Русская принцесса Монако - Наталья Нечаева

Я отдернула кисть, словно обожглась.

– Да тише ты, медведь! – тренер, видно, решил, что Полиняк слишком сильно пожал мне руку. – Неж нее надо! Вот так! – Он снова завладел моей ладошкой и слюняво чмокнул в ямочку между большим и указательным пальцами. – Денис, – продолжил он знакомство, – Сергей. Слава.

Я беспомощно оглянулась на Макса. Это чудовище улыбалось! Будто все было в порядке! Будто только что на его глазах не произошла невероятная, можно сказать, трагическая несправедливость. Конечно, не ему же выходить замуж за этого урода… Помертвев душой и телом, я опустилась на придвинутый стул. Красавчик Митя Тарасов не сводил с меня влюбленных глаз. А Полиняк…

Собрав в кулак всю свою волю, а также все свои силы и весь профессионализм, я улыбнулась и еще раз оглядела команду.

Дима Полиняк смотрел на меня с таким же интересом, как и остальные. То есть тоже был не прочь. А я?

Сообразив, наконец, что я сильно растерялась и не знаю, что делать, Макс переключил внимание на себя, принявшись инструктировать «конюшню», как надо себя вести в полицейском государстве Монако, тем самым предоставив мне возможность прийти в себя и разглядеть сокровище под названием Полиняк.

Дима… Это был не Митя. Совершенно! Темно-русая, даже пегая, короткая стрижка с каким-то плебейским чубчиком, загорелое лицо с носом-шнобелем и блекло-серые, в выгоревших ресницах глаза. Плечи – да, накачаны и хороши. Ноги, вытянутые поперек прохода – тоже. Но ноги и плечи, это же – мизер! Короче, если бы вдруг ко мне на улице пристал кто-то подобный, то я бы и ухом не повела. Сделала бы вид, что не замечаю.

Стоп. А если бы я знала, что это – наследный монарх? Или бы мы встретились на балу?

Я представила Полиняка во фраке, с безупречной бабочкой и белой розой в петлице. Если его постричь помоднее, убрать этот дебильный чубчик и зачесать волосы назад… Да, лоб у него хорош: высокий, выпуклый, по такому лбу сразу можно определить – не дурак! Фрак подчеркнет стройность и спортивность его фигуры. Да и загорелое лицо должно хорошо заиграть, особенно на фоне белоснежной сорочки. Вот только нос… Выход, конечно, и тут можно найти: пластическая операция!

Я же решилась на такое! Если бы не монархическое будущее, что, я бы со своей старой грудью не прожила? Легко! Но когда тебе предстоит стать примером для подражания целой Европе, тут уж о личных удобствах приходится просто-напросто забыть. Так что с носом мы проблему решим.

А может, не надо? Кстати… На кого-то этот Дима похож… Причем на кого-то очень известного… Ну! Конечно! На молодого Депардье! И именно носом! А Депардье, между прочим, считался секс-символом Франции.

– Дима, – очаровательно улыбнулась я, – вы так похожи на Депардье в молодости!

– Да? – не смутился он. – Не вы первая об этом говорите! Может, я какой-нибудь внебрачный отпрыск его дедушки? Кстати, родители говорили, что у нас в семье есть французские корни.

Неужели знает? Хорошо это или плохо?

Этот вопрос остался без ответа, потому что в данный момент тренер Шурик поднялся, оповестив, что перерыв закончен и всем пора к машинам.

– Дашенька, вы с нами? – зазывно улыбнулся мне черноголовый красавчик Тарасов. – Пойдемте, мы вам покажем наших коней. – И он протянул мне руку, приглашая.

Мое тело, помимо воли и разума, потянулось к нему, оставив Диме Полиняку любоваться моей стройной спиной. К нам тут же пристроился Рыжий, начал болтать что-то смешное, и я даже не оглянулась на брошенного принца. Однако не успели мы сойти с террасы, как я услышала ласковый голос Макса.

– Дашенька, можно тебя на секунду? Пришлось оставить кавалеров, которые дружной кучкой шествовали за тренером.

– Я не понял, – строго сообщил Макс. – В чем дело? Ты что, забыла, зачем мы здесь? Или у тебя времени – год? Уже сегодня, понимаешь, сегодня наш принц должен быть от тебя без ума и ходить хвостиком, готовый в любой момент сделать предложение руки и сердца.

– Не учи ученого, – цинично отозвалась я. – У меня план.

– Поделись, – требовательно попросил опер.

– Ты сам говорил, что я должна быть недоступной. Сейчас я вскружу головы его друзьям, он меня приревнует и тогда…

– Что – тогда? Для того чтобы он тебя приревновал, он должен влюбиться! С какой стати ему ревновать легкомысленную и ветреную особую, которая на него не обращает никакого внимания, а сразу же клюнула на ужимки записного донжуана?

– Кого?

– А ты что, еще не поняла, что Тарасов – профессиональный соблазнитель? Плейбой? И ты у него – для галочки!

– Откуда ты знаешь? – разозлилась я.

– Разве не видно! Как только он стал под тебя клинья подбивать, остальные сразу всякий интерес потеряли. Понятно, что для них его приемчики – дело привычное.

– И для Полиняка?

– Конечно. Так что, давай думать, как мы отсечем команду и изымем этого Диму на весь вечер, чтобы ты сумела проявить себя во всей красе и запудрить ему мозги до их полного помрачения.

– Договорись с тренером, да и все.

– Нельзя. Надо, чтобы все происходило естественно. Думай!

Команда ушла прилично вперед, но я заметила, что ребята то и дело оглядывались, наблюдая, не потерялись ли мы с Максом. Особенно часто вертелась черная голова Тарасова. Он даже несколько раз махнул нам рукой, типа: не отставайте.

Полиняк не обернулся ни разу. Видно, прав Макс, и Дима решил, что надеяться ему не на что. Вдруг пришла в голову мысль: стричь мы его не станем! Наоборот, отрастим волосы подлиннее, будет носить на косой пробор. Именно как Депардье.

– Как ты думаешь, – спросила я у спутника, – длинные волосы ему пойдут?

– Кому? – оторопел он.

– Диме, кому же еще?

– Слушай, Даша, – он резко остановился, схватил меня за локоть и развернул к себе. – Ты о чем думаешь? Сначала жени его на себе, а потом хоть брей, хоть косы заплетай во всех местах!

– Да ты не переживай, – отмахнулась я. – Просто я в мыслях уже далеко вперед ушла. В будущее.

– Давай притормозим в настоящем. Придумала, как оторвать его от «конюшни» на вечер?

– А ты?

– Даша!

– Давай я просто приглашу его погулять.

– Ну… – он сокрушенно поджал губы. – Ты же вроде грудь оперировала, не голову… Вспомни свои журналистские примочки!

Когда ставят под сомнение мой профессионализм…

– Идем купаться, я начинаю тонуть, он меня спасает.

– Неплохо, – одобрил Макс. – А ты хоть одного купающегося видела? Апрель на дворе! Другие варианты?

– Ладно. Тогда я остаюсь наедине с Тарасовым. Он начинает ко мне грязно приставать. Я кричу. Полиняк врывается, бьет ему морду, и мы идем гулять.

– С кем? С пострадавшим Тарасовым или с хулиганом Полиняком? И потом, боюсь, кричать ты начнешь, когда этот Митя до твоей груди доберется. И то – заорешь от боли, а не от отвращения.