Неунывающие вдовушки - Ингрид Нолль

– Как нам теперь быть? – спросила я. – Куда нам девать нашу новую тайскую подружку? Она ведь наверняка без документов, Хильтер, сдается мне, конфисковал у нее паспорт. Она не сможет вот так запросто смыться за границу.

Кора пожала плечами, а Катрин пошла прилечь, поскольку чувствовала себя совершенно разбитой.

А кукольная девочка молча, будто так и надо, перемыла гору грязной посуды. Я вытерла и убрала на полку. В знак признательности Пу научила меня тайской пословице: женщины – задние ноги слона.

Почему слона?

Мужчины – передние ноги, объяснила Пу. Они определяют направление в жизни. Да, к сожалению. Но настоящая сила – в задних, они и держат крепче, но раздавят в два счета. Они для этого более приспособлены.

– Наш человек! – Кора прислушалась к разговору. – Сами не заметили, как превратились в банду четырех!

Зашла речь о погибшей девушке из Африки. Когда Пу и Свен уезжали в аэропорт, африканка была еще жива, в этом тайка была уверена. Манго скандалила и не желала работать в борделе. Это Свен ее убрал.

Теперь, когда Пу стала одной из нас, Кора полушутя, полусерьезно спросила, что, по мнению нашей тайской сестрицы, нам теперь следует предпринять.

– Please kill Seven![40]– попросила Пу.

Кора, изобразив наигранное недоумение, всплеснула руками.

– О! Одним ударом семерых? Мы что, храбрые портняжки?

– Она произносит Seven[41]вместо Sven[42], – прокомментировала Катрин, наполовину воскресшая после сна, – азиатам трудно произнести две согласные подряд.

Пу кивнула, как будто поняла, что сказала Катрин, и потребовала:

– And mister Eric: same-same![43]

– Чего? – не поняла я.

Кора, естественно, уже все знала лучше всех и объявила:

– Мисс Майя делать пиф-паф мистеру Свену и same-same мистеру Эрику!

Опять Майя! Как мокруха – так Майя! Хорошо устроились, а?

Мне надоело сидеть с ними на кухне, я потихоньку ушла в комнату. Пойду-ка, думаю, соберу вещички, в любую минуту подхвачу чемодан, и только они меня и видели.

Когда искала ночную рубашку, нашла на подушке записку от Энди. Боится, что я опять исчезну без единого слова. Не знаю, не думала об этом, но, наверное, так бы и поступила. Как только улетит Кора, я – в машину, пожитки в багажник, и за сыном.

А Энди, кажется, уже видел меня насквозь: в записке он просил дождаться его вечером, когда закончится его смена. Если же я все-таки вопреки его просьбе уеду и он не сможет меня обнять на прощание, то под одеялом для меня спрятан прощальный подарок.

Я откинула одеяло: флакон с тем самым лекарством! То, что надо.

Кора возликовала, увидев сувенир от Энди.

– Отлично! Молодец ты, Майка! Ну, теперь мы угостим американскую старушенцию.

– Please kill Seven! – повторила я просьбу Пу.

– На семерых не хватит! – фыркнула Кора.

Однако мы были согласны в том, что на двух господ – Свена и Эрика – у нас яда точно хватит. Они у нас приоритетные вип-персоны в черном списке!

С видом триумфаторов мы присоединились ко второй половине нашей банды. Очевидно, наши преступные намерения были написаны у нас на лбу, потому что Пу, глядя на нас, спросила:

– You have gun?[44]

Тут неожиданно выступила Катрин. До сих пор она вроде крови не жаждала, но вдруг и ее понесло туда же:

– Честно говоря, это самое same-same решило бы все мои проблемы. Если Эрик помрет, у меня будет собственная квартира, счет в банке, и мне достанутся… – Она, очевидно, собиралась сказать «картины».

Кора, словно фармаколог-профессионал, прочитала Катрин лекцию о том, как лекарство, которое мы собираемся применить, влияет на изнуренный спортом организм.

– Давайте перейдем на английский! – предложила Катрин, – иначе наша тайская сестра нас не поймет. В конце концов, ведь это она заказала вам своего мужа!

У Пу глаза округлились, когда мы показали ей пузырек.

– Very poison?[45]– с надеждой спросила она.

Но все не так просто, вздохнула я.

С трудом я объяснила Пу на примитивном английском, что нам придется накапать Свену и Эрику из бутылочки, а потом как-то заставить их карабкаться на Эверест или взвалить на них еще какие-нибудь чрезмерные физические нагрузки. И вот тогда препарат может и подействовать.

– No, no, мисс Майя![46]– вскричала тайка, едва не подпрыгивая от радости. Свен так растолстел, что Эрик заставил его заниматься спортом, и теперь каждое утро они вместе бегают!

Точно, подтвердила Катрин, Эрик давно бегает трусцой. Перед завтраком он ездит в парк Саксенхаузен и совершает пробежку там вдоль Майна. Когда они жили вместе, он пытался подвигнуть и жену бегать с ним по утрам, но в этом отношении Катрин безнадежна. Сейчас он, наверное, рад, что нашел дурака. Кстати, он всегда берет с собой бутылку минералки. Вот туда-то мы и плеснем яд!

Все поглядели на Катрин и задумались.

– Катрин, – деликатно начала я, – у тебя иногда бывают озарения, но ты меня извини, мне-то известно, что ты отчаянная трусиха. Неужели ты сунешься в квартиру Эрика? И к тому же когда он дома?

– Это сейчас неважно! – перебила Кора, морща лоб, – опасаюсь я, что у наших будущих жертв сейчас на уме не утренние пробежки, а совсем другое. Как только они обнаружат, что мы увезли Катрин и при этом нашли труп Манго, они натравят на нас половину франкфуртской братвы.

Ну, так что ж мы сидим? Франкфуртские ребята знают адрес нашей коммуналки! Хватит тут прохлаждаться. Пора двигать отсюда.