Три недели с моим братом - Николас Спаркс

В конце последнего года обучения в школе я однажды услышал, как сестра плачет у себя в комнате. Постучав, я вошел. Она сидела, уткнувшись лицом в ладони.

– Что случилось? – Я сел рядом с ней на кровать.

– Ничего.

– Дана, признавайся!

– Я ненавижу свою жизнь!

– Почему?

– Потому что я не похожа на тебя или Мику.

– Не понимаю.

– У вас есть все. Вы все умеете. У вас есть верные друзья, успехи в спорте, хорошие оценки… Вы нравитесь людям, и у вас есть подружки. Все вас знают и хотят быть похожими на вас. А у меня ничего этого нет. Будто у меня не те же родители, что у вас!

– Ты лучше нас. Ты самый замечательный человек на свете!

– И что с того?

Я взял ее за руку.

– Что тебя беспокоит?

Сестра молчала. Я обвел взглядом ее комнату. Как и у большинства подростков-девушек, стены ее комнаты были увешаны различными картинками из журналов. На туалетном столике стояла коллекция колокольчиков и керамических лошадок. На журнальном столике лежали Библия и четки, а над кроватью висел крест.

– Холли пригласили на школьный бал, – нехотя призналась Дана.

С Холли, ее лучшей подругой, они были неразлучны много лет.

– Это ведь хорошо?

Дана не ответила, и я с замиранием сердца осознал, почему она плакала.

– Ты расстроилась, потому что тебя не пригласили.

Дана снова заплакала, и я обнял ее.

– Тебя тоже пригласят. Ты чудесная девушка. Ты красивая и добрая, и те, кто тебя не пригласят, просто дураки.

– Ты не понимаешь… Вы с Микой… Все девочки считают вас красавчиками. Они постоянно твердят, как повезло мне с братьями. А мне… мне никто не говорит, что я хорошенькая.

– Ты хорошенькая.

– Нет. Я обычная. И вижу это, когда смотрюсь в зеркало.

Она снова заплакала и отказалась говорить. Я ушел, осознавая, что моя сестра борется с теми же самыми сомнениями, что и все. Просто она это хорошо скрывает.

Я был уверен, что ее пригласят. Однако время шло, а ни один парень не спешил подъезжать к ней на белом коне и объявлять себя ее принцем. Дана выглядела расстроенной, в ее взгляде читалась боль. У меня щемило сердце при мысли о том, что никто не понимает, какая она замечательная, сколько любви она готова подарить тому, кто попросит. Я обожал сестру так же, как обожал брата, и, подобно родителям, ощущал потребность защитить ее.

Однажды вечером, за неделю до бала, я вошел в комнату сестры. Если ее друзья считают меня красивым и популярным, то пусть увидят, как весело нам будет с Даной. Мне все равно, что мы брат и сестра, пусть весь мир знает, что я счастлив сопровождать ее.

– Дана, ты пойдешь на бал со мной? – серьезным тоном спросил я.

– Не глупи.

– Будет весело. Изысканный ужин, лимузин и танцы всю ночь напролет.

Она с улыбкой покачала головой.

– Не стоит. Я все равно не хочу идти на бал. С этим покончено.

Я колебался.

– Уверена?

– Да. Но спасибо, что спросил.

– Ты разбиваешь мне сердце.

Дана невесело усмехнулась.

– Забавно, Мика сказал то же самое.

– Ты о чем?

– Он тоже пригласил меня на бал. Вчера.

– С ним ты тоже не пойдешь?

– Нет. – Она обняла меня и поцеловала в щеку. – Но я хочу, чтобы вы знали – вы самые лучшие братья, какие только могут быть. Я вами горжусь! Я самая удачливая девочка в мире и очень сильно люблю вас обоих.

От наплыва чувств у меня перехватило дыхание.

– Ох, Дана. Я тоже тебя люблю.