Странное путешествие мистера Долдри - Марк Леви

Долдри сел у стойки, но невольно следил глазами за Джаном, который ходил взад-вперед по холлу. Тогда он встал и подошел к нему.

— Я не хотел вам грубить. Чтобы загладить свою вину, на сегодня я вас отпускаю. Я все равно собирался повести мисс Алису обедать, а потом у нас встреча в консульстве. Давайте встретимся завтра в какое-нибудь приличное время, ближе к полудню, и отправимся к вашему парфюмеру.

Попрощавшись с Джаном, Долдри вернулся в бар.

Алиса пришла туда через четверть часа.

— Знаю, — сказал Долдри, не дав ей открыть рта, — я пришел раньше, но моей заслуги в этом нет, у вас не было никаких шансов.

— Я опоздала, потому что искала шляпу.

— Ну и как, нашли? — Долдри хитро прищурился.

— Само собой! Как и положено, лежит в шкафу на полочке.

— Надо же, какая удача! Так как насчет обеда на побережье, не передумали?

— Планы меняются. Я пришла за вами, в холле ждет Джан, он предложил прогуляться на Большой базар. Так мило с его стороны! Я просто в восторге, это же моя мечта. Поторапливайтесь, — сказала Алиса. — Жду вас на улице.

— Я тоже рад, — процедил Долдри сквозь зубы, глядя вслед Алисе. — Если повезет, подвернется какой-нибудь укромный уголок, где я придушу этого гида.

Выйдя из трамвая, они направились к северной стороне мечети Баязидов. Путешественники пересекли площадь и свернули на узкую улочку, по обе стороны которой теснились лавочки букинистов и граверов. Они уже час бродили по улицам Большого базара, а Долдри еще не сказал ни слова. Счастливая Алиса с предельным вниманием слушала рассказы Джана.

— Это самый большой и старый крытый рынок в мире, — с гордостью провозгласил гид. — Слово «базар» происходит из арабского. В старые времена его называли Бедестен, потому что «бедес» по-арабски шерсть, а это именно здесь продавали шерсть.

— А я баран, бредущий за пастухом, — пробурчал Долдри.

— Вы что-то сказали, ваше сиятельство? — обернулся Джан к Долдри.

— Вовсе нет, я почтительно слушал вас, дорогой, — отвечал тот.

— Бывший Бедестен находится в центре Большого базара, но теперь там продают старинное оружие, бронзу и очень исключительный фарфор. Изначально он был целиком построен из дерева. Но он, к несчастью, сгорел в начале восемнадцатого века. Это почти целый город, закрытый от неба большими сводами. Вы увидите их, если поднимете голову, вместо того чтоб надуваться, если кое-кому понятно, что я имею в виду! Вы найдете здесь всего, украшения, меха, ковры, предметы искусства, много, конечно, копий, но некоторые экземпляры очень великолепные для экспертного глаза, который сможет выхватывать их из середины…

— Этого огромного бардака, — снова буркнул Долдри.

— Какая муха вас укусила? — возмутилась Алиса. — Он так интересно рассказывает, а вы вечно всем недовольны.

— Вовсе нет, — отвечал Долдри. — Просто я голоден, вот и все.

— Чтобы изведать все эти улочки, вам понадобится два полных дня, — невозмутимо продолжал Джан. — Чтобы облегчить вам гуляние в несколько часов, знайте, что базар делится на части, которые содержатся в замечательно хорошем порядке, как вы можете убеждаться, и в каждой части свой род товаров. Мы даже можем пойти поесть в превосходное место, потому что только там мы найдем еду, способную угодить его сиятельству.

— Странно он вас называет. И заметьте, вам это подходит — сиятельство. Даже забавно, не находите? — шепнула Алиса на ухо Долдри.

— Нет, не очень, но раз вас обоих это так веселит, не буду портить вам удовольствие и не дам ни единого повода заподозрить, будто эта ирония меня задевает.

— Между вами что-то произошло? Вы как кошка с собакой.

— Ничего подобного! — возразил Долдри тоном ученика, которого поставили в угол.

— Все-таки у вас ужасный характер! Джан так старается нам угодить. Если вы уж так проголодались, пойдемте обедать. Я отказываюсь от прогулки, если это вернет вам хорошее настроение.

Долдри пожал плечами и, ускорив шаг, оставил далеко позади Джана и Алису.

Алиса остановилась у магазина музыкальных инструментов, ее внимание привлекла старая медная труба. Она попросила разрешения посмотреть ее поближе.

— Такая же была у Армстронга, — обрадовался торговец. — Уникальный экземпляр, я не умею на ней играть, но один друг попробовал и очень хотел ее купить. Вещь исключительная.

Джан осмотрел трубу и наклонился к Алисе:

— Это дешевка. Если хотите купить хорошую трубу, могу вам показать одно место. Оставьте эту, и идем.

Долдри с раздражением наблюдал, как послушно Алиса следовала за Джаном и внимательно слушала его советы.

Джан привел ее к другой лавке музыкальных инструментов в соседнем ряду. Он попросил торговца показать его приятельнице самые красивые экземпляры, но не самые дорогие, но Алиса уже приметила одну трубу на витрине.

— Это настоящий «Конн-Селмер»? — спросила она, беря ее в руки.

— Абсолютно подлинный, попробуйте ее, если сомневаетесь.

Алиса осмотрела раструб:

— Серебряная, четырехвентильная! Она, наверное, безумно дорогая?

— На базаре нужно не так торговаться, мисс, — засмеялся торговец. — Могу еще предложить Винсента Баха, это Страдивари среди труб, она единственная в Турции.

Но Алиса смотрела только на «Селмер». Она помнила, как Антон часами простаивал на холоде перед той же моделью в витрине магазина «Баттерси», как автолюбитель, застывший перед «ягуаром»-купе или красивой итальянской машиной. Антон рассказал ей о трубах все: о разнице между помповыми и цилиндрическими, медными и серебряными, о том, как важен состав сплава, как он влияет на звучание инструмента.

— Я могу продать вам ее по разумной цене, — предложил торговец.

Джан что-то произнес по-турецки.

— По очень хорошей цене, — поправился торговец. — Друзья Джана — мои друзья. Я даже подарю вам футляр.

Алиса вручила торговцу деньги и на глазах Долдри, который еще сильнее насупился, удалилась с покупкой.

— Не знал, что вы знаток труб, — сказал он, следуя за Алисой. — Похоже, вы в них разбираетесь.

— Вы не все обо мне знаете, — насмешливо отвечала Алиса, ускоряя шаг.

— Никогда не слышал, чтобы вы играли, а ведь, как известно, наши стены очень тонкие.

— А вы так и не играете на пианино, верно?

— Я вам уже говорил: это соседка снизу. Так что? Вы ходите трубить под железнодорожными мостами, чтобы не докучать соседям?

— Долдри, вы, кажется, голодны? Потому что впереди я вижу, как вы изволите выражаться, какую-то забегаловку, с виду она вполне приличная.

Джан вошел в ресторан первым. Не обращая внимания на других клиентов, ожидавших своей очереди, ему быстро подыскали хороший столик.