Суматоха в Белом доме - Кристофер Тейлор Бакли

Всю ночь ловили президентского хомяка, а утром нас чуть не казнили на электрическом стуле. Вымотался.

Из дневника. 5 января 1992 года

– У меня неприятное предчувствие, – сказал я, когда мы с Фили поднимались на лифте, построенном специально для Рузвельта, в личные комнаты президента.

– Да успокойтесь вы, – прошипел Фили.

Дверь открылась. Хлопушка, уже в пижаме, бросился со всех ног к нам. Я этого не ждал и получил удар в пах. К тому же, с меня слетели очки.

Вдевая в ухо сережку, появилась первая леди в вечернем платье.

– Майк, а вы что тут делаете?

Фили ухмыльнулся и сказал, что у нас с ним есть кое-какие дела, вот он и решил не терять времени даром. Уложим Хлопушку и решим все проблемы.

Пришел президент. На нем был черный галстук.

– Что это, две няньки? – И он повернулся к миссис Такер. – Надеюсь, они не запросили двойную плату?

Все трогательно, по-семейному заулыбались, а я возненавидел себя еще сильнее.

Несколько минут мы обменивались добродушными шутками, потом Хлопушка завязал отцу глаза и заставил идти по воображаемой доске – это был ритуал. Явился Род Холлоуэй.

– Все готово, сэр.

Первая леди попросила меня проследить, чтобы Хлопушка в восемь часов был в постели. Едва президент с женой удалились, Фили взялся за дело.

– Давай поиграем, – предложил он Хлопушке. – Будем искать сокровища.

Но Хлопушка хотел играть в солдатики. Выдав нам по ружью, он следующие полчаса беспрерывно стрелял в нас. Целью был захват бункера под кроватью Линкольна.

– Здорово! – проговорил, задыхаясь, Фили. – А теперь давай играть в охотников за сокровищами.

Не тут-то было. Еще четверть часа мы играли в прятки, и я прятался за каминным экраном в Королевской спальне.

– Отлично, приятель, – вновь заговорил Фили. – А теперь, Хлопушка, я хочу искать сокровища.

– Дурацкая игра.

– Хочешь телевизор? – спросил Фили.

Хлопушка заинтересовался.

– Какой?

– Маленький, цветной, на батарейках. Будешь прятать его под одеялом и смотреть вечерние передачи.

– «Сони»?

– Ну, ты даешь! Знаешь, сколько он стоит?

– Двести шестьдесят пять долларов, – не задумываясь, отчеканил Хлопушка.

Фили закурил.

– Тебе не надо курить, – сказал Хлопушка. – Майор Арнольд говорит, это вредно для здоровья.

– Ага, хороший парень наш майор. Так хочешь телевизор?

– Что надо делать?

Семилетний мальчишка был очень смышленым и не очень доверял Фили.

– Найти сокровище, вот и все. – Фили неожиданно заговорил деловым тоном. – Ты приносишь его нам, а потом кладешь на место.

Хлопушка ненадолго задумался.

– Если это сокровище, то зачем класть его обратно?

– Мы же играем. Но телевизор останется у тебя.

– Сначала покажи телевизор.

– Нет. Ты должен выиграть телевизор. Понятно?

– Да-да-да. – Хлопушка покачал головой. – Папа говорит, здесь никому нельзя доверять.

Фили рассмеялся, услыхав малоприятное замечание малыша. Потом мы переглянулись, и Фили сказал Хлопушке:

– К нам это не относится. Он говорит о других, которые похожи на мистера Ллеланда.

Но Хлопушка был непоколебим.

– Ладно, – сдался Фили. – Погляди на приз, но получишь его, только если выиграешь.

Хлопушка согласился. Фили взял сумку, набитую бумагами, с которыми мы якобы должны были работать, и достал из нее миниатюрный телевизор. Если вам кажется, что это слишком дорогая взятка, то вспомните, что семилетний малыш жил в Белом доме и каждый уик-энд катался на вертолете.

У Хлопушки округлились глаза. Он нажал на кнопку. Ничего не произошло. Малыш помрачнел.

– Нет батареек, – сказал он.

– Черт побери, – возмутился Фили. – А еще клялись и божились, что батарейки на месте.

– Давайте выпьем молока с печеньем, – вмешался я и оттащил Фили в сторону, пока Хлопушка исследовал телевизор. – Следите за своим языком. Мало того, что мы совершаем дурной поступок, так вы еще подаете ему пример сквернословия.

– Ну да, да. Эти ослиные задницы в магазине сказали, что батарейки внутри. Черт бы их побрал…

Мы вернулись в желтую овальную комнату. Хлопушка подключил телевизор к электрической розетке и во все глаза смотрел на экран. Как завороженный…

Фили ухмыльнулся, довольный результатом.

– Попался.

И тут возникла другая проблема. Хлопушка включил телевизор, а там шел фильм «Возвращение домой», и малыш ни в какую не желал отрываться от него.

– Хлопушка, – сказал ему Фили, опускаясь на корточки, – пора искать сокровище.

– Потом.

Во время рекламной паузы мы удвоили усилия.

– Как насчет большой порции сливочного мороженого с орехами и сиропом?

– И с фруктами?

– Отлично! – воскликнул Фили. – Как только закончим играть, будем есть мороженое! Классно!

– Сначала ты принесешь мороженое, а пока будешь ходить за ним, мы с дядей Гербом посмотрим телевизор.

Фили плохо знал детей.

– Послушай, может быть, хватит?

После рекламы малыш опять впал в транс, и Фили стал искать программу передач. Я нашел его в соседней комнате, повторяющего: «Черт побери, черт побери…»

– Что такое?

– Фильм закончится в десять.

Я позвонил в службу безопасности, и мне сказали, что президент вернется в десять сорок пять. У нас оставалось сорок пять минут на добывание речи. Секретарша Фили ждала в кабинете, чтобы внести в текст исправления.

Еще три рекламные паузы Фили безуспешно уговаривал Хлопушку по-быстрому отыскать сокровище, не откладывая это на потом.

– Послушай, – сказал Фили, все больше смахивая на ведущего переговоры представителя объединения рабочих автомобильной промышленности, – ты должен быть в постели в половине восьмого, а сейчас уже пятнадцать минут девятого. Как хочешь, или марш в постель, или играй с нами.