Коммунисты - Луи Арагон

армии. Нельзя ли устроить так, чтобы он мог показаться войскам? Что это — жажда популярности?.. Очень уж ему важно знать, что такое затевается. Висконти рассказал Петэну то, что слышал сам в комиссии по иностранным делам. Петэн — и это самое любопытное — поддакивает всем подряд: он соглашается с Монзи и с Рейно, с Висконти и с Даладье, с Жоржем и с Гамеленом. Шестого мая он уверяет Гамелена, что Рейно приглашает его, Петэна, в свое правительство, но что ему это не очень улыбается; если он и войдет в состав кабинета Рейно, то единственно ради того, чтобы поддержать Гамелена. Затем Петэн по пунктам выведывает все секретные военные планы, касающиеся предполагаемого вступления в Бельгию: план Шельда, план Диль, и осведомляется о сверхсекретной миссии, возложенной на генерала Жиро и 7-ю армию… Не станет же, в самом деле, Гамелен таиться от героя Вердена? Тем более, что все это, должно быть, и так уже дошло до ушей Петэна через посредство полковника де Фильдегонд, специально прикомандированного к ставке в Венсене с целью держать маршала в курсе всех дел. Однако маршал слушает Гамелена с таким видом, будто все это он слышит впервые. Да, он, Петэн, знает эту забавную игру, которая называется — вступление в Бельгию: сам играл в свое время, как же! Не в первый раз мы вступаем в Бельгию. На бумаге. Было это уже и в тридцать четвертом, и в тридцать пятом, и в тридцать шестом году. Петэн вполне одобряет. Что одобряет? План Диль, который отвергает Гамелен? План Шельда, о котором Жорж в январе и слышать не хотел? Или миссию Жиро, от которой генерал Жорж в апреле предложил отказаться? Неважно… Маршал одобряет. Правда, в иные минуты кажется, что Петэн не очень-то следит за словами собеседника, — он ведь и глуховат и рассеян. Зато с каким жаром он рассказывает, что в Испании, по ряду политических причин, Франция непрерывно подвергается нападкам, но, — не без удовлетворения отмечает маршал, — правительство генерала Франко прекрасно умеет делать различие между Францией и послом Франции. О почестях, воздаваемых лично ему в Испании, Петэн может говорить без конца.

Несомненно ощущается приближение правительственного кризиса. Разве не ясно, что Рейно, который держится на посту премьер-министра большинством всего в один голос, Рейно, которого спас от провала только мнимый успех в Норвегии, помешавший радикалам свалить кабинет, — разве не ясно, что этот Рейно не удержится ни одного дня, после того как поражение в Норвегии станет совершившимся фактом? Нет, маршал чувствует, что теперь не время связывать свою судьбу с этим человеком. Но Поль Рейно понял обстановку: его лозунг — наступать, «наступать поскорее и подальше», как он сам выразился… Он опередит всех… Радикалов ему щадить нечего, все равно они будут против него. Напрасно только он послушался Эррио в марте: нужно немедленно выбросить Даладье из министерства национальной обороны, чтобы обеспечить политическое руководство военными операциями. В конце концов, за Даладье уже имеется грех: ведь он не сумел использовать «инициативу финнов», а следовательно, он должен отвечать и за проволочки, приведшие к поражению в Норвегии. И вместе с ним отвечает главнокомандующий, его ставленник. Выступив против Гамелена, Рейно тем самым нанесет удар его покровителю, главе радикальной партии — Даладье, который довольно откровенно мечтал сменить Рейно на посту премьера…

Чтобы сегодня управлять Францией, нужно искать себе новых партнеров, и, видит бог, это не так-то просто. Классическая игра в парламентское равновесие уже изжила себя. Раньше правители опирались либо на правых, либо на левых. Посмотрим же, каково положение сейчас: из левого крыла времен Народного фронта коммунисты исключены, радикалы — против Рейно, социалисты — за него. Конечно, он может набрать несколько голосов среди так называемых независимых групп. А также привлечь на свою сторону Республиканскую федерацию, которая в конце марта явно дулась на него; придется только предоставить портфель Луи Марену. Но со всеми прочими будет труднее. Правые группировки все в той или иной степени связаны с распущенными в свое время организациями и рассматривают Рейно как английского прихвостня. Но ведь Рейно уже дал некоторые заверения Муссолини… почему бы не сделать того же в отношении Франко?.. И тут Рейно мог бы воззвать к патриотизму, скажем, Ибарнегаррэ[509], который пользуется симпатиями у Франко, а значит, и заручиться содействием бывших «Боевых крестов». Это, конечно, не бог весть какая поддержка, но все же в целом… Поль Рейно — человек талантливый. Любит импровизации. Правда, на этот раз игра ведется слишком уж крупная: надо пустить в ход главный козырь, иначе говоря, обрушиться на Гамелена на ближайшем заседании совета министров. А для подготовки такого выступления требуется по крайней мере два дня… Пусть видят, что в нынешнее тревожное время премьер-министр Рейно не щадит своих сил… Рейно — один из наших лучших адвокатов, — пусть видят, что из него мог бы выйти великолепный прокурор.

Впрочем, управляя Францией, нельзя ограничивать свой кругозор стенами парламента. Вот почему сейчас прилагается немало усилий для упрочения позиций правительства в стране. Многие мероприятия рассчитаны не только на завтрашний день, а имеют целью облегчить деятельность будущих кабинетов. Например, уже в сентябре будут введены некоторые ограничения, сейчас подготовляется введение карточек на хлеб, а зимой введут карточки на уголь… Что еще? Добиваемся подъема национального духа: на лондонском ипподроме выпустили жокея во французской военной форме, и он выиграл две скачки из трех. С той же целью наиболее отличившийся в прошлую войну полк французской армии прошел церемониальным маршем под сводом Триумфальной арки. Предполагается повысить солдатское жалованье, однако с этим придется повременить. Далее: широко рекламируются аресты коммунистов. Одного из арестованных уже объявили секретарем Мориса Тореза… Это должно произвести впечатление, успокоить… И одновременно сообщается, что арестованные по делу ТКРД выпущены на свободу впредь до особого распоряжения. В том числе Бувье и Форан, которые участвовали в убийстве братьев Роселли, а также Метенье — организатор покушения на площади Этуаль, в результате которого погибли двое полицейских. Теперь уже все находящиеся в тюрьме кагуляры воспрянули духом и требуют, чтобы и с ними обошлись так же милостиво. В самом деле, мы, французы, вступили в период умиротворения, надо покончить с прежними нашими распрями и враждой… В армии предоставляются месячные отпуска крестьянам и сельским ремесленникам. А мобилизованные старших возрастов будут переведены поближе к своим домам. В середине июня предполагается организовать во всех воинских частях образцовые походные кухни, снабженные новейшими техническими приспособлениями, как то: картофелечистками, мойками, кипятильниками…

Утром 9 мая