне любопытно. А она, наверное, в миллионный раз смотрит, и до сих пор интерес у нее не пропадает. А все потому, что клип она сама сделала в программе какой-то для монтажа… или монтирования… – я по этой части совсем неандерталец. Море, солнце, пляж, Машка в лиловом купальнике. А я никогда на море не была… Даже не представляю, какие ощущения человек на берегу моря испытывать должен.

А потом она какую-то страницу в социальной сети загружает. Понимаю, что не ту, которую я в своей френд-ленте вижу. Во всяком случае, совершенно не узнаю. И имя-то какое странное – Молли Мел.

– Чье это? – киваю, вопросительно глядя на нее. – Это типа ты?

– Ага. А ты не знала? Я же к тебе в друзья стучалась…

– Что-то припоминаю…

Удивляюсь и смеюсь про себя. Вот заняться нечем! Мало одной страницы – вторую заводит. Я на свою единственную заглядывать порой забываю. Забывала… А теперь, бывает, обновляю без толку каждую минуту. Все жду чего-то… А это «чего-то» не происходит…

– А зачем тебе? – Снова киваю в сторону монитора.

– Да так, просто… побаловаться… – Смущается и выключает компьютер.

А что, если у Машки тайная любовь какая-нибудь? Она со своей настоящей страницы боится написать, а с фейковой проще вроде… Как будто это не ты, а кто-то другой. А если вдруг подозрения какие-нибудь возникнут – хоп, и удалил. Нет улик, нет доказательств. А был ли мальчик? Или девочка в данном случае… Мне кажется, я даже догадываюсь, кто может ее ненаглядным быть… Коломенцев! Точно! Она и меня в моем отвращении к Асе из-за этого поддерживает. Как быстро я ее разгадала…

Улыбаюсь и щурюсь от собственной догадливости. А Машка так и продолжает сидеть в молчаливой задумчивости.

Встаю и собираюсь уходить. И так засиделись, для первого раза достаточно. Теперь снова можно целый год в столовой просиживать, а на будущий я ее к себе в гости позову. Вот только стенку тоже чем-нибудь украшу. Может, старыми открытками? У нас их целая обувная коробка. И выбросить жалко, и хранить этот хлам сто лет не снилось. Вот и пригодятся. Если только мама разрешит обои портить…

Иду через парк. А он совсем голый. Страшный, мрачный. Листья сгнившие по сторонам дворниками раскиданы. Кое-где между деревьев даже снег лежит. Унылая пора! Апчхи… очарованье! Лучше и не придумаешь. Когда же уже зима? Слишком затяжная осень в этом году… Никогда мне осень радость не приносила. И все, что счастьем прикидывалось, оказалось обманом.

К дому подхожу, а в подъезд заходить не хочется. Он мне только об одном шепчет, не дает забыть и вычеркнуть из памяти. Но иду. Не оставаться же на улице.

Дома никого. Как я и люблю. Или любила? Зачем себя обманываю? Грустно, страшно, одиноко… Побыстрей бы мама с работы вернулась.

Наливаю в Иринкину кружку чай и грею руки. Обжигает так приятно, и тепло от кончиков пальцев вверх по рукам бежит. Нет, кажется, не руки грею. Душу.

Прохожу в нашу комнату и рассматриваю голую стену – прикидываю, как на ней открытки смотреться будут. Достаю заветную коробку с ворохом разноцветных ретрокартинок: цветочки-василечки, шарики-фонарики. Прикладываю парочку к зеленоватым обоям. Ну и уродство! Ни вкуса, ни фантазии. У Машки все как-то гармонично. А у меня винегрет получается. Швыряю коробку в сторону – потом уберу. А сама за ноутбук сажусь.

А что, если тоже… вторую страницу завести? Я же тогда смогу Никите написать, признаться ему, сказать все, что в себе столько дней ношу… Точно! Регистрируюсь. Пока все под контролем. Надо имя нормальное придумать… Чтобы красиво было… Как у Машки… Может, что-нибудь из фильмов вспомнить?.. Напрягаю память: Элинор? Беатрис? Эванджелина?.. Ну и имена… все равно что у дамочки привокзальной! Это у Машки все всегда нормально получается. А у меня одна нелепица. И всю жизнь ведь так. Я сама, как одна большая нелепость!

Ввожу набор букв вместо фамилии и имени… А комп меня регистрировать отказывается. Что за несправедливость? Злюсь и откатываюсь на компьютерном кресле назад. А потом осеняет! Пишу: «Грустная осень». Прошло. Зарегистрировалась! И что дальше? Фотку загрузить? Сейчас найду какую-нибудь блондинку симпатичную. В очках обязательно… может, он только с училок тащится… Но в очках одни уродки какие-то. Пусть будет вот эта. Загружаю.

Нахожу его через Иринкину страницу и снова смотрю, любуюсь с замиранием сердца. Только тут и могу вот так глаза в глаза смотреть. И то порой кажется, что еще одно мгновение, – и шевельнется. Отвожу взгляд в сторону, а сама над собой смеюсь…

И что я ему напишу? «Привет. Как дела?» – банально. «Я твоя тайная поклонница» – бред. «Давай дружить» – детский сад. Да и какой толк вообще от этого всего? Ну ответит он или даже заинтересуется, а дальше-то что? Это ведь не я как бы… Значит, и симпатия не ко мне… Глупая затея!

Психанув, захлопываю с грохотом ноутбук. А потом снова открываю. Смотрю, не сломалось ли чего? Вроде все цело. А он снова с монитора на меня смотрит и улыбается – издевается, как и в жизни! Но улыбка… какая улыбка…

Слышу, мама с работы вернулась, гремит чем-то в коридоре. Закрываю снова ноутбук и иду ее встречать. Сегодня я, как никогда, рада ее возвращению! Разбираю пакеты с покупками с ней на кухне и вроде тем самым отвлекаю саму себя.

Вечером в кровать ложусь, и еще тоскливее становится. И ни о ком, кроме этой мымры, думать не могу. Стоит только глаза закрыть, и я представляю, как они выходные вместе проводят. Интересно, а она у него дома была? Да ну… что за бред я воображаю? Это же ерунда полная! С ее стороны-то все несерьезно. А если я ошибаюсь?.. Вот сейчас он школу закончит, и жениться уже можно будет. А вдруг она охомутает его, тот и слово сказать не успеет. Не хочу даже думать об этом! Зажмуриваюсь, а все равно одно и то же перед глазами мельтешит.

Была бы Иринка, поговорили бы о чем-нибудь. Хоть о чем, пусть даже мне не интересно было бы, зато не так тоскливо! Надо было в ноги упасть и не отпускать никуда. Зачем ей этот Питер? У нее и так Славик есть. А я одна в этом мире… Даже Дима звонить перестал. Понял наконец-то, что я – зануда.