Облака из кетчупа - Аннабель Питчер

Макс недоверчиво глянул на меня.

– Правда?

– Исключительно бесподобный блеск.

– По-моему, ничего особенного – просто пазл, – он пожал плечами, но было видно, что ему приятно.

– Ну, нет, – я покачала головой, – это не просто пазл. Это доказательство.

– Доказательство чего?

Я похлопала ресницами:

– Что великий и могучий Макс Морган тайный «ботаник»!

– Ну, это слишком сильно сказано, – хмыкнул Макс.

Мы разложили пазл на одеяле и принялись за дело.

Здорово было. И трудно. Надо было сложить большой кусок поля, а все кусочки совершенно одного и того же зеленого цвета. После часа мучений мы закончили участок возле углового флажка, с удовлетворением полюбовались проделанной работой и спустились вниз. Сандра спала на диване, широко открыв рот.

– Что-то я задремала, – хрипло пробормотала она, когда Макс потряс ее за плечо.

– Спасибо за вечер, – сказала я, натягивая куртку. – И за пиццу.

– Всегда пожалуйста, – Сандра сонно улыбнулась. – Как ты доберешься до дома?

– Пешком дойду.

Сандра ногой отодвинула штору:

– Нет, милая, так не годится. Там же тьма кромешная. И холодрыга.

– Ничего, не беспокойтесь, – ответила я. – И я, пожалуй, пойду уже. Мама ждет меня к десяти.

Сандра запустила пятерню в волосы.

– Ах, как неудобно. Я бы тебя подвезла, но уж больно много выпила.

– Может, Арон? – предложил Макс.

Во мне зашевелилось чувство вины. И смущение. И надежда. А Сандра уже торопливо выходила из комнаты.

Можешь представить, Стюарт, напряжение, с которым я прощалась на крыльце с Максом, в то время как Арон заводил DORIS. Мы с Максом хорошо провели время, и все же я попыталась улизнуть без поцелуя. Как бы не так. Он склонился ко мне в свете фар, взял за подбородок и поцеловал в губы. Арон все видел. Мне бы радоваться – месть удалась на славу, но не было никакой радости, и эта победа оказалась пустыми хлопотами.

Макс вернулся в дом. Остались только я и Арон. Арон и я. Закусив губу, я залезла в машину:

– Прости, что так вышло с машиной. Я не хотела. – Арон не ответил. Молча смотрел перед собой и ждал, пока я захлопну дверцу. – И я тебе очень благодарна. – Арон дал задний ход и поехал по дорожке. – Какой мороз, – я сделала еще одну попытку. Арон включил радио.

Мы молча ехали. По «зебре». Мимо церкви и китайского ресторана. За окном промелькнул зеленый дракон. Арон с прямой как палка спиной вцепился в руль.

Приглушив радио, я снова попробовала завязать разговор:

– К экзамену подготовился?

Арон врубил звук на полную катушку. Колонки протестующе взвизгнули, певец взревел: ЛЮБОВЬ! Вот прямо так, громко, больно и страшно.

Мы резко остановились у светофора, Арон слишком сильно ударил по тормозам. Мисс Скарлетт, висящая под зеркалом, щелкнула по стеклу, закружилась. Я подтолкнула ее пальцем.

– Не трогай!

Я взяла и снова ее толкнула. Арон покачал головой и выключил радио. ЛЮ…

– Какой ты еще ребенок, – сказал он. – Все для тебя игра, да?

Я сложила руки:

– Подумаешь! Какая-то дурацкая фигурка из «Клуэдо».

– Я говорю не об этом, – сквозь зубы проворчал Арон, не спуская с дороги свирепых глаз. – Не об этом говорю, и ты это знаешь. Что за игру ты затеяла? Объявилась в моем доме. У меня на кухне!

– В доме твоего брата, – заметила я. – Брата.

Загорелся зеленый свет. Арон надавил на газ, машина со скрежетом рванула с места.

– Так, значит? Ты сам сказал! – Машина завернула за угол, я вцепилась в приборную панель. – Ты сам сказал, что мы с ним хорошая пара. Ты сам велел мне развлекаться. Вот я и развлекаюсь!

– Ну и прекрасно! – рявкнул Арон.

– Да, прекрасно, – с каким злорадством я швырнула ему в лицо его же собственные слова, сказанные тогда на вечернике. Руки у меня тряслись, в горле пересохло. – Я не делаю ничего дурного, Арон. И вольна встречаться с кем пожелаю. Ты сам так сказал.

Слезы жгли глаза. Я смахнула их, с ожесточением вглядываясь в Сказочную улицу.

Сказочная улица.

Из дома вышла мама. К Лорен собралась, за мной. Арон притормозил, пытаясь угадать мой дом. Вот сейчас мама глянет в нашу сторону и заметит…

– Вперед! – взвизгнула я, ныряя под сиденья в тот самый миг, как мамин взгляд упал на машину Арона. – Только, пожалуйста, не останавливайся! – Какое-то мгновение Арон, закусив губу, колебался, потом нажал на газ, и мы с ревом пронеслись мимо моего дома.

– В чем дело?

– Придется ехать к дому Лорен. Почему я раньше тебе не сказала! Это была моя мама. Она думает, я у подружки.

Запинаясь и путаясь, я говорила, куда ехать, выбирая окольную, самую короткую дорогу, чтобы обогнать маму. Всем своим существом я подгоняла машину – быстрее, еще быстрее! – словно она лошадь, а я жокей и на кону – моя жизнь. Направо. Скрежет тормозов. Налево. На нейтралке по прямой.

Арон фыркнул:

– Знаешь, бросила бы ты врать. Дурная привычка.

Я изумленно взглянула на него:

– Ты действительно намерен продолжать? Сейчас?

– Я просто сказал, пора бросить врать. Это…

– Что это?

Он помолчал и очень четко произнес:

– Детский сад!

Я нарочито расхохоталась:

– Детский сад? А у кого на зеркале болтается мисс Скарлетт? Кто болтает о привидениях, о крокодилах и черных расщелинах, полных змей? У кого нет плана и кто не знает, чем займется в будущем и…

– Не уходи от темы, – процедил Арон. – Ты обманула мать. Так нельзя. И дело с концом.

– И кто это говорит? Ты? Только потому, что ты старше? Да хватит уже! Ты не имеешь права указывать мне, что делать, а что – нет. И тебя совершенно не касается, что я говорю своей маме. Совершенно!

Арон вздернул плечо:

– Может, и так. Но то, что ты говоришь мне, касается, а ты врала мне в лицо.

На светофоре загорелся красный свет, как раз когда мы к нему подъехали. Я чертыхнулась про себя, бросила взгляд на телефон – 21.55.

– Ты сказала, что твой дедушка умер.

Красный.

Зеленый!

– ПОЕХАЛИ! – Машина рванула вперед. 21.56.

– Но в тот день, когда я тебя встретил, ты не ходила к нему на могилу, – гнул свое Арон.

– Нет, но…

– Ты была в моем доме. В моем доме! – Он уже кричал во весь голос, и его слова грохотали у меня в ушах. – С моим братом!