Дейзи Фэй и чудеса - Фэнни Флэгг

— Лерой, ну-ка вон отсюда, марш домой.

Ой, прямо не знаю, ей не угодишь. Он же взрослый, правильно?

Тогда я обошла больницу вокруг и нашла другой вход. Заглянула во все палаты, большинство людей были старенькие и спали. У дверей одной палаты стояли четверо. Один из них читал Библию. Кто бы там ни был в комнате, он умирал. А вдруг это миссис Андервуд? Я стала бегать по коридорам и кричать:

— Миссис Андервуд, миссис Андервуд!

И когда эта медсестра поймала меня и поволокла к выходу, из палаты в другом конце коридора донесся голос миссис Андервуд:

— Это Дейзи?

Я вырвалась из рук медсестры и побежала в ту палату, и там оказалась миссис Андервуд, она сидела на кровати в красивой пижаме с голубыми кружевами. Она совсем даже не умирала. И тут на меня напала эта медсестра, злая как черт. Я своими воплями перебудила ей всех пациентов.

Миссис Андервуд попросила ее, чтобы я осталась — пожалуйста! Медсестра не хотела меня пускать, но все остальные пациенты трезвонили в колокольчики, и она сказала:

— Ой, ну ладно, только на пять минут, не больше.

Миссис Андервуд была удивлена, что я приехала.

— Дейзи, скажи на милость, что ты тут делаешь? — спросила она.

Я объяснила, что мне захотелось убедиться, что с ней все в порядке, ведь однажды я тоже очутилась в больнице, мне удаляли гланды, и это было ужасно. Миссис Андервуд сказала, что все нормально, пусть я за нее не беспокоюсь. Я доложила, что мы написали ей выздоровительные письма, а потом как дурочка пересказала все, что написала в своем письме, включая анекдот. Теперь никакого сюрприза не получится, когда она его получит.

На обратном пути я сообразила, что впервые вижу миссис Андервуд без косметики. Она натуральная красавица, прямо как Дорис Дэй.

28 ноября 1952

Миссис Дот повезла нас на ярмарку округа Харвин. У меня было 15 долларов, и я не сомневалась, что выиграю шикарный подарок для миссис Андервуд. Мы набились в машину точно сардины. Анжелу Пистал пришлось усадить к себе на колени. Это самая костлявая девочка в мире.

Эми Джо Снайпс с сестрами болтали о том, на какие аттракционы пойдут. Даже Кей Боб Бенсон разволновалась, потому что забылась и обратилась ко мне с вопросом. Она со Дня всех святых со мной не разговаривала, но когда я ответила, она поняла, что наделала, глянула с презрением, буркнула: «А ты кто такая?» — и нос задрала.

Когда мы добрались до ярмарки, все небо было залито фейерверками, и миссис Дот пришлось оставлять машину в миле от входа. На улице было жуть как холодно, вокруг луны сияло кольцо. Мы вошли в огромную арку с надписью «Добро пожаловать на ярмарку округа Харвин и сельскохозяйственную выставку», а потом целую вечность ждали, пока миссис Дот купит билеты, и Майкл так разнервничался, что, не дойдя до ярмарки, купил пупса на палочке у какого-то типа, торгующего смешными пуговицами и прочей чепухой. У них громадное колесо обозрения, я такого никогда не видела. Кей Боб Бенсон купила белую деревянную указку с наклеенными на нее блестяшками. Там были аттракционы: гусеница с бело-зеленым парусиновым верхом, который закрывается, когда ты садишься, чертово колесо, врезающиеся машинки — Майкл мечтал на них покататься — и гигантская карусель. И на каждом аттракционе играла своя музыка.

Миссис Дот заставила всех нас держаться вместе и посетить выставку, прежде чем мы разбежимся по аттракционам. Я купила кукурузную собаку, и мы отправились в большой амбар с коровами, овцами, свиньями, у некоторых повязаны ленты с медалями и написано, где они их завоевали. После них следовала выставка тракторов компании «Джон Дир» и фермерского оборудования, на которое мне было совершенно наплевать. А воняло там и вовсе неописуемо.

Потом мы пошли в большое здание, где показывали тыкву весом в двенадцать фунтов и какие-то зверски огромные початки кукурузы. Там продавали банки с вареньем, желе, огурцами и крошечными кукурузными початками и много самодельной одежды из магазинов домоводства со всего округа. Надеюсь, смерть меня не застанет в такой одежде. Я себе покупаю вещи в универсаме «Элвуд». Многие церкви нашили лоскутных одеял, но мне больше приглянулось электрическое. Мы посмотрели выставку рисунков каких-то школьников, ничего кошмарней в жизни не видала, а потом перешли к сочинениям. Я поискала свое, но его не было. Победило сочинение какого-то типа из Локслея, оно называлось «Когда я вырасту, я хочу быть хорошим американцем». А кто не хочет?

Я уже изнывала, хотелось покататься на аттракционах, выиграть какой-нибудь приз. Майкл тоже. Наконец, когда миссис Дот добралась до секции садоводства, у нас появился шанс. Ее конкурсная работа «Магия болот» получила ленточку, но я лично не углядела там никакой магии — обыкновенное чучело утки, сидящей в каких-то водорослях. Она так увлеченно рассказывала о своей работе, что мы с Майклом смогли незаметно улизнуть и побежали на ярмарку. Первым делом мы купили себе по шляпе, на которых женщина прямо при тебе вышивала твое имя любым цветом. Я купила черную шляпу, с надписью «Дейзи Фэй» розовыми нитками. Майкл выбрал красную, а нитки — фиолетовые. Полнейшая безвкусица.

Мы покатались на сталкивающихся машинках. Безумный Майкл врезался во всех подряд. Какие-то ребята разозлились и в отместку врезались в нас, и я чуть не выбила зуб о яблоко в карамели, которое как раз собралась куснуть. Один у меня уже отколот, и второй терять я пока не хочу. Мы сделали шесть заходов, пока меня не затошнило. Все, говорю, я пас. Майкл не ушел. Сказал, что подождет машину получше. Ладно, говорю, встретимся возле чертова колеса через полчаса, и пошла к павильону, где можно попробовать сбить бейсбольным мячом черно-белых игрушечных котов, три броска за четвертак. Призы — часы, радио и лампа с гавайской танцовщицей. Когда включаешь ее, юбка колышется вверх-вниз. Я потратила пять долларов, пытаясь выиграть для миссис Андервуд эту лампу, но так и не смогла сбить больше двух котов подряд. Эти мячи были недостаточно тяжелые, если вы меня спросите, потому что бросаю-то я отлично.

Наконец я сдалась и пошла в следующий павильон, где в небольшой бадейке плавали желтые пластмассовые утята. Можно было выловить из воды утенка, хозяин посмотрит на номер, написанный у него на брюхе, и скажет, какой ты выиграла приз. Я там долго стояла, смотрела, но никто ничего стоящего не выиграл. Он всегда доставал из-под стойки какую-нибудь ерунду вроде медной трубы или резинового паука, так что это я решила пропустить. Как раз подошло время встречаться с Майклом у чертова колеса, но он на двадцать минут опоздал.

Пришел он с Верноном Мусбургером. Мы втроем покатались на чертовом колесе и слезли с него очень вовремя, потому что одна девочка дождалась, когда окажется на самом верху, и оттуда ее на всех стошнило. Еще мы покатались на гусенице и на безумной мышке. Майкл то и дело тягал по горсти воздушной кукурузы из коробок малышей, когда их родители отворачивались. Слышали бы вы, как мелюзга орала, но Майкл оказывался уже далеко. Там показывали ягненка с двумя головами в стеклянной банке, но я считаю, что он резиновый, жулики они! Мы посмотрели на толстого человека, но только зря деньги потратили. Мы с Майклом пришли к выводу, что Джесси Легур был толще, но Вернон сказал, что толстяк классный.