Клоун Леша - Маша Трауб

Свинку-мальчика назвали Флажок, потому что он трехцветный, как флаг Германии. Хотя в зоомагазине его звали Би-Лайн. Свинке-девочке дали имя то ли Кошмарик, то ли Ужастик.

– Что ж она такая страшненькая? – спросила бабушка у продавщицы.

– Ничего. Подрастет и выправится, – ответила продавщица, – девочки, они такие.

Но эта свинка как была страшненькой, так и осталась. Годы, а точнее месяцы, ее не украсили. Девочка много ела и наела себе попу. Впрочем, она обладала добрым покладистым нравом. Ну опрокинули кормушку ей на голову, с кем не бывает…

Вася все ждал, что девочка наконец сделает то, что должна, – родит свиняток. Он уже ее и уговаривал, и выяснял у бабушки, как поспособствовать процессу, и брал свинок в две руки и тыкал их носами, чтобы целовались…

Как-то к бабушке зашел сосед поздороваться.

– Здрасьте, дядь Юр, – сказал Вася.

– Здравствуй. Кто это у тебя? – спросил дядя Юра.

– Морские свинки.

– А у меня в детстве хомячки были.

– А они приносили потомство? – поинтересовался Вася.

– Нет, – грустно ответил дядя Юра.

Юре было лет двенадцать, и его живо интересовал процесс опыления, оплодотворения и всего прочего. На лето ему дали хомячка из школьного живого уголка. Мальчика. Юра пошел в зоомагазин и, разбив копилку, купил хомячку подружку, чтобы тот не скучал. Целый месяц Юра мучил питомцев – сажал их друг на друга и так и эдак, но ничего не получалось. То есть они совершали все необходимые действия, на радость Юре, но потомства не производили. Юра изучил повадки хомячков: один – магазинный – был спокойный, даже флегматичный, домовитый и запасливый. А другой – школьный – разбрасывал корм, какал где ни попадя, повизгивал и скандалил. Иногда он забирался на верх клетки, цеплялся лапками и, дождавшись момента, плюхался на голову своей соседке. Соседка отряхивалась и кряхтела, чтобы в клетке навели порядок.

Однажды к Юре пришла одноклассница и сказала, что он – дурак. Хомячки – мальчики. Юра начал доказывать, что одна из них точно девочка. Они же и живут как семья… Одноклассница хмыкнула и сказала, что Юра – точно дурак. Ничего в жизни не понимает. Мужчины тоже иногда вместе живут.

Хомячки жили еще долго и счастливо и умерли в один день. Юра вынес их на солнышко погреться и не уследил. Солнечный удар у одного, разрыв сердца у второго.

Юру с тех пор мало что могло удивить. Он верил в любовь с первого взгляда, в присказку «стерпится – слюбится» и опасался прямых солнечных лучей.

Васины морские свинки ели, росли, переехали в новую – большую – клетку, но потомства не производили. Мальчик сидел, мрачно глядя на клетку, когда к нему в гости пришел друг Сашка с соседнего участка. Сашка был мрачен.

– Ты чего тут делаешь? – спросил Сашка, садясь на траву рядом с Васей.

– Думаю, почему свинка свиняток не хочет рожать, – ответил Вася, – а ты чего?

– У меня сестренка плачет. Надоела уже, – пожаловался друг.

Сашка рассказал, что сестру только что привезли из больницы. Свеженоворожденную. Вот она и плачет все время и мешает Сашке жить.

– А как она родилась? – заинтересовался Вася.

– Папа уехал в командировку, потом вернулся, а потом она родилась.

– А надолго уехал? – уточнил Вася.

– Не помню. Лучше б не уезжал, тогда бы и ее не было, – мрачно заявил Сашка.

Вася обрадовался. Он решил отправить Флажка в командировку.

Флажок к тому времени отрастил такой живот, что застревал в дверце клетки. Вася кое-как вытащил его и посадил в таз. Девочка-свинка, вместо того чтобы волноваться и искать пропавшего супруга, принялась есть, а потом завалилась спать. Вечером Вася запихнул командированного назад, в клетку. А утром побежал проверять наличие свиняток. Увы.

– Бабушка, давай кого-нибудь заведем, – попросил Вася.

– А кого ты хочешь? – уточнила бабушка.

– Того, кто потомство дает.

– Я даже не знаю…

– Я знаю. Птичек. Попугаев. Я их говорить научу и попрошу птенцов родить.

В выходные бабушка с внуком поехали покупать птичек. Вася потребовал троих: одного самца и двух самочек. Чтобы наверняка птенчики получились. Для попугаев купили клетку, корм и попугайские игрушки.

Несколько дней Вася был занят делом – учил птиц говорить. Птицы возмущенно чирикали. В гости пришел невыспавшийся, угрюмый Сашка.

– Чё делаешь? – спросил он.

– Учу их говорить.

– А чё свинки?

– Ничего. С командировкой не получилось.

– Бывает, – заметил Сашка.

Они стояли и смотрели на попугаев.

– Скажи: «Привет», скажи: «Вася», скажи: «Кеша», скажи: «Сашка», – повторял Василий.

– Ты не так их учишь, – сказал Сашка.

– А как надо?

– Не знаю точно. Но моя мама берет сестру на руки и сюсюкает.

– Надо их вытащить из клетки, – решил Вася. – А кого учить будем: мальчика или девочек?

– Не знаю. Мама говорит, что девочки быстрее говорить начинают, – заметил Сашка.

– Тогда девочку, – решил Вася.

Он поймал попугаиху и сжал в кулаке.

– Скажи: «Вася», скажи: «Сашка», – поднеся несчастную птицу ко рту, громко повторял Василий.

– По-моему, она немая, – задумчиво проговорил Сашка.

– Это как?

– Не умеет говорить. Или маленькая. Как моя сестра. Твоя птица только чирикает, а моя сестра только орет, – тяжело вздохнул Сашка.

Вася стал запихивать птицу назад в клетку.

– Не влезает, – бормотал он.

– А ты ее за лапы возьми, – посоветовал Сашка, – моя мама, когда сестру одевает, за ноги берет.

Вася зажал лапки бедной попугаихи и запихнул в клетку. Мальчишки побежали играть.

На следующий день, когда Сашка пришел в гости, Вася опять стоял перед клеткой.

– Заговорили? – спросил Сашка.

– Не-а, – ответил Вася. – Смотри, что у нее с лапой.

Попугаиха никак не могла усесться на жердочку.

– Сломала, – констатировал Сашка.

– А что делать?

– Когда я руку сломал, мне гипс делали.

– А попугаям гипс делают?

– Не знаю.

– А из чего тебе делали?

– Не помню, он твердый был. Я им дрался. Стукнешь кого-нибудь по башке – шишка будет.

– А если пластырь наклеить?

– Нет, пластырь мягкий.

Вася сбегал на кухню, открыл шкаф, где у бабушки лежали лекарства, и выгреб все на стол.