Я, Эрл и умирающая девушка - Джесси Эндрюс

Ладно. Теперь мы подходим к той самой части, где моя жизнь начинает разбег к краю утеса. И, что интересно, это даже не маминых рук дело! Это все Мэдисон. Жесть, конечно, что они сыграли примерно одинаковые роли в моей жизни. Я стараюсь особо об этом не думать, иначе у меня всю жизнь будут проблемы с эрекцией.

Шло начало ноября, я стоял в коридоре, увешанном кучей колонистов с индейками, – творения девятиклассников, – как вдруг из ниоткуда на меня выскочила Мэдисон и взяла под локоть. Мы соприкоснулись, пусть даже и в формате «рука – локоть».

Я вдруг испугался, что сейчас рыгну.

– Грег, – пропела Мэдисон, – хочу попросить тебя об одолжении.

Не то что бы меня действительно мучила отрыжка. Но просто перед глазами встала картина, как я рыгаю на Мэдисон. Ужасно живая картина. Может быть, даже с небольшой порцией рвоты.

– Короче, клянусь, я не видела ни кусочка твоих фильмов, – сказал она, немного нетерпеливо, – но Рейчел-то видела, и ей они очень нравятся. И мне тут в голову пришла мысль: тебе надо снять фильм специально для нее.

Я не очень понял, что она имела в виду. Кроме того, чтобы отвлечь свой мозг от Большой Отрыжки, зреющей в пищеводе, я повернулся к индейке. Нарисована она была так себе: почему-то изо всех пор ее кожи, казалось, била кровь – наверное, предполагалось считать это перьями или лучами солнца, или еще чем-нибудь.

– Э-э, – сказал я.

Мэдисон смутило полное отсутствие энтузиазма в моем голосе.

– Я имею в виду… – Она оборвала себя. – Как думаешь, ей понравится?

– Хм.

– Грег, куда ты смотришь?

– Ой, извини, задумался.

– О чем?

Я просто ни о чем не мог думать – словно опять удолбался. Перед глазами даже вновь всплыл тот непонятный гормональный барсук, приходивший ко мне в голову после фо мистера Маккарти. И я «объяснил»:

– Ну, тут просто у меня барсук перед глазами появился, сам не знаю почему.

Думаю, без слов ясно: в то же мгновение, что эти слова слетели с моих губ, мне захотелось нанести себе тяжкое телесное повреждение.

– Барсук? – переспросила Мэдисон. – В смысле зверь?

– Ну да, – забормотал я. И потом добавил: – Ну, знаешь, один из тех мысленных барсуков, которые периодически встают перед глазами.

Хотелось заглотить электрическую розетку под напряжением. Невероятно, но Мэдисон сумела оставить мой бред без внимания и продолжила:

– Короче, я думаю, ты должен снять фильм для Рейчел. Ей до жути нравятся твои фильмы: смотрит их непрерывно и просто счастлива.

Мало мне было «барсука», так вдруг пришло время сморозить вторую глупость. Собственно, наступило время очередной серии ненавидимого всеми шоу «Час Чрезмерной Скромности с Грегом Гейнсом».

– Как они могут кого-то осчастливить?

– Грег, заткнись! Я знаю, ты не умеешь принимать похвалу, но можешь хоть один раз принять ее без разговоров, а? Потому что это правда.