Соленый клочок суши - Джимми Баффетт

Я понял, что нахожусь практически по уши в дерьме. Машина по самый капот погрузилась в мутную жижу.

Первая мысль, которая пришла мне в голову: я угодил в страшную трясину. Ну как в кино обычно бывает: тех, кто паникует, потихоньку засасывает, а тех, кто не дергается, в итоге спасает сценарист. Рядом оказывается виноградная лоза, несчастные люди-изюмины хватаются за нее – и вылезают из своего пудинга. Я же сидел в стальной громадине – и никакой лозы поблизости. Около трех минут я не шевелился и наблюдал за уровнем воды на ветровом стекле. Слава богу, я не тонул.

Единственным утешительным событием во всем этом бардаке было то, что мой водонепроницаемый мешок с полотенцем, сменой одежды, раковиной-талисманом и книгой сам собой переплыл с заднего сиденья вперед. Я схватил его, повесил на зеркало заднего вида, осторожно выполз из-за руля и выплыл из машины. К моему восторгу под ногами оказалась не тина, а твердый песок. Я выбрался из выбоины и уставился на кошмар, который натворил.

До сих пор день складывался не очень-то здорово. Моя бывшая подружка улетела, а я утопил джип.

Я уже было собирался впасть в депрессию, но тут услышал из джунглей чиханье двигателя. Похоже, удача начинала мне улыбаться – из-за поворота показался раздолбанный пикап, изрыгающий клубы дыма. В водителе я узнал местного рыбака по имени Чино. Он продавал нам наживку. В отличие от меня, у Чино хватило здравого смысла объехать рытвину. Он притормозил.

– Hola, hermano,[63]– сказал он с сардонической улыбкой. – Еще одна атака гигантской игуаны, а, Талли? – усмехнулся он, осмотрев затопленную машину.

– Нет, это все пришельцы с Плеяд. Они подстроили эту ловушку.

– Такое часто случается, – сказал Чино деловым тоном, шаря рукой в кузове своего грузовика. Он вытащил трос и привязал один конец к своему бамперу. – Я готов.

Я забрался в мутную воду и быстро очутился по пояс в грязи.

Чино присвистнул:

– Ничего себе рытвинка.

Я привязал джип и выбрался на сушу. Чино завел грузовик, газанул и, вытянув джип, подтащил его к обочине. Вода хлестала из него так, словно это был гигантский пульверизатор, а не машина. В ближайшее время он никуда не поедет, это точно.

– Я еду в Плайа-дель-Кармен, но не тороплюсь. Могу отвезти тебя на базу, если хочешь.

– Этот джип больше никуда не поедет, Чино. Я позвоню Икс-Нею из Тулума. У меня там дела.

– Еще какие, – засмеялся он.

Прежде чем запрыгнуть в грузовик, я схватил свой водонепроницаемый мешок и бросился к океану сквозь заросли карликовых пальм. Сорвав промокшие, грязные шорты и футболку, я скоренько ополоснулся, переоделся и снова почувствовал себя человеком.

Было раннее утро, но Чино явно жил завтрашним днем. Из кармана рубашки он вытащил жирный косячок и, прикурив, протянул мне.

– Это называется da kine.[64]Я достал ее у этой растаманской группы, что играла в «Игуане». Крепкая штука. Секунд на десять думать забудешь о женских кисках.

Я расхохотался. Впервые с тех пор, как встал из-за стола вчера вечером. Это был очень долгий вечер.

– Десять секунд? – переспросил я, беря косяк.

После скоропалительного отъезда Донны Кей и теперь вот этой неприятности с джипом я был только рад помочь ему превратить его марихуану в пепел. Всю дорогу мы передавали косяк друг другу.

Довольно быстро меня вштырило. Я сидел и таращился на верхушки пальм, пролетающих мимо, и мелькающий в просветах между деревьями океан.

Чино включил радио, и нам запела Селия Крус.[65]

– Ну как, дрянь действует? – спросил он.

Я кивнул и улыбнулся:

– Похоже на то. Я думаю только о сиськах, amlgo.

В первый раз я увидел эти руины, сидя верхом на своей лошадке. Вскоре после моего прибытия на Крокодиловый Камень, Икс-Ней показал мне тропинку, идущую вдоль берега от паромного причала Пунта-Маргариты до самого Тулума. В «Жирной игуане» я познакомился с одним американским географом. Он там работал и вызвался показать мне развалины. Я решил отправиться в путь рано утром и разбить лагерь на маленьком пляже под утесом. Мне очень хотелось взглянуть на это место в лучах восходящего солнца.

В то утро я проснулся до рассвета, искупнулся и погнал Мистера Твена по отвесному берегу к древнему городу.

Как только мы добрались до вершины утеса и руин, над восточным горизонтом поднялось солнце. Я ожидал увидеть толпу охотников за древностями и ученых, собирающих образцы породы для исследований, но там никого не было. Я сидел на коне, окруженный тишиной и историей.

Мгновение я был королем Тулума. Я созерцал свое королевство руин и размышлял над вопросами бытия. Ответов на них я не знал, а потому решил обследовать владения пешком. Привязал Мистера Твена у основания пирамиды Эль-Кастильо и стал подниматься по лестнице на вершину. Судя по крошечным ступеням, в стародавние времена здесь обитали очень миниатюрные люди.

По пути наверх я миновал нечто похожее на старый алтарь и подумал, не здесь ли они приносили в жертву девственниц. С вершины я окинул взглядом панораму королевства и объявил, что все в полном порядке. Я сделал несколько фотографий и спустился к своему коню.

Духовная возвышенность утра и мое правление руинами оборвались в долю секунды. В мгновение ока я превратился из Короля Рассвета в Нарушителя-гринго. Рядом с Мистером Твеном стоял злобный охранник в грязной униформе. Он указывал на меня своим карабином М-16 и что-то кричал по-испански. Мое царствование закончилось. Похоже, он собирался меня не только пристрелить, но и сожрать, если я не выполню его приказ.

И хотя ситуация была не из приятных, я пытался вспомнить, где же я видел этого парня.

Не знаю, ускоряет ли мыслительные процессы адреналин, но что дуло карабина заставляет соображать быстрее – это точно. Я действительно его знал. Разумеется, он не приходил в «Жирную игуану» в форме, но это лицо было мне знакомо.

Его звали Гектор, и он был фанатом Джимми Хендрикса.[66]Он регулярно наведывался в бар и всегда выбирал песни Хендрикса в нашем музыкальном автомате. Я разделял его музыкальные пристрастия и однажды вечером, когда он бросал монетку в музыкальный автомат, спросил его, как он стал таким ярым поклонником Джимми.

Оказалось, подростком он жил в Сан-Франциско и работал на поставщика провизии, обслуживавшего все концерты Билла Грэма.[67]Я думаю, Хендрикс правда любил мексиканскую пищу, и Гектор действительно его видел. Джимми расписался у него на бейсболке, и Гектор никогда ее не снимал.