Райское место - Франсуаза Бурден

– Который станет соперником своего отца.

– Наверняка, но не сразу. Знаешь, я восхищаюсь белыми волками – до чего же они красивы!

– И при этом очень привержены своим семьям. Да и не только они! Если бы люди почаще наблюдали за животными…

– Мы всё для этого делаем, разве нет? Стараемся привлекать посетителей, чтобы они приходили чаще, любовались зверями и брали с них пример.

Лоренцо сдержал улыбку, довольный тем, что к Марку вернулось хорошее настроение. Он собрал все необходимое – лекарство для анестезии и антидоты, вручил Марку ружье со шприцом, взял стетоскоп и вызвал по рации смотрителей, которые сообщили, что волчонка удалось изолировать. Он очень жалел об отсутствии Жюли, конечно, не говоря об этом вслух. Она великолепно разбиралась в рентгеновских снимках, и они могли бы обсудить свои выводы. Если перелом окажется сложнее, чем он думал, и наложение шины неизбежно, ему опять-таки понадобится ее помощь. Но согласится ли Марк отпустить ее на работу? Они наверняка из-за этого поссорятся, а Лоренцо не хотел стать причиной их разногласий. Признания Жюли сбили его с толку, он не знал, что и думать. Услышав, что она собирается бросить Марка, он вздрогнул. Значит, она будет уже не так недоступна, как раньше? Да, конечно, но только не для него – он, конечно, останется для нее другом и коллегой, не более того! Вдобавок он связан отношениями с Сесиль, и о том, чтобы такой недостойной ценой завоевать Жюли, нечего и думать. Значит, ему остается только смириться.

* * *

Присев на краешек стола, Жюли болтала с Адриеном, директором ресторана. На то, чтобы все привести в порядок, оставалось три дня: ресторан должен был открыться одновременно с парком.

– В принципе, мы уже готовы к приему посетителей. Я подчеркиваю: в принципе, потому что в последний момент всегда всплывают какие-то недоделки!

Он нагнулся, рассматривая одну из полок холодильника, и продолжал:

– Я составил меню и показал его Лоренцо, он все одобрил.

– А разве он и это контролирует? – спросила Жюли.

– Ну, ты же его знаешь, – он надзирает абсолютно за всем! Причем с любезной улыбочкой, но под ней таится железный характер, и если что ему не по нраву – берегись! Этот парк – его детище, он его бережет как зеницу ока…

– Не забывай, что он вложил в него всю душу.

– И все свои деньги, даже те, которых у него не было. Но ты не беспокойся, я на его стороне. И чем больше парк Дельмонте будет известен и успешен, тем больше я буду доволен. Конечно, я на этом не разбогатею, потому что расценки у нас весьма скромные, но мне очень приятно участвовать в таком благородном начинании.

– Ты, по-моему, что-то изменил в интерьере – или я ошибаюсь?

– Ага, ты заметила! Верно, – я велел расширить внутренние окна, чтобы клиенты видели кухню. Так они смогут рассмотреть, что у нас там полный порядок, а заодно и развлекутся, пока ждут своей очереди.

Жюли кивнула, разглядывая плакаты, висевшие над прилавком. На них сообщалось, что большинство продуктов для приготовления поступает от местных производителей, здесь же указывались их фамилии и адреса. Судя по всему, Адриен сделал ставку на «прозрачность» своей кухни.

– Гляди-ка! – внезапно воскликнул он. – А вот и куколка нашего босса!

Сесиль еще с улицы дружески помахала им, прежде чем войти в ресторан. На ней были меховая куртка с поднятым воротником и джинсы, заправленные в высокие сапоги; длинные белокурые волосы она связала в «лошадиный хвост».

– Ну и холодина же сегодня с утра! Здравствуй, Адриен, здравствуй, Жюли! Кто-нибудь из вас знает, где Лоренцо? У него выключен телефон.

Сесиль улыбалась так приветливо, что не признать ее красавицей было трудно. Лоренцо, наверное, сильно привязался к ней, а может, уже строил и более серьезные планы на будущее. При этой мысли у Жюли защемило сердце. Ей почему-то не хотелось представлять Лоренцо мужем, отцом…

– Он, наверное, в клинике, возится с больным волчонком, – сказала она наконец.

– Ну, тогда я не стану его беспокоить. А как у вас тут – все готово?

Она говорила с Адриеном хозяйским тоном, и Жюли почувствовала раздражение.

– Работаем потихоньку, – ответил он. – Зимой люди не приносят с собой еду, чтобы закусить на свежем воздухе, они предпочитают горячие блюда. Кроме того, им приятно посидеть в теплом месте перед тем, как продолжить осмотр зоопарка, так что мы продаем невероятное количество кофе! Соответственно, я сделал большое количество заказов, и все было доставлено заранее, кроме свежих продуктов – их будут подвозить ежедневно.

– Кстати, насчет кофе: вам нетрудно сварить мне чашечку?

Адриен удивленно посмотрел на нее и показал на один из кофейных автоматов, выстроившихся в ряд вдоль стены.

– Первые два уже включены, можете пользоваться. Суньте монетку в щель и выберите какой угодно – крепкий, некрепкий, с сахаром или без…

Сесиль поняла свой промах и поспешила предложить:

– А кто еще хочет кофе? Я угощаю! Жюли? Адриен?

Она порылась в сумке и вытащила горсть монет.

– Заодно я бы принесла кофе и Лоренцо, – добавила она.

– Если он в клинике, то там тоже стоит кофе-автомат, – заметила Жюли.

Женщины смерили друг дружку оценивающим взглядом. Знала ли Сесиль, что Жюли была не просто одним из ветеринаров зоопарка, что она играла важную роль в прошлом Лоренцо? И что их по-прежнему связывала неумирающая нежность?

– Ну просто прелесть! – произнесла Сесиль, указав на большой прейскурант, висевший над прилавком, с указаниями цен на отдельные блюда или комплексные обеды. – Сразу видно, что мы не в «Кольвере»… Вы, наверно, слышали о ресторане Анук, сестры Лоренцо? Мы с ним дивно поужинали там!

Она искоса наблюдала за Жюли, очень довольная тем, что может похвастаться перед ней своей близостью с Лоренцо. Но поскольку та не отреагировала, ее улыбка стала еще шире.

– Ну-ка, попробуем, что это за кофе!

Сесиль изо всех сил старалась держаться непринужденно и любезно, однако Жюли не испытывала к ней ни малейшей симпатии. Ей было неприятно думать, что Лоренцо влюблен в эту молодую женщину, а ведь она много раз утверждала, что желает ему счастья. Неужели обманывала себя?

Сделав над собой усилие, Жюли встала и подошла к Сесиль, чтобы взять из ее рук стаканчик кофе.

– Анук просто создана для кулинарии, – сказала она. – Еще подростком она лелеяла мечту стать шеф-поваром.

– Вы так хорошо ее знаете?

– Да, я знаю всю семью Лоренцо, – ответила Жюли, в надежде, что отыграла у Сесиль одно очко. Какая глупость, и зачем ей понадобилось мериться силами с этой женщиной?!

– Что ж, для кофе из автомата очень даже неплохо! – сказала та Адриену.

Жюли больше не хотелось говорить о Лоренцо, или, вернее, она не желала, чтобы о нем говорила Сесиль.