Царица амазонок - Энн Фортье

Но куда более важным было другое: зачем здесь я? Если мистер аль-Акраб действительно видел в Оксфордском университете своего врага номер один, зачем он послал мистера Людвига в такую даль, чтобы нанять меня? Все-таки я не единственный филолог в мире.

В голове вдруг вспыхнула мысль о тетрадке моей бабушки. Но это было абсурдом! Я не сомневалась в том, что ее бред на тему амазонок всегда оставался тщательно оберегаемой семейной тайной.

Я уже намеревалась позвонить Джеймсу сразу же, как только вернусь в свой трейлер. Но мне не удалось туда добраться. Как только я вышла из конторы мастера Крэйга, то заметила двух мужчин, внезапно вытянувшихся по стойке смирно, а в следующее мгновение передо мной возник Ник.

Я поняла, что ему нужно, как только он протянул ко мне руку. Но я решила, что десять тысяч долларов не дают ему права так бесцеремонно обходиться со мной, пусть даже он и солгал относительно своего нанимателя, и потому с притворной озадаченностью заглянула в его темные очки:

– Я могу вам чем-то помочь?

– Ваш телефон, – ответил он, даже не пытаясь изобразить хоть какую-то любезность. – Мне казалось, я совершенно отчетливо объяснил вам…

– Объяснили, объяснили, – заверила его я, дерзко берясь за ручку двери моего трейлера. – И я вас слышала. Должна ли я так понимать, что вы мне не доверяете?

Ник лишь щелкнул пальцами, давая понять, что все еще ждет. Этот жест заставил меня вспыхнуть от гнева.

– В чем дело? Здесь что, ГУЛАГ?

– За одним исключением. Вы вольны уехать отсюда, когда вам вздумается.

Что-то было в его тоне такое, что заставило меня осознать: втайне ему очень этого хотелось бы. Несмотря на его тщетные усилия наладить отношения, это ведь не он предложил мне десять тысяч долларов за одну-единственную неделю. Это был кто-то другой. Но кто? И почему?

Я опустила свой телефон в протянутую ладонь с максимальным достоинством, какое только допускала подобная ситуация.

– Спасибо, – кивнул он, опуская мобильник в свой карман. – Вы знаете, что находится там, внизу. Вы понимаете, почему я должен так поступить.

– Если честно, – я сердито свернула провод зарядника и затолкала в собственный карман, – боюсь, что мне довольно трудно понять, почему этот ваш мистер Сколски, – я с трудом удержалась от того, чтобы не скривиться, когда произносила это фальшивое имя, – уверен, что подземный храм принадлежит ему лично.

– Вы считаете, что все дело в этом?

– А какой еще вывод я могла сделать? – Я бросила на него предельно серьезный взгляд, но крошечное окошечко сотрудничества, едва приоткрывшееся в Нике, снова закрылось наглухо.

Он сказал только:

– Вот как раз поэтому я и вынужден отобрать у вас телефон.

Вечером того же дня Крэйг пригласил меня прогуляться при свете звезд. Хотя он ни словом не упомянул об инциденте с телефоном, я заподозрила, что ему все известно и он пытается хоть как-то меня подбодрить.

Пока мы шли, меня буквально распирало от желания засыпать бригадира вопросами о Фонде Акраб, но я понимала, что с моей стороны это было бы большой ошибкой. Если даже Крэйгу платил не сам мистер аль-Акраб, он все равно имел к нему какое-то отношение. Иначе зачем бы он известил его, и только его, о том, что его буровики наткнулись на храм?

– Так на кого вы работаете? – спросила я наконец, стараясь говорить так, словно это обычная светская болтовня. – И что насчет Ника? У вас один и тот же наниматель?

Крэйг несколько раз затянулся трубкой:

– Об этом лучше спроси кого-нибудь другого. Я же простой технарь, механик. – Увидев разочарование в моих глазах, он кривовато улыбнулся. – Послушай, я не знаю, что они тебе там наговорили. Я предпочитаю держаться в стороне.

– Вот как раз это они мне и твердят, – сказала я, слегка раздраженная его трусостью. – Они мне говорят, что все дело в амазонках. Что все это, – я махнула рукой в сторону храма, – каким-то образом доказывает, что они действительно существовали. Но как вы сами слышали сегодня утром, Ник не воспринимает эту теорию всерьез. – Я посмотрела на Крэйга с каплей надежды. – А вы? Вы когда-нибудь слышали что-нибудь об амазонках? От кого-нибудь? Хоть раз?

Бригадир неловко пожал плечами:

– Прости, девочка. Об этом не меня нужно спрашивать.

Дальше мы шли молча, пока наконец не остановились перед воротами из металлической арматуры. Из-за темноты я не сразу сообразила, что мы подошли к какому-то замкнутому пространству и что вокруг него молча стоят какие-то люди.

Крэйг кивнул в их сторону, и я, всмотревшись в пространство за ограждением, увидела наконец две тени, медленно двигавшиеся по кругу: черного коня на длинной привязи и какого-то мужчину, одетого лишь в пару белых брюк. Мне понадобилось несколько мгновений, чтобы узнать Ника, и, несмотря на мой растущий цинизм в отношении его персоны, я все равно была странным образом зачарована его медленным танцем в свете луны.

– Смотри, – одними губами произнес Крэйг.

Ник опустился на колени на песок в огороженном пространстве. Черный конь некоторое время кружил возле него, потом подошел ближе и наконец вытянул шею, чтобы опустить голову на обнаженное плечо Ника.

Восторженный шепот донесся со стороны мужчин, собравшихся у изгороди, а Крэйг просиял, обернувшись ко мне, и трубка подпрыгнула в уголке его рта.

– Я сделал ставку на десять дней. А он справился за пять. Это все его чертовы гены.

– В каком смысле? – спросила я, с трудом отводя взгляд от Ника.

Крэйг вынул трубку изо рта и взмахнул ею с пиратской усмешкой в глазах.

– Арабские скакуны очень умные. Они тебя насквозь видят. Тебе их никогда не сломать; приходится ждать, пока они тебя сами примут. Смотри!

– Ну… – Я отвернулась от Ника и его скакуна, и на меня навалилась усталость после всех дневных событий. – Боюсь, мне пяти дней не хватит.

Улыбка Крэйга растаяла.

– Если хочешь совета…

– Конечно.

– Сделай свою работу, бери деньги и беги отсюда. Без оглядки. И что бы ни произошло, – он заглянул мне прямо в глаза, чтобы убедиться в моем внимании, – не ссорься с этими людьми. Они этого не любят.