Чаша страдания - Владимир Голяховский

Когда его вымыли, положили на чистую госпитальную кровать и военный врач начал его осматривать, у Лившица не было сил даже улыбнуться — ему было все равно, он считал, что умирает.

* * *

В 1943 году произошли важные события, отразившиеся на ходе войны и на всем будущем страны. Первым таким событием была победа под Сталинградом (теперь — Волгоград). У этого города интересная история. До революции он назывался «Царицын». Это название не имело никакого отношения к царскому двору. Впервые оно было упомянуто английским путешественником Бэрро в 1579 году и относилось не к городу, а к острову на Волге. Происхождение названия обычно возводят к тюрскому слову «сары-су» («желтая вода») или «сары-син» («желтый остров»), Датой основания города принято считать 2 июня 1589 года, когда название Царицынской крепости впервые было упомянуто в царской грамоте.

В июне 1918 года, в самом начале Гражданской войны, Сталин был послан на юг России в качестве чрезвычайного уполномоченного по заготовке и вывозу хлеба с Северного Кавказа в промышленные центры России. Он взял власть в городе в свои руки и занялся обороной Царицына от войск атамана Краснова. Однако это обернулись поражениями Красной армии — Краснов вплотную подошел к городу, блокировал его и взял. Из-за плохой обороны погибло много людей. Сталин был отозван из Царицына по решительному настоянию Троцкого.

Память об этом поражении долго жила в памяти жителей города. Но, к их удивлению, в апреле 1925 года город в честь Сталина назвали «Сталинград». До тех пор только один город был переименован в честь революционера — Петроград сделали Ленинградом, да и то после смерти Ленина. Название «Сталинград» стало первым актом самовозвеличивания диктатора. А годы спустя коммунистическая пропаганда сделала из сталинского провала 1918 года настоящую героическую эпопею, для увековечения его военного гения был даже написан роман «Оборона Царицына».

С тех пор прошло двадцать четыре года, шла война с Германией, и Сталин сам себя назначил главнокомандующим. Наступление немцев на Москву в ноябре — декабре 1941 года провалилось, но немецкие маршалы предлагали Гитлеру повести второе наступление и взять столицу. Они считали, что это приведет к полному поражению России. Однако Гитлер настоял на наступлении в южном направлении, он стремился захватить кавказскую нефть. После захвата Ростова-на-Дону в июне 1942 года немецкие войска начали наступление на Сталинград. И городу вновь пришлось обороняться. Как и двадцать четыре года назад, оборона началась с приказа Сталина. Он запретил населению города покидать его, считая, что присутствие жителей будет вдохновлять войска. Все поголовно, включая подростков, должны были рыть траншеи и окопы. Но это оказалось роковой ошибкой: 23 августа 1942 года немецкая авиация обрушила тысячи бомб на город, в котором был только один полк противозенитной обороны. Немецкие самолеты уничтожили этот полк, разбомбили и разрушили восемьдесят процентов территории города, погибли десятки тысяч мирных жителей, намного больше, чем в 1918 году. И вновь — по вине Сталина.

Но битва за Сталинград (операция «Уран») только начиналась, она стала главной битвой Великой Отечественной войны, да и всей Второй мировой войны. Приказ Сталина № 227 от 27 июля 1942 года прямо указывал, что все те, кто отступит или сдаст позиции врагу без приказа сверху, будут расстреляны без малейшего промедления. Прозвучал призыв: «Ни шагу назад!»^[19] Сталин отправлял на фронт все новые и новые силы. До февраля 1943 года в Сталинграде погибло почти два миллиона человек с советской стороны и около полумиллиона — с немецкой. Все успехи Сталина в войне были не «качественными», обусловленными лучшей стратегией и тактикой, а «количественными» — завоеванные громадными потерями. Все-таки немцы были окружены, и 31 января 1943 года фельдмаршал Паулюс сдался вместе с 90-тысячной 6-й армией. Гитлер объявил в Германии три дня траура.

Сталин эту дорогостоящую победу торжественно не праздновал, но отметил по-своему — он приказал переименовать Красную армию в Советскую и вернуть ей форму и воинские звания старого дореволюционного образца. Вместо петлиц на воротниках вновь вводились погоны с просветами и звездами. Вместо «красноармейцев» бойцов опять стали называть «солдатами», вместо «командиров» опять появились «офицеры», а высшим офицерам вернули генеральские звания. В приказе Сталина говорилось, что это дань боевым традициям русских войск. Переобмундирование пятнадцатимиллионной сражающейся армии было недешевым удовольствием, но и армии, и всему населению страны это возвращение к старому образцу было приятно.

* * *

Вооружению советских войск во многом помогала Америка. По заключенному министром иностранных дел Литвиновым договору о ленд-лизе за первые два года войны — с 1 октября 1941 года по 30 октября 1943 года — Америка прислала Советскому Союзу:

6430 самолетов,

3734 танка,

82 корабля-миноносца и маленькие подводные лодки,

206 771 автомашину (грузовые «Студебеккеры» и легковые «Виллисы»),

22,4 миллиона снарядов, 87 900 тонн пороха,

245 000 полевых телефонных аппаратов,

5,5 миллион сапог для армии,

более 2 миллионов тонн продовольственных припасов^[20].

Если бы Сталин по-настоящему готовил страну к войне с Германией, Россия могла бы производить достаточно вооружения. Но неподготовленной стране пришлось перестраивать свою промышленность на военный лад буквально, что называется, «с колес» — по ходу войны. Это требовало громадных дополнительных усилий населения и стоило огромных средств. Поэтому в первой половине войны американское вооружение существенно поддерживало способность советских войск сопротивляться лучше вооруженным германским дивизиям. А все-таки, несмотря на помощь, Сталин продолжал питать большое недоверие к Англии и Америке. Хотя они были военными союзниками России, он все равно продолжал считать их противниками коммунизма. А продолжительность войны и победа в ней все еще оставались под большим вопросом. Поэтому Сталин стал искать возможность тайно заключить сепаратный мирный договор с Германией. В сентябре 1943 года в Стокгольме готовились сверхсекретные переговоры о заключении перемирия^[21]. Это было бы предательством союзников, оставленных лицом к лицу с германской военной машиной. Это было бы и предательством самого советского народа: перемирие могло быть заключено только с территориальными уступками Гитлеру, а это означало бы необходимость оставить на оккупированной территории миллионы советских людей. К переговорам тщательно готовились, но процесс был неожиданно прерван самим Гитлером: он все еще рассчитывал на полную победу.