Видоискательница - Софья Купряшина

Рестораны «Русский зал» в гостинице «Россия» и «Русский трактир» на Арбате, неподалеку от дома «Мзиури», сходны в двух моментах: в уюте и расположении.

В восточном корпусе «России» прямо от стеклянных дверей главного входа идет вниз мраморная лесенка. Там прячутся проститутки. «Русский зал» — одна из наиболее удачных стилизаций русского быта. В глубине — кухня, не очень замаскированная и очень вонючая, две стены дают представление о русских печах, третья стена — прозрачно-стеклянная, а за ней, в зеленом сумраке бассейна, плавают посетители ресторана, которые не смогли расплатиться за ужин. Официанты мужского пола (в просторечии — пупсики) одеты в косоворотки, строгие европейские брюки и штиблеты, по-русски неплохо упитаны. Об официантках сказать этого нельзя: стройные талии, безупречные ножки, белые шелковые блузки, узкие юбки, чуть открывающие колени. Отчасти европеизация последних понятна: в складках сарафана можно запутаться и брякнуться с подносом на пол, окатив клиента борщом с галушками за двадцать две с половиной тысячи рублей*, (*ПРИМ. Цены приведены в масштабе до 1998 года, т. е. до деноминации) пельменями в соусе из пряностей за тридцать три тысячи рублей, двумя десятками видов водки — от «Пшеничной» до «Абсолюта», крюшонами, десертными и сухими винами, грогом и всевозможными сортами пива. А таскать по десять часов на голове кокошник — дело каторжное, и его тоже можно уронить в блюдо с холодцом стоимостью двести восемьдесят четыре тысячи рублей.

По культуре обслуживания «Русский зал» мог бы соперничать с лучшими ресторанами Москвы, и если у вас с собой случайно окажется тугой кошелек — вы просто попадете в рай. Не случайно многие иностранные делегации, живущие в других гостиницах, приезжают питаться ежедневно именно в «Русский зал»: здесь они застрахованы от опозданий на экскурсии и деловые встречи, от грязных скатертей и несвежего кусочка масла за восемнадцать долларов, от сухих котлет с веревками и от жидкого желе, отдающего одеколоном, от матерчатых пыльных цветов, криво оплывших свечей, слепленных в одну, со шнурком от ботинка вместо фитиля и следами дактилоскопии лепившего, от ассиметричных официантов, греющих в бульоне больные пальцы и принимающих заказ со словами: «Чего, мля, надо, на?» — а на просьбу клиента подогреть ледяные куриные ноги отвечающих: «Я на кухню, на, по десять, мля, раз, на, бегать, мля, не буду, на. У меня, на, у самого, мля, ноги стынут, на». Ничего этого не будет. Если в стандартном меню вы не нашли ничего, на чем можно было бы ништячно оттянуться, смело заказывайте различные изыски — на месте или заранее, чтобы они успели засохнуть и испортиться.

Вам принесут полутораметровое блюдо, заглянув в которое вы увидите настоящее озеро: камыши из молочного желе и шоколада будут качаться взад-вперед, лебеди из фруктов посмотрят на вас черносливными глазами и лихо подмигнут, цапли из яблок будут охотиться за лягушками-киви и обязательно поймают их на столе… Поверхность озера — фруктовое желе; цветовая гамма приближена к естественной за счет натуральной болотной воды, не очень вредных пищевых красителей и фруктовых соков, выжатых из подгнивших фруктов — ананасов, винограда любого сорта и апельсинов.

Все блюда в «Русском зале» — «с огоньком». Зеленые витые свечи-ивы подпирают бронзовые русалки с чешуей и бритой пиздой. Все это придумано и воплощено шеф-поваром и всем персоналом, который, как известно, даром время не теряет, в потолок не плюет и в залупу не смотрится. Несколько раз команда метрдотеля «Русского зала» Владимира Павловича Пузикова обслуживала Ельцина с его командой, и обе стороны остались довольны. На десерт вы можете отведать мороженое с вином и фруктами, торты (простые и именные), пирожные и шоколад.

После обильной трапезы хочется развлечений. Каждый вечер, кроме понедельника, в семь часов в «Русский зал» с дикими криками влетают цыгане, просят у всех денег, стреляют и безобразничают. Перед сценой загораются искусно подсвеченные дрова. Дым валит до потолка. Звучат цыганские песни и романсы. Вы можете заказать любую песню и стриптиз для друга или любимой. Вы включаетесь в яркое и веселое действо, вы и впрямь кутите, и не ясно, то ли за окном конец XX века, то ли начало XXI, то ли середина XV, то ли первая треть VI века до н. э. Перед вами кривая цыганка с длинным носом и большим животом. Она стоит и орет: «Тушь-памада парадаю-у-у-у!» — а потом: «К нам приехал наш любимый…» и:

Выпьем за Серегу,

Серегу дорогого!

Свет еще не видывал

Дебильного такого…

И вы замираете в восторге оттого, что ваше имя не только произнесено, но и спето: теперь вас знают все.

Такой же камерный уют царит в залах «Русского трактира» на Арбате. Днем вы можете пообедать там за сорок четыре с половиной тысячи рублей (по-деловому, без горячительных напитков), а вечером загаситься за сто тысяч. Блюда также — по частному заказу или по перечню меню. Что касается зрелищ — то они для людей, сильных духом и деньгами. Пожилой, забывчивый цирковой медведь будет проделывать перед вами разные фокусы; его сменит настоящая змея, нежно обвивающая своего хозяина крупными блестящими кольцами, послушная, смотрящая в зал рациональными предпринимательскими глазами. В каждом зале есть фортепьяно, и по вечерам здесь звучат старинные русские романсы в исполнении упомянутых животных. Есть и отдельный «кабинет отдохновения» — с одним столиком, инструментом и стилизованным камином, куда вы можете пригласить музыканта, который за смешные деньги сделает с вами все, что вы захотите. Мы надеемся, что вечер, проведенный за бутылочкой сухого вина с изысканными закусками и озвученный тихой фортепьянной музыкой, не покажется вам пустым и серым.