Стоя под радугой - Фэнни Флэгг

– Эта девочка – прирожденный игрок. Не удивлюсь, если к концу недели она освоит бридж.

И до первого ноября все шло гладко.

В тот день Дороти выбирала картошку в овощной лавке, когда туда вошла Паулина Татл, учительница английского в старших классах, высокая женщина без подбородка. Заметив Дороти, она направилась к ней и громко спросила:

– Ну, как там Анна Ли? Есть от нее известия?

– Нормально, Паулина. И учится хорошо, и все ей нравится.

– Я так и знала. Всегда говорила, что если кто и достигнет успеха, так это Анна Ли Смит.

– Между прочим, она о вас спрашивала.

– Из всех моих учеников она была самая умная, сплошь пятерки, к тому же красавица.

– Спасибо, мне очень приятно. А как дела у нашей Бетти Рэй?

Паулина внезапно помрачнела.

– Я как раз собиралась вам звонить насчет нее, Дороти. Боюсь, у нас серьезные проблемы.

Дороти встревожилась:

– Что такое?

– С письменными заданиями все хорошо, но с устными – полный кошмар. Руку никогда не поднимет, а если вызываю, то бормочет себе под нос, что не знает ответа. – Паулина взяла картофелину, оглядела. – Но меня-то не обманешь, все она прекрасно знает. Просто не говорит. Очень жаль приносить дурные вести, Дороти, но девочка совершенно не владеет устной речью! – На слове «совершенно» она бросила в пакет большой красный помидор, как бы ставя ударение. – Я несколько раз ее вызвала и перестала – боюсь, в обморок упадет.

– Ох, батюшки, нехорошо как.

– Да, ничего хорошего.

Мисс Татл кинула в тот же пакет луковицу.

– Эта девочка никогда ничего не добьется, если не научится себя подавать, и оценок хороших на экзаменах не получит.

– Мы знали, что она немного застенчивая.

– Экстремально застенчивая, и надо пресечь это сейчас, иначе она вечно будет плестись в хвосте.

Дороти всерьез разволновалась:

– Что же делать?

– Думаю, ей следует незамедлительно зписаться в драмкружок. Может, мисс Хэтчер научит ее хотя бы говорить. Вся надежда только на нее. – Мисс Татл взяла пучок салата, взвесила в руке, положила обратно. – Трудно готовить для себя одной. Не станешь ведь покупать половину пучка. Вам повезло, что у вас большая семья. Если хотите, я поговорю с Бетти Рэй.

– Нет-нет, спасибо. Давайте я сперва подумаю, что можно сделать. Что ж, рада была с вами пообщаться, Паулина. – И Дороти направилась к выходу.

Мисс Татл крикнула ей вслед:

– Попросите Анну Ли черкнуть мне пару строк, когда у нее выдастся минутка.

Дороти беспокоилась. С такой проблемой она раньше не сталкивалась. Дети ее трудностей с общением не испытывали. Особенно Бобби. Учителя не могли заставить его помолчать и сконцентрироваться на письменной работе, в тетради вечная мазня и ошибки – если умудрится не забыть ее и не потерять. Паулина, похоже, считает ситуацию критической. Может, она и права. Может, нужно что-то сказать девочке прямо сегодня.

На кухне, пока Бетти Рэй разминала картошку для пюре, Дороти решилась.

– Ну что, дорогая, как у тебя дела в школе?

– Хорошо.

– Трудности какие-нибудь есть?

– Нет, мэм.

– Получилось с кем-нибудь подружиться?

– Да.

– Не знаю, известно ли тебе, но лучше всего заводить друзей на факультативах. Я в школе была президентом клуба домохозяек, и мне очень нравилось.

Бетти Рэй улыбнулась. Дороти продолжала:

– Знаешь, я сегодня встретила Паулину Татл, мы заговорили о тебе, и она, верней, мы обе подумали, что было бы неплохо тебе вступить в какой-нибудь клуб. Может, захочешь в драмкружок походить. Анна Ли очень любила сцену.

Она говорила весело, но при слове «драмкружок» Бетти Рэй моментально побледнела. Она обратила к Дороти застывшее лицо:

– О, миссис Смит, я не смогу.

Дороти тотчас почувствовала себя виноватой. Она обняла Бетти Рэй за плечи:

– Нет – и не надо, конечно. Прости меня. Глупо было предлагать… Тебя всю жизнь на сцену силком тянули, правда?

– Да, мэм. – Бетти Рэй едва не плакала. – Я это прямо ненавижу.

– Ох, дорогая, не представляю, что на меня нашло. Ты не должна делать то, чего не хочешь.

– Она рассердится?

– Нет, что ты. Не беспокойся ни о чем. Я скажу Паулине, что мы не хотим, чтобы ты ходила в какой-то глупый драмкружок. И вообще тебе никакие кружки не нужны, правда?

– Да, мэм.

Поставив мясной рулет в духовку, Дороти села за стол лущить фасоль и подумала: «Ну не вызывает ее на уроках Паулина, и кому это важно? Ну не прогремит она на весь мир, и что? Не всем же звездами становиться. Ну получит она четверку или тройку вместо пятерки. Она довольна жизнью, и на кухне незаменимая помощница, тихая, воспитанная. Может, она станет кому-то прекрасной женой. Пусть Бетти Рэй не такая красавица, как Анна Ли, зато уже сейчас готовит не в пример лучше. А мужчины любят тихих девушек, умеющих готовить».

А еще подумала: «Хорошо, что Анна Ли красивая, потому как готовить она совсем не умеет».

Когда Бетти Рэй домыла кастрюлю и села за стол, Дороти задала ей свой коронный вопрос:

– Дорогая, если бы одно твое желание могло исполниться, чего бы ты пожелала?

Бетти Рэй придвинула к себе горку фасолевых стручков, подумала и ответила:

– Дом.

– Дом? – удивилась Дороти. – Какой именно?

– Ну, маленький. И собачку, может.

– А хорошего мужа? Ты не хочешь, чтобы дом купил тебе муж?

– Нет, мэм. Я после школы работу найду и сама себе куплю. По-моему, я не очень нравлюсь мальчикам.

У Дороти в глазах мелькнул озорной огонек.

– Кое-кто – он работает в кафе «Трамвай» – считает тебя замечательной девушкой, я точно знаю…

Тут в кухню вошел Бобби, картинно качая бедрами, накрашенные красные губы были сложены бантиком.

– Молодой человек, – сказала Дороти, – почему ты не делаешь уроки в своей комнате?

Бобби, виляя бедрами, вышел.

Позже Дороти пошла его проверить. Бобби висел, уцепившись за дверь, как летучая мышь. Она сказала:

– Бобби, ты хочешь остаток жизни провести в шестом классе? А ну слезай и за работу!

Бобби стек на пол и поплелся к столу. Мама выразилась как нельзя яснее.

В пятницу Бетти Рэй вернулась из школы с довольным выражением лица и вручила Дороти маленькую желтую клубную карточку с надписью: БЕТТИ РЭЙ ОТМАН, БИБЛИОТЕЧНЫЙ КЛУБ СТАРШЕЙ ШКОЛЫ ЭЛМВУД-СПРИНГСА.