Клоун Леша - Маша Трауб

– Вы что тут делаете? – зашла на кухню бабушка.

– Мы хотим попугаихе гипс сделать, – объяснил Вася.

– А ну-ка марш отсюда! Выдумали тоже! – рассердилась бабушка. – Оставьте птицу в покое. Идите вон свинок морских покормите.

А через несколько дней попугаиха умерла. О том, что она умерла, догадался Сашка. Он пришел к другу очень рано – сестра плакала, и мальчик сначала слонялся по дому, мешая маме, а потом ушел к соседям. Но не будил их, а стоял в коридоре и смотрел на клетку. Вася вышел в пижаме.

– Привет, – сказал Сашка.

– Привет.

– У тебя попугаиха умерла. Надо было гипс делать.

– Надо бабушку позвать.

– Зачем? Она скажет, что попугаиха уснула, а потом, когда мы не будем видеть, выбросит. И скажет, что улетела.

– Откуда ты знаешь?

– Взрослые всегда так делают. Не хотят детей расстраивать. Давай ее лучше похороним как положено.

– А как положено? – испуганно спросил Вася.

– Ну, у тебя есть коробка ненужная?

– Не знаю.

– Значит, нужна коробка, и яму нужно вырыть.

– А ты откуда знаешь, что делать? – с уважением спросил Вася.

– Знаю. У меня дед умер, мы на похороны ездили. Ничего сложного. Главное, яму вырыть, чтобы коробка поместилась.

– Из-под роботов подойдет? – спросил Вася, вытаскивая коробку.

– Подойдет, – кивнул Сашка.

Яму они решили вырыть рядом с забором. Сашка говорил, что лучше на клумбе с цветами – его деда цветами на кладбище завалили, но Вася не рискнул разорять бабушкин цветник. Яму рыл Василий на правах хозяина.

– Хватит? – спрашивал он друга.

– Еще, глубже, – отвечал Сашка, который сидел рядом, наблюдал за работой и жевал травинку.

– Хватит? – спрашивал Вася.

– Рой, рой, – руководил Сашка.

– Все, сам рой, – бросил лопату Вася. – Я устал.

Сашка дорыл яму и торжественно положил туда коробку из-под робота, в которую они запихнули попугаиху.

– А дальше что? – спросил Вася.

– Надо зарыть.

Зарывать было легче, чем рыть яму. Они быстро набросали земли и сели рядом.

– Все? – с надеждой спросил Василий.

– Нет, надо постоять и цветы положить. И это, фотография попугаихи у тебя есть?

– Зачем фотография? – не понял Вася.

– Нужна, – со знанием дела ответил Сашка.

– Нет. А так нельзя?

– Не положено.

– И что? Отрывать теперь? Я не буду.

Сашка почесал коленку и предложил:

– Давай другую попугаиху сфотографируем. Они все равно похожи.

– Давай! – обрадовался Вася и побежал за мобильным телефоном.

Они с Сашкой побежали фотографировать попугаиху. Но попугай все время лез в кадр и мешал.

– Что вы тут делаете? – вышла из комнаты бабушка.

– Фотографируем, – дружно ответили мальчики.

– Ну-ну.

– Отойди немножко, – просил попугая Вася, – мешаешь.

Но все равно на фотографии получались оба попугая.

– Ладно, и так сойдет, – махнул рукой Сашка.

– И что теперь? – спросил Вася.

– Теперь надо фотографию распечатать и прибить к деревяшке. И на могилу поставить.

– Как я ее распечатаю?

– Не знаю.

– Да ну ее! Пойдем на великах кататься, – предложил Вася.

– Пойдем, – согласился Сашка, – но по дороге цветок положим.

– Ладно.

Они положили на холмик цветок и укатили на велосипедах.

– А где попугаиха? – спросила в обед у Васи бабушка.

Василий подробно рассказал, как прошли похороны.

– Так это вы мою любимую розу обломали? – ахнула бабушка.

– Сашка сказал, что нужен самый дорогой цветок. Иначе будет неудобно перед родственниками, – объяснил Вася.

– Перед чьими родственниками? – схватилась за сердце бабушка.

– Не знаю, – весело ответил Василий, уминая куриную ногу.

Когда сдохли морские свинки – а они сдохли в один день совершенно без всяких причин, – бабушка решила обойтись без церемонии погребения. Они с внуком и дедушкой были на рынке, где купили, помимо фруктов-овощей, новый автомат. Василий, не забегая домой, умотал к другу – демонстрировать возможности оружия. Бабушка шла мимо клетки и сначала даже не заметила, что свинки уже того, откинулись.

Вася заметил исчезновение свинок дня через два.

– А где Флажок с Кошмариком? – удивился Василий.

– Пионеры забрали, – спокойно ответила бабушка.

– Какие пионеры? – не понял мальчик.

– Из лагеря. Попросили в живой уголок, ты же все равно уедешь, – не дрогнув бровью, сказала бабушка.

Вася задумался. Мыслительный процесс был на лице. Вася искал подвох, но все было чисто. Пионерский лагерь через дорогу. По утрам Василий вставал под горн и гимн, раздававшийся из динамиков. Пионеры тоже не выдумка – они с Сашкой бегали на футбольное поле смотреть матчи между отрядами. Опять же про живой уголок рассказывал дядя Юра. Пришел в гости Сашка. Вася рассказал ему о событии. Сашка, внук кагэбэшника, задумался. Думал долго.

– Надо опросить, – заявил он.

– Кого? – не понял Вася.

– Пионеров, – решительно заявил Сашка.

– Кого? – опять не понял Вася.

– Да детей, – раздраженно ответил Сашка.

– А что значит «опросить»? – спросил Вася.

– Спросить, правда ли они забрали свинок.

– Я не пойду.

– Пошли вместе.

Бабушка, которая слышала этот диалог, занервничала. Внук кагэбэшника пошел в дедушку и внешностью, и дотошностью. Это все отмечали. Сашка посмотрел на бабушку. Бабушка посмотрела на Сашку.

– Идите, спрашивайте. – Бабушка пристально и спокойно посмотрела Сашке в глаза. Она брала его на понт. В этом Васиной бабушке – знатной картежнице – не было равных.

Сашка замялся.

– Ну… – сказал он, – такое возможно.

Бабушка кивнула. Нет, до деда ему далеко. Тот так быстро не покупался. Бабушка вспомнила Сашкиного деда. Мужик был – что надо. Бабушка и не знала, что дед Сашки умер. Если бы не попугаиха – и не узнала бы. Никто не сказал.

Бабушка шмякнула перед мальчишками тарелку с пышками и села пить кофе. Мальчишки уплетали пышки, а бабушка вспоминала. Они не разговаривали с Сашкиным дедом последние два года – после того, как бабушка обыграла его в шахматы. Играли на коньяк. Три месяца. Бабушка выиграла. Сашкин дед принес бутылку армянского коньяка из старых запасов и после этого слег в больницу. А еще через месяц умер. Бабушка долго себя корила, и коньяк пился тяжело – надо было поддаться или протянуть партию. Но нет. Выиграла и лишилась лучшего партнера в своей жизни. Бабушка учила играть в шахматы внука и Сашку. Но мальчишкам было неинтересно.