Актер. Часть 3, 4 - Юлия Кова

     Слегка психанув, Домбровский отодвинул от стола приставленное к нему кресло, сел, достал телефон и набрал Одинцову. Гудки и абсолютно нестандартное для Олега: «Абонент выключен или находится вне зоны доступа».

     «Черт-те что». Подумав секунду, Домбровский позвонил на домашний Олега. Снова гудки: один, другой, третий. Максим Валентинович нетерпеливо забарабанил пальцами по столу. На шестом гудке трубку сняла запыхавшаяся Ольга.

 — Да? — голос девушки звучал нервно.

     «Не пойму. Олег, что, заболел?»

 — Оль, доброе утро, это Максим Валентинович. А ты не подскажешь, Олег?.. — он не успел договорить.

 — Его дома нет. Простите, что перебиваю, но он еще в шесть на работу уехал, — торопливо отозвалась Одинцова-младшая и тут же, отставив трубку в сторону, крикнула: — Сейчас, Марья Михайловна!.. У нас с папой плохо, — вернув телефон к уху, явно дергаясь, пояснила она. — Олег ушел, а у папы истерика началась. Только сначала он просто плакал, и мы его вроде бы успокоили, а сейчас — опять. Только теперь все намного хуже.

 — Оля, — теперь Домбровский прервал ее, — а вы «скорую» вызвали?

 — Нет, но сейчас позвоню. Просто я растерялась. Папа и раньше плакал, а тут... Ой да, насчет Олега, — спохватилась Ольга. — Вы не волнуйтесь, но, по-моему, он по дороге собирался заехать в аптеку. Она круглосуточная, она на «Калужской». У папы лекарство кончается. Может, поэтому Олег задержался? — предположила она.

     «И при этом он вышел из дома, как ты говоришь, в шесть утра... Ну да, задержаться он мог. Но тогда он предупредил бы меня».

 — Максим Валентинович, а можно, я пойду, а? Вы простите, но папа...

 — Оль, одну секунду. Можешь посмотреть для меня, машина Олега у вас во дворе или ее там нет? Только сначала «скорую» папе вызови. И лучше не городскую, а нашу, ведомственную из МВД. Они быстрее приедут. У тебя есть их телефон?

 — Есть.

 — А потом набери мне насчет машины.

 — Да, конечно. — Оля бросила трубку.

     Домбровский, вертя мобильный в руках, прошелся по комнате, на автомате рассматривая шкафы и стоявшие за стеклянными дверцами папки. Затем взглянул на часы. 08:45. И Одинцов должен был или уже объявиться, или же... Вот это-то «или» и не давало покоя. Внезапно резко зазвонил телефон. Домбровский посмотрел на определитель («домашний Олега») и прижал трубку к уху:

 — Да, Оль.

 — Максим Валентинович, вашу ведомственную я папе вызвала. А насчет «Ауди» ... Я во двор выбегала. Машина стоит. То есть Олежка, по всей видимости, на метро уехал.

     «Может, и так. Но уехать на метро он мог только в том случае, если не взял с собой «вальтер». По метро с пистолетом твой брат не стал бы расхаживать. Но не попросишь же тебя открывать сейф в его комнате, чтобы проверить, на месте ли табельное?»

 — Я понял. Оля, а ты «Ауди» брата не открывала? Ты ничего там не трогала?

 — У меня же ключей от машины нет, — не поняла девушка. И вдруг почти испуганно, чуть ли не шепотом (боялась, что услышит отец): — А почему вы об этом спросили? С Олегом что-то случилось, да?

     «Не знаю. Но боюсь, что могло».

 — Нет. Понимаешь, в машине Олега могли находиться кое-какие финансовые документы. А я не хотел бы, чтобы их видели и уж тем более трогали, — обыденно пояснил Домбровский.

     Но он солгал. Никаких таких документов Олег в машине, разумеется, не держал.

 — А, поняла. — Казалось, что Оля буквально выдохнула. — Нет, я ничего не трогала. Я даже к машине очень близко не походила. Выбежала во двор, дошла до нее и убедилась, что это наш номер. Ну, в смысле, что это наш регистрационный знак. Ну, вы понимаете...

 — Я понимаю. Еще раз извини, что я тебя потревожил. Иди к папе и ждите «скорую». И если будет что-то нужно, то мне набери.

 — Хорошо. Спасибо, Максим Валентинович!

 — Не за что. До свидания.

     Домбровский опустил мобильный в карман и снова, в который раз посмотрел на часы. 09:01. Затем он перевел взгляд на компьютер Олега. Вчера, уходя с работы, Одинцов запустил на нем на проверку программу, которая должна была помочь систематизировать конфиденциальные операции, проводимые их НЦБ.

     Жесткий диск, цифровая крепость ПК, защищенная линией файерволов. И — удаленный доступ. И если знать логин и пароль, то дальше — вход в базу данных или в систему 24/7. А там находилась информация, которую многие люди защитили ценой собственной жизни. Домбровский, помедлив, наклонился к компьютеру и сделал то, что был должен. Он выключил ПК, отрубил его от Сети и электричества, устраняя любую возможность войти в компьютер Олега при помощи удалённого доступа.

     Дальнейшие события развивались быстрее. Заперев дверь кабинета Олега, Домбровский вернулся к себе и вызвал по «интеркому» начальника отдела группы внутренних расследований их НЦБ:

 — Виктор, прямо сейчас ко мне зайди.

 — Есть.

      После этого время защелкало на секунды. Как только на пороге кабинета появился мужчина (неулыбчивый, неприметный, чуть выше среднего роста и в простом цивильном костюме), Домбровский (тот к тому моменту успел просмотреть сводки происшествий по городу и убедиться, что ни фамилии, ни описания внешности Одинцова в них не фигурировало) указал ему подбородком на стул: «Занимай место напротив» и рассказал о том, что выяснил через Олю. При этом Домбровский убедительно попросил информацию об исчезновении Одинцова пока что не разглашать, но за ближайший час сделать следующее.

     Во-первых, съездить к дому Олега и любым аккуратнейшим образом убедиться в том, что Олег покинул подъезд на своих ногах. То есть что Одинцова не вели под руки, за руки и выхода под принуждением не было.

 — Он всегда без охраны ходил? — с непроницаемым видом осведомился «следак».

 — Да.

 — Почему?

 — Потому что он для всех всего лишь мой референт. Никто, даже вы, не знали о том, чем он занимался на самом деле. Даже его семья считает, что он у меня в МВД какие-то финансовые бумажки перебирает. Ну и плюс иногда имеет доступ к оперативной работы. Такой была легенда. 

 — Ясно. Дальше?

 — Дальше, сам пройди от подъезда и до стоянки, где Олег держит свой «Ауди». Нужно проверить, есть ли рядом с машиной следы потасовки или борьбы.

 — Машину вскрывать? — поинтересовался следователь.

 — Нет, если нет следов. Олег не пользовался видеорегистратором и прочими новомодными штуками. Он не должен был и не хотел лишний раз привлекать к себе внимание. Так что никаких записей ты там не найдешь.

 — Я понял. Что еще? — черканув что-то в блокноте, Виктор вернул в стаканчик взятый оттуда карандаш.

 — Еще выбери в своем отделе подходящего человека. И пусть он за час просмотрит записи с камер наблюдения, которые есть в вестибюлях ближайших к дому Олега станций метро. Просто если Одинцов оставил дома свой «вальтер» ... — (о том, что Олег взял его с собой, Домбровский не знал) — ... то Олег мог спокойно рвануть на метро до аптеки, а оттуда и до работы. И последняя вещь. — Домбровский помолчал. — Выдели в своей службе двоих силовиков и размести их у квартиры Олега. Разумеется, незаметно для посторонних и уж тем более для соседей.