Доктор Данилов в МЧС - Андрей Шляхов

– Жуть! – поежился Сергей. – Ну вот каким придурком надо быть, чтобы ночью перелезать через кладбищенский забор? Зачем?!

– Может, пришел днем помянуть кого-то, – предположил Данилов, – выпил на могилке да и заснул. Проснулся ночью, когда ворота уже закрыты… А, может, бомж лез, чтобы на кладбище переночевать.

– Лучше места, что ли, не мог найти?

– Кто его знает…

– Нет, если сейчас, когда мы приедем, этот чудак будет в сознании, я его обязательно спрошу, каким ветром его ночью туда понесло, – пообещал Сергей. – Заодно и у местной «Скорой» поинтересуюсь, почему они сами его не сняли.

– Могли бы – сняли, – ответил Данилов. – Одно из двух: или висит очень высоко, или так неудачно накололся, что прут пилить надо. А на «Скорой» болгарок нет.

– Зря!

– Напиши министру, может, разрешит выдать. Тогда уж заодно и кувалды с перфораторами, чтобы жизнь медом не казалась… Наши с подстанции однажды выезжали на Люблинское кладбище. Там охранник погнался за какими-то хулиганами и очень неудачно наделся задом на низенькую ограду. Он перескочить через нее хотел, но поскользнулся или споткнулся, наверное. Так тоже спасателей вызывали, чтобы ограду пилить. Его госпитализировали с железкой в заднице, которую потом во время операции извлекли.

По пустым ночным дорогам от Бронниц до Подольска ехать недолго. Нужное место нашли сразу, ориентиром послужила машина «Скорой».

– Милиция была – уехала, – сообщил пожилой врач. – Пожарных пробовал вызвать, те сказали, чтобы ждали спасателей. Местный сторож тоже прибегал, матерился…

На ограде, вцепившись обеими руками в верхнюю перекладину, скрючился мужчина.

– Как вы там? – спросил Данилов.

– Х-херово, – простонал пациент. – Нога болит, трясет всего… Снимите меня, а? Пожалуйста!

На земле, прямо под ним, валялась пустая полулитровая бутылка из-под водки. «Противошоковая терапия», – подумал Данилов.

– Сиди, не падай! – строго предупредил «мотылька» подошедший спасатель.

– Так мы вам его передали? – на всякий случай уточнил врач «Скорой помощи».

– Да, – ответил Данилов.

– А кому именно?

– Дежурному врачу отряда «Главспас» Данилову В. А.

Доктор записал.

– И в карточке мне распишитесь, пожалуйста.

Данилов расписался в карточке и машинально спросил:

– Помощь какую-то оказывали?

– Дистанционной психотерапией занимался, – обиделся врач. – Какую помощь я ему окажу? Я по заборам уже лет пятьдесят не лазил, тем более по таким…

– Да я к слову спросил, – подобной реакции Данилов не ожидал, – на всякий случай.

– На всякий случай! – Врача уже понесло. – Вторую неделю без фельдшера работаю, не то что вы – на двух машинах на один вызов ездите. И ездите небось два раза в сутки, а в остальное время чемпионаты по домино устраиваете… У меня ни крыльев нет, ни подъемного крана, чтобы таких снимать. Что я вам, Бэтмен, что ли?! Вас бы на мое место! Сами небось и представления о нашей работе не имеете…

О своей работе на «Скорой помощи» Данилов упоминать не стал, потому что возбужденный собеседник все равно ему бы не поверил.

– Доктор, заткнись, пожалуйста! – попросил с высоты «мотылек». – И без тебя тошно. Спасите меня, сколько ж можно ждать?!

Врач «Скорой» плюнул себе под ноги, вложив в это действие тонну презрения как к тем, кто ездит на двух машинах на один вызов, так и к тем, кто по ночам тайком пробирается на кладбища, и сел в машину, которая тотчас же сорвалась с места.

– Чего это он? – поинтересовался Сергей.

– Небольшой нервный срыв, – ответил Данилов. – Ничего страшного. Работа тяжелая, изматывающая, да еще некоторые с глупыми вопросами лезут.

Пока врач «Скорой помощи» отводил душу, спасатели разработали план действий. Операция по спасению получилась очень короткой, даже лестница не понадобилась. Двое спасателей поднялись на ограду, один обнял пострадавшего, чтобы тот не свалился раньше времени, другой принял у третьего, стоявшего внизу, специальную бензопилу для аварийно-спасательных работ и за считаные секунды перепилил штырь прямо под наконечником.

После того как сильно расширяющийся книзу наконечник был спилен, снять ногу пострадавшего со штыря не представляло сложности. Не прошло и пяти минут после прибытия спасателей, как несчастный страдалец с разрезанной штаниной лежал на носилках в машине и дышал на Данилова убойной смесью перегара с чесноком.

Возился с ним Данилов недолго. Обработал рану перекисью, наложил повязку, вколол обезболивающее и отвез в местную больницу. Место запрашивать не стал, рассудив, что все равно дадут место в местной ЦРБ (ЦРБ – центральная районная больница).

Водитель не утерпел, как и собирался, спросил у пациента, за каким таким этаким лез он ночью через кладбищенскую ограду, и получил глубокомысленный ответ:

– Тишины и покоя захотелось.

Вот как хочешь, так и понимай.

ЦРБ оказалась не ЦРБ, а ГКБ, то есть городской клинической больницей. «Клиническая? – удивился Данилов. – Разве здесь есть кафедры? Вряд ли, скорее просто для благозвучия вставили слово».

Врач приемного отделения клинической больницы поначалу попытался отказать в приеме.

– Вы же МЧС, верно? – твердил он. – Так везите в свой госпиталь! У вас же он есть, верно? Туда и забирайте! Зачем к нам-то?

Врач был небрит, помят, но держался важно, с апломбом. Вопрос: «А почему бы и не к вам?» – он величественно игнорировал. Откуда ему было знать, что Данилову в приемных отделениях попадались и не такие, как он, гораздо хуже, но все они в конечном итоге понимали, что привезенного больного надо принять, другого выхода нет.

Сегодняшний врач оказался понятливее многих своих предшественников. После того как Данилов объяснил коллеге, какие действия он предпримет, если пациента немедленно не госпитализируют, и какими последствиями это может обернуться, коллега в задумчивости пожевал губами и сдался.

– Давно бы так, – похвалил Данилов, не любивший ненужных дискуссий.

– Вам-то что, – проворчал коллега. – Вы приехали и уехали, а мне с ним возиться.

– Меняйте работу, – посоветовал Данилов. – Если не можете уйти из медицины совсем, то устройтесь в больничные охранники. Тогда ни с кем хлопотать не придется.

– Спасибо, – саркастически поблагодарил коллега. – У меня, между прочим, высшая категория.

– Тем лучше, – улыбнулся Данилов. – С ней могут сразу бригадиром поставить.

Если уж глумиться, так от души, с чувством, толком и расстановкой.

На обратном пути Сергей включил радио. На «Ретро-ФМ» пели «Куин».

Save me, save me, save me