Германия без вранья - Александр Томчин

Маленький немецкий городок, аккуратные, чистенькие белые домики, солнечное утро. В выходной день – субботу – мы с женой устроили себе экскурсию в старинный замок на средневековый рыцарский турнир. До начала есть время, и мы прогуливаемся по тихой, безлюдной улице. Из дома напротив вышел дедушка с двумя маленьким внуками. Наверное, погулять. Нет, дедушка выдал каждому метелку и совок, и мальчики начали под его присмотром подметать проезжую часть улицы, прилегающую к их дому. Вот, оказывается, с чего начинается чистота! Аккуратность воспитывают с детства. Немцы, побывавшие в России, говорят: у русских их территория кончается за дверью их квартиры, остальное их не касается. У немцев дворника встретить нелегко. Там любой владелец дома сам приводит в порядок не только свой палисадник, но и территорию за забором, свой участок улицы.

Неподалеку от нашего дома был крупный парикмахерский салон. Хозяин салона, Фридрих Беккер – представительный 60-летний мужчина, потомственный парикмахер, – был известным в городе богатым человеком. Он активно занимался благотворительностью, в том числе финансировал, между прочим, выступление хора мальчиков из Петербурга. Беккер не только руководил салоном, но и работал сам. А иногда мы видели, как рядом со своим салоном он собственноручно сажал цветы.

В нашем районе был газетный киоск, в котором работал обаятельный продавец – интеллигентный, седовласый, элегантный мужчина, который знал всех своих постоянных клиентов. Подходишь к киоску, а он уже протягивает тебе твою газету или журнал. В один прекрасный день в газету были вложены два листочка, как, вероятно, в этот день и у всех других читателей. Там было напечатано его собственное, очень длинное и корявое стихотворение о любви к порядку: «Знаменитая аккуратность». По смыслу это был настоящий крик души, призыв: «Товарищи! Немцы! Ну нельзя же так жить дальше! Дома жить стало невозможно, жена допекает вечной уборкой». Стихотворение завершалось пожеланием выбросить наконец тряпку для вытирания пыли и начать жить уютно. В конце была подпись автора, адрес и дата. Попробую, сократив, передать его размышления:

Вот кто-то по полу прошел, и сразу же в углу

Хозяйки зоркий глаз нашел соринку на полу.

Муж не дает спокойно жить и, сидя за столом,

Газету может положить он не под тем углом.

Сел на диван, чтоб почитать, и вмятина видна.

Опять подушки выбивать обречена она.

Подушки выбьет, тряпкой пол еще не раз протрет,

Но, как назло, увидит стол – и пятнышко найдет.

Гость опасается зайти. Ему, быть может, рады —

Он грязь боится занести, нарушить их порядок.

А муж не замечает грязь, ворчит о пустяках —

Жена, должно быть, родилась со шваброю в руках.

В пивнушку муж спешит удрать, обиду затая,

А там его собратьев рать, такие же мужья.

Друг друга все они поймут, наступит братства миг,

И страсть к порядку проклянут как свой извечный сдвиг.

Странно, не правда ли? Всем известно, что немки – идеальные хозяйки. А мужу чего-то не хватает дома для полного счастья… Мы и сами знали такую семью, в которой жена чистит ступени лестницы зубной щеткой, а мужу не разрешает выпить в гостиной рюмку вина. Если такая необходимость возникнет, ему положено спускаться в подвальный этаж. Потому что капля вина в гостиной может попасть на ковер и оставить пятно. Разуваться в прихожей ему тоже нельзя – только на лестнице. Это не квартира, а музей, хозяйка которого осторожно, боком передвигается, чтобы чего-нибудь не задеть. Все устлано коврами, покрыто салфеточками, зачехлено, чтобы не пылилось. Чистота кругом такая, что не знаешь, куда встать и где сесть. После уборки хозяйка тщательно проверяет, не осталось ли на шкафу пятнышка.

Конечно, я рассказываю о крайних случаях, но по ним можно судить о тенденции. Когда не люди, а вещи господствуют в доме, он становится неуютным.