Роман с вампиром - Вика Варлей

– Девчонки, будете?

– Если только чуть-чуть! – Ирина расплылась от подобного удовольствия (сам «император» интересуется!). – Только мне домой скоро. Семья. Дети. А чем угощаете?

– Что хотите, то и купим. Какие проблемы? Сейчас Стасика вон пошлем. Стас! – громко прокричал Вадим. – Ты, урод, где шляешься? Давай, дуй в магазин! Девчонки, так кто что будет то?

– Я – «Кинзмараули».

– Да, Ир. Не ожидал. Вот ты дерьмо-то пьешь! Стасик, привези ей из ближайшего ларька бутылку. А Виктория Алексеевна что будет?

– Не знаю, водку точно не буду. И коньяк тоже. Может вина красного, сухого?

– Лучше водки! Короче, на те денег, купи водки, вина, закуски всякой и дуй обратно.

Водитель молча взял деньги, кивнул и тут же ретировался.

Ирина, задетая за живое хозяйскими словами, с южной горячностью возмутилась:

– Почему это дерьмо?! Бутылка хорошего вина тысячу рублей стоит!

– А ты прям за тысячу это вино покупаешь, хочешь сказать?

В спор вмешался хранивший молчание Мухин:

– Вик, тебе сколько нужно, чтобы запьянеть?

– Говорю сразу – спаивать бесполезно. В прошлой жизни партизаном была.

– Симпатичный партизан из тебя бы получился, – ввернул Иван своеобразный комплимент и распластался на столе, напоминая застывшего богомола.

Вадим обратил свой проницательный взор на него:

– Вань, ты ведь водку со мной будешь?

– Конечно! Правда, машину придется здесь оставить.

– Ну и черт с ней! Ничего с твоей табуреткой не случится!

Почувствовав искушение праздником, все зашумели и оживились, с нетерпением ожидая появления водителя.

Вика ни разу не участвовала в увеселительных мероприятиях с Мухиным или Вадимом. Интересно посмотреть на них – веселых, расслабленных, без привычных масок руководителей. Они же такие же живые люди, как и она. Наверняка, не без удовольствия погуляют, повеселятся. Кто не любит почувствовать, как бурлит разгоряченная кровь? Уж Вадим – точно. У того прям на лбу написано. Адреналин из него так и брызжет. Она и сама никогда в жизни не отказывалась от гулянок; ей нравилось наряжаться, крутиться перед зеркалом, выглядеть так, чтобы все падали и в штабеля сами собой укладывались. На танцах всегда отплясывала до дыр в туфлях.

Стас вернулся и так быстро, что Вика с Ириной едва успели накрыть стол, на скорую руку намыть рюмки всех размеров и цветов, найденные в пыльном секретарском шкафу.

Долго упрашивать присесть к столу никого не пришлось. И Ворон сразу же перешел к делу:

– Ну что, граждане алкоголики! Предлагаю выпить. Кто за день строителя пить не будет, тому за шиворот вылью!

Буквально за четверть часа напоил всех сотрудников, развлекая при этом шутками – прибаутками. Громкий хохот, слышимый даже на улице, раздавался то и дело. В центре внимания, как в луче прожектора, был только Вадим. Колесникова внимательно наблюдала за ним, улыбаясь. В ее изящной головке усиленно крутились мозговые шарики, схватывающие на лету новую информацию и помещая ее на нужную полку. Образы каждого становились все полнее. Но самым захватывающим и достойным ее внимания оставался Вадим. Тот и не собирался выпускать цветущую пальму первенства из рук. Очевидно, хозяину нравилось быть в центре внимания, слушать себя самого, наслаждаться безоговорочной властью над толпой. Разглагольствуя, словно прирожденный оратор, он успевал подмечать пустые рюмки, выражение интереса или скуки в глазах, хотя последнее при нем казалось невозможным.

Веселые, артистично выплескиваемые рассказы про студенческие годы, чудачества и розыгрыши, новые интересные места, где он был, что видел и испытал. Нет, не какие-то глубокие мысли и чувства, имеющие отношение к чему-то высокому, философскому, несущие истину. Просто желание повеселить шутливыми байками и забавными проделками благодарную публику. Да и повод и место вполне соответствуют. И Вадим старался как мог, высыпая на слушателей анекдоты, как из рога изобилия, сказки про свои приключения и наслаждаясь процессом от души.

Неожиданно Вика обратила внимание на то, как Мухин заворожено смотрит на своего «императора». Словно ребенок, приоткрыв рот, слушает очередную байку о том, как тот на экзамены пришел с загипсованной ногой, лишь бы тройку поставили. В глазах читалось восхищение, уважение, почтительность к своему молодому патрону и еще что-то неуловимое… Только что? Что-то схожее с… «Уж не влюблен ли он в Ворона?» – блеснула догадка. Директора Вика воспринимала как человека ограниченного, проведшего всю жизнь на работе, выслуживаясь и завоевывая себе таким образом звездочки и место под солнцем. Свято верящего в стереотипы и жившего по уставу «можно – нельзя». Видимо, сам Мухин думал так же и «по – белому» завидовал Вадиму, – Вадиму, который позволял себе, не задумываясь, абсолютно все. Вот уж у кого не было стереотипов! Ворон сам создает стереотипы.

Из под груза размышлений она плавно всплыла на поверхность и услышала очередную басню о том, как хозяин с другом рванули куда глаза глядят, только что купив новую машину.

– Доехали мы до юга, приехали на пляж. Решили искупаться. Приехать на море и не поплавать?! Смешно! А над нами в этот момент снаряды полетели! Я присел, голову пригнул, соображаю. Во, б…! Тут же боевые действия! Ну, мы шапку в охапку, погнали обратно, каким-то чудом вырвались и не сворачивая – прямиком к дому погнали…

Мухин слушал историю, открыв рот. Да, честно говоря, Вадима, с огромным интересом слушали все. Он приоткрывал какую-то дверцу, завесу, выходящую из рамок обыденности. Очевидно, его неуемная энергия и активность проявлялась не только в делах, – он жил в свое удовольствие, с интересом, жадно, как губка вбирая в себя все мельчайшие нюансы, крупицы, переливы. Запечатлевая в памяти каждое мгновенье, биенье своего сердца, наслаждаясь.

– Отгадайте загадку: «Чтобы спереди погладить, нужно сзади полизать».

Воцарилась тишина, прерываемая смешками.

– Что молчите? Почтовая марка. А «Кругом волоса, посредине колбаса»?

Все рассмеялись.

– Вообще, хватит в этом сарае торчать! Надоело! Поехали куда-нибудь, посидим!

Ирина торопливо засобиралась домой.

– Может, останешься?

Она отрицательно мотнула головой:

– Я бы с удовольствием, только дома муж голодный. Поздно приеду – съест вместо котлеты по-киевски.

Остальная компания, не копаясь, вслед за Ириной вышла на улицу, пересела в машину к хозяину, который переместился за руль. Интересно, куда направляются?

Ресторан находился на набережной и славился самыми дорогими ценами. По открытым площадкам гордо расхаживали павлины. Вика с Ваней задержались, рассматривая птиц. Директора же прошли вперед, и, заказав выпивку, о чем-то оживленно спорили. На Колесникову павлины не произвели особого впечатления, вызвали лишь снисходительную ухмылку. «Дешевые понты!» Она бы быстрее оценила тонкий вкус и качество, идейность и уют в интерьере, изящную посуду.